Кружевница

Глава 6

В монастыре меня встретили без особых эмоций. Жрец так вообще не понял, зачем им маг-вещевик, поскольку монастырские служащие сами справлялись с уборкой. Правда, когда на третий день моего пребывания почистила купол храма, как снаружи, так и изнутри, мнение свое жрец изменил и поставил уборку храма в мою ежедневную обязанность. На все заверения, что могу накладывать несложные заклинания на вещи, внимания не обратил, охранные амулеты тоже были никому не нужны. Да и что в храме можно украсть? Не статую же богини?

Кстати, мне повезло попасть в один из двенадцати храмов, где стояли скульптуры. Изображение богини отличалось от того, что видела в столице или в Изгане. Местная богиня не обнимала себя за плечи, а наоборот стояла, разведя руки в стороны, чуть согнув в локтях. В очередной раз восхитилась умением скульптора, всё выглядело настолько реалистичным, что казалось, вот-вот спадет ткань и продемонстрирует красоту обнаженного тела.

Молящиеся прихожане отполировали своими прикосновениями подол покрывала богини до зеркального блеска. На этом фоне матовое тело поражало своим реализмом.

В первый же день, вычищая заклинанием каменные складки одежды богини, обратила внимание на украшение. Раньше мне не приходилось видеть, чтобы богиню чем-то украшали, а у этой скульптуры на безымянном пальце имелось небольшое серебряное колечко, что-то наподобие артефакта. Я ощущала легкие волны магии, но разобрать для чего оно так и не смогла.

Ещё очень хотелось увидеть лицо. Может это и богохульство, но я никак не могла справиться с желанием. В один из вечеров, делая вид, что запускаю заклинание чистки в нишу, присела на корточки и попыталась рассмотреть. Увы. Слишком близко стояла скульптура к стене, почти полностью погрузившись в нишу, так что рассмотреть лицо не получилось. Но я могла поклясться, что богиня улыбается.

Через пару недель в монастырь пришел какой-то господин и, сославшись на капитана, попросил помочь с переводом текста с ливийского на эритский. Просто так уйти в середине дня я не могла, пришлось отпрашиваться у жреца. По-моему, он решил, что я отправилась на свидание и прочитал целую лекцию о том, какой должна быть молодая девушка.

В конторе драгомана мне не поверили, что я знаю ливийский язык. Самое забавное, что видя мою внешность никто не усомнился в знаниях эритского. Пришлось доказывать. Затем мы обсудили цены. Я согласилась, что здесь не столица и платить десять серебрушек за лист мне не будут, но меня и пять монет вполне устраивали. До вечера успела не только написать ливийско-эритский контракт, но перевести два десятка ливийских текстов.

Господин Кири, хозяин конторы, предложил постоянную работу. С сожалением пришлось отказаться, поскольку я была связана обязательством с монастырем. Но мы договорились, что в выходные дни буду приходить к драгоману. Правда, Фика потом возмутилась, она планировала, что в выходные мы будем вместе гулять. Меня же Тонские развлечения не привлекали, а, может, не привыкла отдыхать, как положено добропорядочной горожанке.

Работы в конторе хватало и скучно не было. Удивительно, как они раньше управлялись с переводами на агарский или эритский? Оказалось, что ливийцы, кому нужно было, отправляли письма на коберском языке в столицу.

Кроме контрактов и договоров мне приходилось писать официальные запросы. Иногда за выходной день я зарабатывала по два золотых.

В монастыре мою работу тоже оценили, особенно когда выпал снег. Ежедневно я очищала дорожки к храму, обновляла амулеты горячей воды и убирала помещение. Теперь будили меня самой первой, ибо монастырский повар один из первых сообразил, что разжигать печи магическим огнем проще, чем таскать кучу дров на кухню. При моей растопке небольшого полена хватало на целый день. Наложенная магия позволяла гореть дереву даже тогда, когда по идее и угля не должно остаться.

В комнатах монастыря я не убиралась, но вся уборка храма была на мне. По выходным в храм приходило большое число людей, полы затаптывали так, что потом по три часа «отмывала». Обычно запирала двери, запускала заклинание и ждала. Сама же в это время могла спокойно любоваться скульптурой богини. Один раз даже осмелилась снять колечко, чтобы посмотреть. Естественно, потом почистила и вернула на каменную руку.

Как и предполагала, ничего особенного из себя кольцо не представляло. Тоненький ободок и парочка серебряных листочков вместо драгоценных камней. Хотела спросить жреца, но случай так и не представился. Жрец вообще не очень-то со мной общался, настаивал на том, чтобы я находилась при монастыре целый день. И тот факт, что я не монастырский служащий, а маг, его не волновал.

Мне даже письмо в школу пришлось писать, чтобы прислали подробные разъяснения жрецу. А ещё он не платил мне зарплату, вернее, пообещал, что по итогам года выплатит сразу сто золотых. Пока я почти ничего не тратила, копила деньги и мечтала заработать больше. Скорее всего, богиня услышала мои молитвы, когда прислала в контору одного знатного ливийца с интересным заказом. Мужчина планировал отправиться в столицу, но случайно узнал, что драгоманы в Тонске могут выполнить такую же работу.

Требовалось перевести книгу, вот только с какого языка никто не понимал. Я тоже не сразу сообразила, а потом стало интересно, кто додумался до такой головоломки? Эритскими буквами на агарском языке, но по принципу древнего савойского языка! О, как!

Когда поняла, то сразу сообразила, что в столице ливиец не найдет переводчика. Не стесняясь, решила уточнить насчет оплаты. Господин Кири сообщил, что ливиец готов платить триста золотых, четверть из них я должна отдать конторе.

— Пятьсот мне. А сколько вы возьмете за услуги, меня не волнует, — категорично заявила я.

— Да ты что! — возмутился господин Кири. — Одумайся. Он в столицу уйдет с ближайшим караваном.

— А когда вернется, я спрошу за свою работу тысячу, — подвела я итог беседы.

Не знаю почему, но драгоман поверил. И пошел утрясать денежные вопросы с ливийцем, ливиец в ответ повел себя очень странно. Он согласился с суммой, но заявил, что тексты я буду писать в его присутствии, и он тут же будет их забирать.