Крутой Сэм

Тропа героев.Круг первый.

— Что ты предпочитаешь? — спросил Зумволт. — Есть вариант умереть в параллельных мирах или стать в них героем. Героем, каких не видывал свет. Приобрести бессмертие или утонуть в реке забвения. Твой первый уровень был ознакомительным, сейчас же тебе придётся вступить на дорогу воина.

Семён осмотрелся. Вдали сиял сказочный замок с покрытыми черепицей крышами.

— Это Руандок — крепость силы, — добавил Зумволт, заметив его заинтересованность. — Это первый уровень. Добраться туда нелегко, но и награда будет немалой. Решай или отправляйся в свой мир обратно.

Семён посмотрел на Зумволта. Странное совпадение: именно так он его и представлял. Огромным деревом, излучающим мудрость. Его могучие корни за тысячи лет вросли в мраморный пол зала и сейчас питались соками планеты.

— Что будет, если я смогу пройти все уровни? — спросил Семён.

Зумволт усмехнулся.

— Этого ещё никому не удавалось до тебя. Все возвращались на предыдущий круг. Боги войны не так благоволят к новичкам.

— И всё же? — настойчиво спросил Семён.

— Ты можешь выбрать любой круг своей жизни и стать кем, ты всегда мечтал быть.

Семён задумался.

— В детстве я мечтал быть космонавтом. Но это в прошлом. Какова вероятность, что я смогу встать в ряды богов?

Зумволт пошевелил своими раскидистыми ветвями, усыпанными зелёными листьями.

— Никакой вероятности! — ответил он.

— Этот вопрос до тебя задавали уже много тысяч раз. Каждый новичок, прошедший ознакомительный и первый уровень, тешит себя иллюзиями, что если он смог пройти эти уровни, то же самое будет и впредь. Самое страшное на пути воина — это самолюбование.

— Я знаю этот принцип, — кивнул в ответ Семён. — Я даже не уверен, что смогу пройти первый уровень. Возможно, я умру завтра или послезавтра. Я выбрал сам этот путь. Но не от неизбежности, а от желания изменить свою жизнь. И пусть мне не удастся, я не буду сожалеть о своём выборе.

Зумволт задумался. Первый раз он встретил на тропе воинов такого человека. В нём нет веры в свои силы. Нет самолюбования. Он прошёл весьма достойно ознакомительный уровень и до сих пор не уверен в своих силах. Такого прежде не бывало. Он видел тысячи самоуверенных юнцов, вступивших на дорогу воинов, но все они сдавались и слетали в низшие миры, дабы оттуда вновь начать свои круги. Миров было так много, что в каждый из них приходило определённое количество людей после инкарнаций, прежде чем воплотиться в мире под названием Земля. Все эти миры, объединённые под общим названием Эндур, составляли огромный интерактивный мир, где у попавших в них игроков обострялись все чувства, недоступные им в тяжёлых мирах в виде Земли. На каком же принципе люди попадали в эти миры? Всё было просто: достаточно было неосознанно пожертвовать своей жизнью ради другого человека. В обычном же случае человек, умирая, попадал в чистилище душ, где, избавляясь от окутавших его душу привязанностей, вновь вступал в новый круг в тяжёлых мирах. Другое дело — самопожертвованники. С ними дело обстояло куда как более сложно. Они ещё не были достойны стать воинами света. И боги светлых миров нашли выход. Они предложили им свой игровой мир. «Игровой мир» — это, конечно, странно сказано. Мир был реальным и жестоким. Но, пройдя все уровни, игрок получал право выбора любого круга своей жизни в любом из миров и любом качестве. Их противниками были обитатели тёмных миров — убийцы, насильники, военные преступники. Тёмные миры были своего рода адом, где обитала данная категория людей из тяжёлых миров.

Теперь Семёну предстояло сделать выбор: или спуститься в тяжёлые миры (а фактически — начать круги земной жизни заново), или выбрать путь воина в мирах Эндура. Он ещё раз посмотрел на Зумволта и на сказочный замок в горах и, тяжело вздохнув, ответил:

— Я выбираю путь воина.

Ответил так громко, что в древнем зале, посреди которого стоял исполинский дуб, посыпались мелкие осколки стекла с прозрачного потолка.

— Тогда тебе туда, — указал Зумволт, протянув свою ветвь в сторону зыбкой полупрозрачной дымки, сквозь которую были видны очертания нового мира.

Снаряд 78 мм миномёта лёг рядом с окопом, где Семён и его напарники из разведгруппы укрылись от внезапно настигшего их обстрела. Поднятые взрывной волной куски земли осыпались на них, словно чёрный дождь, барабаня по шлемам мелкой дробью. Когда обстрел стих и канонада ушла за горизонт, Семён снял шлем и, надев его на палку, тихонько высунул из-за деревянного бруствера. Выстрела не последовало.

— Снайперов нет! — прокричал он почти оглохшему товарищу, укрывшемуся в нише окопа неподалёку.

— Это хорошо! — прокричал тот в ответ ему. — Нужно уходить.

— Согласен, — кивнул в ответ Семён.

— Ну, как вы? — К ним подползли ещё трое бойцов из их группы.

— Норма. — Семён поднял кверху большой палец. — Но бывало и лучше.

— Привыкайте, — добавил старшина. — Это ещё так, цветочки. Хорошо, что «Грады» не успели в тот квадрат подогнать, иначе хана нам.

Семён уже третий месяц воевал на стороне ополченцев непризнанной республики. Нет, он не поехал туда за длинным рублём. Скорее его тяготила гражданская жизнь с её предсказуемостью. Романтика войны? Нет. Cемён знал, что на войне нет никакой романтики. Есть только смерть и боль. Сегодня ты жив, а завтра мёртв. Так что же его привело сюда? Он просто хотел жить. Проживая каждый новый день, радоваться, что наступил закат. Чувствовать себя нужным кому-то, ощущать причастность к чему-то большему, чем просто проживать амёбную жизнь на гражданке.

Скорый поезд Архангельск — Ростов быстро домчал его до бескрайних степей юга России. Переход через границу непризнанных республик не составил особого труда с российским паспортом. Он взял себе позывной Сэм. За его расторопность и жёсткий характер в ополчении к его позывному добавили «Крутой». Теперь он стал «Крутой Сэм». Как в одноимённой игре. Но для него это не было игрой. Он выходил из многих передряг. Его противник тоже был не лыком шит. И вот его группу всё-таки выследили. Они шли в брошенную станицу посреди линии соприкосновения в надежде, что им удастся пройти не замеченными противником. Далее они намеревались устроить в одном из многоэтажных домов пункт корректировки огня для своих подразделений. До недавнего времени всё складывалось отлично. Они тихо миновали балку, прошли сквозь брошенную ферму. И теперь от заброшенной станицы их отделяла лишь одинокая лесополоса. Они шли тихо вдоль лесополосы, шаг за шагом приближаясь к своей цели. Внезапно посреди шелеста ещё не облетевшей листвы Семён почувствовал тихое жужжание. Жук? Он дал знак — отряд остановился и присел. Семён всматривался в сияющую синеву неба. Всё было чисто. Он только пытался крикнуть «Отбой!» своим ребятам, как почти совсем рядом с берёзой, у которой он находился, он заметил квадрокоптер противника. «Выследили!» — мелькнула первая мысль. В след за ней пришла вторая: «Ложись!».