Крутой друг для особенной девочки

Глава 2 Полина

Мы приехали накануне Пасхи. Поэтому выходить на работу мне пока не надо было. Я приводила в порядок дом и готовилась к празднику. Когда от Димы пришла открытка-поздравление с Пасхой, не особо удивилась. Он находил разные способы мне написать, даже если я его блокировала, и периодически поздравлял с праздниками. В этот раз, как обычно, я ничего не ответила, просто удалив его сообщение.

Мой дом был обставлен самой необходимой мебелью. Но многое ещё предстояло купить. Я полезла на чердак, чтобы посмотреть, нет ли там чего-нибудь полезного. И нашла массу интересного. Книги. Очень много книг по истории, географии, политологии. Даже учебники позапрошлого века. И ещё журнал ученика. Оказалось, в этом доме жил когда-то директор школы. Ну и конечно какой чердак без советских новогодних игрушек? Огромная коробка полная игрушек и мишуры. До нового года было ещё очень далеко, но я решила, что потом обязательно наряжу ёлку именно ими.

Дом, выделенный мне руководством посёлка, построен примерно в пятидесятых годах и последние восемь лет в нём никто не жил. Поэтому уборка предстояла масштабная. А лучше хотя бы косметический ремонт.

Больше всего меня удивило то, что в одной из комнат стояло старое пианино. Когда-то в детстве я ходила в музыкальную школу, играть умела, но с момента окончания школы этим не занималась. А тут присела и решила наиграть одну простую мелодию. Но, увы, как и ожидалось, инструмент был расстроен.

Днём, когда Сеня заснула, а я сидела рядом на краешке её кровати и любовалась своей девочкой. Она была похожа на меня. Черты Димы присутствовали, но как-то неуловимо. И я была этому рада. Надеюсь, дочь не поменяется с возрастом и останется только моей. Прости милая, что не смогла найти тебе достойного папу.

Чтобы не зацикливаться на грустных мыслях, я продолжила исследовать дом. Чердак был поделен на четыре секции, и на него имелось четыре входа. Там было темно и пыльно, но мне помог фонарик. Как я уже отмечала, наверху хранилось много старых вещей. Мебель, предметы быта, чемоданы, старые вещи и книги. Мне на глаза попалась печатная машинка. Судя по количеству ящиков, чемоданов и сундуков, будет явно не скучно всё это разбирать.

Ближе к вечеру небо снова затянуло тучами. Это был тихий дождливый день. Никуда выходить не хотелось, да и не было надобности. Разложив наши с дочерью вещи, и немного наведя порядок, я решила оставшееся время побездельничать.

Сеня играла на полу на коврике. Я теперь покупала ей специальные игрушки для слабовидящих и слепых детей, и она могла часами изучать их, погружённая в своё занятие. Я же сидела в кресле и читала о методах лечения увеита. Один из них нам предлагали в Швейцарии. Как объяснял на видеоконсультации доктор, при хронически рецидивирующем процессе может быть показана установка кортикостероидного имплантата, который вживляется в стекловидное тело глаза. Дозировано высвобождающийся препарат позволяет блокировать воспалительные реакции и предупреждать развитие осложнений. Но понадобится оперативное вмешательство в самом крайнем случае, а пока доктор собирался лечить Сеню консервативными методами.

Пока читала о болезни дочки, невольно снова подумала о её биологическом отце. Мог ли он помочь нам и оплатить лечение? Дима возобновил попытки наладить отношения. После того, как я не ответила на его поздравление, он написал ещё раз. Выпытывал, где я живу. А это плохой знак.

«Мы были с тобой такой красивой парой… И так нелепо расстались… Поль, я развожусь. Правда. Может, попробуем всё с чистого листа? Давай встретимся, поговорим», - пришло от него сообщение за день до нашего с Сеней отъезда.

Не знаю, что там у него произошло, но он будто почувствовал, что я уезжаю. До этого почти полгода ни слуху, ни духу. За все годы после нашего расставания он периодически давал о себе знать сообщениями и звонками, на которые я не отвечала. Какой же дурочкой я была тогда, когда верила ему и летела на свидания в снятые на выходные загородные дома, гостиницы и квартиры посуточно. Он прятал меня от всех, а я им гордилась и многозначительно сообщала подругам, что, наверное, скоро выйду замуж. Господи, как же стыдно было потом! Я сказала всем, что он мне изменил, и поэтому мы расстались. Отчасти ведь так и было.

У меня появилось стойкое ощущение, что я стала Диму неимоверно раздражать. Какая-то бытовая перепалка, ничего не значащий спор, который бы раньше моментально сошёл на нет и закончился шутками, смехом и поцелуями, теперь приводил у тому, что он разворачивался и уходил. А я ловила себя на том, что не хочу ничего с ним обсуждать и вообще не хочу, чтоб он вернулся. Но он зачем-то возвращался.

Порой в его словах и взглядах так же проскальзывало раздражение. Он перестал делать комплименты и благодарить за то, что я для него делаю, хотя раньше восторгался даже обычным ужином. Я себя чувствовала не любовницей, а женой, которую разлюбили и которая тяготит.

Но удивляло то, что у меня не было обиды из-за этого. Он меня тоже тяготил, и мне хотелось вырваться из этих отношений. А когда я это сделала, мне стало так легко, как будто я вышла на волю из заключения. Беременность, правда, быстро вернула меня к реальности. Признаюсь, были моменты слабости, когда мне хотелось всё ему рассказать, тем самым облегчит себе жизнь. Хотя откуда я знаю, вдруг он отправил бы меня на аборт? Или вообще не признал бы ребёнка, заявив, что не имеет к моей беременности никакого отношения. От этого человека можно было ожидать чего угодно. Я вспоминала, как он меня толкнул и даже не извинился, считая себя абсолютно правым. Именно в тот момент он окончательно упал в моих глазах как мужчина. Я тогда чётко осознала, что не просто больше не хочу его. У меня к нему отторжение на грани с брезгливостью.

Финансовая помощь от Димы в последние месяцы наших отношений совершенно сошла на нет. Он покупал продукты, только если я говорила, что что-то нужно. Сам перестал проявлять инициативу и баловать меня вкусняшками. О походах в рестораны и кафе я вообще молчу. Они стали крайне редки. Для меня это было показателем перемен в его отношении ко мне. Но то, что окончательно продемонстрировало его истинное отношение, - это полнейшее равнодушие к моему финансовому положению после нашего расставания. Он ни разу не поинтересовался, нужно ли мне что-то, как я живу, всё ли у меня в порядке. Конечно, он не обязан был этого делать. Если не хотел меня вернуть. Но, судя по его словам, хотел. Дима пытался помириться, считая мой уход просто блажью и глупой обидой непонятно на что. Не знаю, зачем я ему нужна. Но факт остаётся фактом. Сначала часто звонил и писал, а потом стал пропадать на какое-то время и появляться в виде неожиданных звонков и сообщений.