Круг Ворожеи: Идущие путём земли

Глава 1. Объездной тракт

– Быстрее, Альд, поторопись.

– Да знаю я, знаю! – с заметным недовольством ответил Альден, роясь в своём походном мешке. – Ну где же он, где?!

Парень что-то искал среди аккуратно уложенных матерью вещей, своим яростным копошением превращая их в один большой спутанный комок.

– Караван ждать не будет, и ты прекрасно об этом знаешь, – напомнила мать.

– Да, да, да, – разозлился он на уже какое по счёту напоминание об очевидном. – Я не поеду без своего ключа, – насупившись, сказал он и манерно сложил руки на груди.

– А в своей мастерской ты смотрел?

– Ну а как ты думаешь? – огрызнулся мальчик.

– Одолжишь у других учеников, – попыталась успокоить его мама, но, разумеется, безуспешно.

– У других учеников! – язвительно повторил Альд. – Делать им нечего, как раздавать свои инструменты первым встречным.

– Когда подружишься с ними, то первым встречным уже не будешь, – возразила она.

Он ничего не ответил, поправив на носу очки с маленькими хрустальными линзами шестигранной формы. Несмотря на свой замкнутый характер, паренёк действительно очень хотел найти единомышленников среди учеников механической гильдии. Деревенские оболтусы не принимали Альдена в свою компанию и частенько подшучивали над ним, из-за чего он замыкался в себе ещё больше. Друзей у него не было совсем, и почти всё свободное время он проводил в одиночестве в мастерской, которую соорудил сам в ветвях двух старых деревьев, что росли неподалёку от дома на холме.

Мать очень любила Альдена и не хотела отпускать, особенно теперь, после смерти отца, но она понимала, что другой возможности отправить сына в город может более не представиться, ведь караваны перестали проходить через деревню.

Теперь их путь пролегал южнее – по новой дороге через высохшее болото. Однако в последние несколько недель шёл такой ливень, что тракт в этом месте стал непроходимым. Саму дорогу не размыло, но вокруг появились топи, и поползли слухи о нападениях болотных тварей. Рисковать никто из путников не хотел – уж лучше сделать крюк по старому пути, свернув на север.

Трясинники – страшилища из болот, которыми пугали непослушных детей, нежданно-негаданно пробудились в юго-западных торфяниках, всего в нескольких десятках вёрст от деревни Три Холма. Если бы об этом рассказал кто-нибудь из местных, его бы точно подняли на смех, но об опасности на болоте поведал не абы кто, а крубрадский гонец, направлявшийся в Тиринми́н.

Кроме того, он сообщил, что по пути обогнал идущий в город караван, а значит, тот должен был также поехать объездной дорогой, чего не случалось уже много лет. Вся деревня сразу загудела, и не столько из-за Трясинников, которые всё-таки пределов болот никогда не покидали, сколько по поводу встречи торгового обоза, идущего из далёкого Крубрада.

Как только мать Альдена услышала эти новости, перед глазами тут же всплыли воспоминания об отце мальчика: «Смотри, какой смышлёный! Невероятно, сам починил!» – восхищался он. – «Как подрастёт, обязательно отправлю его в Тиринмин, в гости к Омнусу. Пусть поучится механическому ремеслу. Негоже ему на полях спину гнуть».

Он не простил бы ей, если бы знал, что она ничего не сделала, хоть и понимала, что следующей возможности отправить сына на учёбу может не случиться и вовсе. Отцу нравилась увлечённость Альдена инструментами и разными приспособлениями, и его совершенно не волновало то, что мальчонку местные считали чудны́м, и что никто не хотел с ним водиться.

В те времена земледельческие дела шли в гору, и как только представлялась возможность, отец покупал у караванных торговцев инструменты по работе с деревом и металлом, а также и хитрые механические диковинки вроде самооткрывающихся шкатулок, дверных замков или заводных игрушек, которые купцы, бывало, везли с собой. Всё это он дарил Альду, который первым же делом разбирал железные устройства до последней пружины.

– Не поеду. Это был отцовский подарок, – завредничал мальчик.

– Как и всё остальное, – тихо молвила мать и отвернулась. На глазах у неё выступили слёзы. Все планы, воспоминания, мысли и чувства слились воедино и нахлынули разом, пронзая сердце. Всё внутри сжалось, и она поняла, что вот-вот разрыдается в голос, прижмёт сына к себе и уже никогда и никуда не отпустит. Тогда она резко схватила его за руку, взяла его походный мешок и приказным тоном произнесла:

– Идём!

Мама всегда была очень ласковой и никогда себя так не вела, поэтому Альден решил, что перечить не стоит. Они вышли из дома и поднялись на холм. Мальчик в последний раз окинул взглядом своё убежище в ветвях, в которое он вложил так много времени и сил. Спустившись по пыльной тропе, они свернули по направлению к лавке дядюшки Вимхо, что стояла у самой реки. У моста к ним подбежали деревенские мальчишки, один из которых, не постеснявшись матери Альдена, громко заявил во всеуслышание:

– Смотрите-ка, очкастый пошёл поглазеть на заезжих!

– Брысь отсюда! – рявкнула мать к полному изумлению не только сына, но и мальчуганов, которые тут же поспешили ретироваться.

– Теперь запомни хорошо, Альд, что я тебе скажу. В пути ни с кем не разговаривай, к воинам не вздумай даже приближаться – это дикие и грубые люди. До Тиринмина ехать пять-шесть дней, еды тебе хватит. Дорога рискованна, но на караваны нападают очень редко – рядом с путниками ты в безопасности, так что ни в коем случае никуда не отлучайся, когда будет привал. Как я уже сказала, караван ждать не будет.

Обуза им не нужна, но я хорошо заплачу вожатому. Возьмёт он тебя, только если не будешь доставлять беспокойств и неудобств, поэтому будь тише воды, ниже травы – сиди молча, никого не тревожь, представь, что ты всего лишь один из купеческих тюков.