Круговорот разоблачений (сказ о Воительнице и Рыжике 2)

Глава 26. Разгульная.

Глава 26. Разгульная.

Злачное место, куда нас в нетерпении, даже иногда приплясывая, тащил Форме, оказалось с очень неожиданным названием! Вывеска на двери гласила таинственно: "У дракона в…". И если по началу, я ещё лелеяла надежду на то, что не дописали слово – в гостях, то после того, как зашла внутрь… Сомнения отпали разом, будто пиявки, насосавшиеся кровушки. Мы действительно очутились в "В". Я бы даже сказала - в полной "В"!

Слабоосвещённый зал не заметил нашего появления. Битком забитое помещение тонуло в сизом дыму курительных смесей, ядовитых парах употребляемой выпивки и залихватских выкриков танцующей толпы. Низкие, щербатые, не знающие скатертей столы, разместились друг к другу так близко, словно поганки, облепившие пенёк. Та же ситуация была с лавками, да стульями. И если у нас и вышло бы раздобыть себе место для привала, то протиснуться к нему, проблема будет посерьёзней!

Отличник, завидя куда его привели, попытался молча развернуться и ушмыгнуть, однако цепкий плат не позволил Груни так просто отделаться.

Ну, я ж говорю, клещ!

- Спокойно, дружище, мы из тебя сегодня мужчину сделаем, так что не паникуй заранее. Поверь моему жизненному опыту, из этого места один ещё никто не уходил!

Если он рассчитывал, что сможет подбодрить гнома таким аргументом, то прогадал! Нет, Подгорный, конечно, прекратил предпринимать попытки к бегству, но ослаб, бедолага, разом, да на крепких руках товарища повис не то безвольно, не то доверчиво.

Меня же такое обещание и вовсе не вдохновило, да и перепуганные глазки Инкинии, явно были ошарашены вырисовывающимися перспективами. Как говорится, одно дело с друзьями весело и шумно посидеть, и совсем другое от наглых приставал отбиваться. А они будут всенепременно, особенно, если наши парни разбредутся в поисках "единоночных" приключений!

- Ты куда нас притащил?! – возмущаюсь, мягонько, но настойчиво хватая ворот белоснежной платовской рубахи. – Да здесь не то, что радужных зайчиков, здесь и багряных головастиков, благословляющих на все непотребства разом можно поймать! Форме, всему есть предел!

- Да брось, Воительница, здесь здорово! Ты не смотри, что обстановка скромная…

- Скромная? – перебиваю, удивлённо выпучив очи. – Эко, ты мягко выразился!

- Зато народ душевный! – не растерялся Шут и попытался вырваться из захвата, но потерпел неудачу. Однако вновь не расстроился и, ухватив меня одной рукой за ладонь, а второй рукой за талию, весело прокричал: - Первый танец за мной, Ли!

- Эрик!

Только и успела возмущенно гавкнуть на ухо этому прохиндею (жаль откусить не догадалась!), как тут же очутилась в водовороте таких же кружащихся пар, танцующих под простую, но крайне задорную композицию. Благо, хоть благодаря маминым урокам, мне были знакомы не только чинные, да вышколенные правилами придворные танцы, но и эдакие свободные танцульки. Поэтому пугаться за то, что буду деревянной куклой, в руках кукловода с фосфоресцирующими зеленью, наглыми зенками, нужды не было. И действительно, через какое-то время, когда недружелюбно сопящий ежик в душе затих, я смогла насладиться всеобщим весельем и поймать ритм.

После третьей смены мелодии, я уже примирилась с действительностью, и место сие больше не казалось такой уж захудалой дырой.

Заметив невольный румянец и радостную улыбку на моём лице, Шут самодовольно подытожил:

- Это ты ещё не пробовала местное лакомство – Земляничную! Причём, самая вкусная кружка - именно третья.

- Потому, что халявная? – смеясь, вопрошаю я.

- Потому, что если ты осилишь первые две, тебе уже всё будет безумно нравиться! – ответил Эрик.

И я тут же возжелала испить и, следовательно, испытать весь спектр обещаемых ощущений! Поэтому пробиралась обратно к разместившимся уже изобретателям в предвкушении заказа сего умопомрачительного, в прямом смысле слова, напитка.

Одногруппники, кстати, уже делали заказ у бойкой, хорошенькой сильфы, вознамерившейся упомнить все пожелания клиентов на память. Ибо сирина ничего не записывала, а только кивала одобрительно, да на Бира кокетливо поглядывала. Тот же взирал на это благосклонно, с ленивой, но ободряющей улыбочкой.

Присоединившись к друзьям, внесла и свою лепту к работе официантки, и принялась разглядывать всё и сразу. А местечко-то оказалось не таким уж сомнительным. Мебель хоть и проста, да груба до невозможности, однако была чистой, если не сказать вылизанной! Да и пол, на первый взгляд показавшийся источником заусениц и порезов, был гладенький-гладенький, будто и не из дерева вовсе. Ну, а стены, увешенные магоснимками, оказались и подавно забавно-увлекательными! Чего там только не было…

И всевозможные доски почёта: будь-то "Лучший выпивоха месяца" или "Неистовый дебошир недели", и просто сцены, каких-то весёлых конкурсов, связанных со спортивным перепитием друг друга. Особенно понравился один, уже слегка пожелтевший от времени, на котором незнакомый мне орк стоял на руке, второй придерживая шланг соединяющей рот с бочкой, а на ногах его, раскачиваясь, расположились стулья, на которых восседали две эльфийки, замершие с одинаково глупыми улыбками на губах.

И больше всего в этой сцене удивляла не сила, ловкость, да циркачество орка, а то, что эльфийки в принципе не снисходят до мужчин сей расы! Это ж как нужно было наклюкаться, чтоб примириться с врождённой брезгливостью и неприязнью?!

Да уж, похоже, третья кружка Земляничной, и впрямь, творит чудеса и сближает народ!