Крылатый факультет

Глава 7. Столовая

Подняв голову, я рассматривала высокий потолок в форме купола. Мы были в студенческой столовой размером с целый дворец!

Сквозь высокие витражные окна проникал мягкий свет. На полу – мелкая мозаика двух цветов: белого и золотого. Столы и стулья из темного дерева придавали роскоши, будто я в музее, где можно только смотреть и нельзя трогать.

Впрочем, это определенно точно была столовая. Об этом навязчиво напоминал аромат еды, стук посуды, звон столовых приборов. Горячий пар над столиком с какао.

В животе заурчало.

Понаблюдав за другими, я увидела, что они не платят за еду, а просто берут порции по одной. Я даже порывалась спросить об этом повара, которая разливала напитки, но она была слишком занята. В итоге взяла то же, что и другие адепты. Сладкую кашу, какао и бутерброд.

Студенты сидели группами по пять-шесть человек за широкими круглыми столиками. И, что странно, были четко разделены на стихии. Там, где сидели адепты в красных жилетках, не было ни одного в черной. И наоборот.

Какое-то соперничество? Пф… Я не собиралась в этом участвовать.

Посмотрела на себя. После душа я переоделась в форму, что оставила Хлоя в первый день. Белая блузка, юбка, колготки.

Мне еще не выдали жилетку согласно стихии, поэтому сейчас я казалась в зале белой вороной. Буквально.

Повернулась в сторону, куда ушла Кристина, и замерла. Вместе с другими огневиками она сидела за столом в самом центре столовой. Она сидела спиной, я не видела ее лица, но видела чужие.

Нервно переступила с ноги на ногу. Четыре, шесть, десять! У Кристины было много друзей. Все, как она, высокие, красиво одетые. Девушки в пестрых платьях, парни в хулиганистых рубашках и расслабленных галстуках. В глазах зарябило от множества новых лиц.

Ну, нет. В другой раз.

С подносом в руках, я остановилась возле маленького стола в уголке зала.

– Присяду?

Черные жилетки развернулись ко мне. И самым темным и приятным глазу пятном был Норт.

Черная матовая рубашка небрежно расстегнута в районе ворота, сверху – такая же черная, но уже блестящая, жилетка с серебряными пуговицами. В ухе металлическая серьга, а на запястьях множество грубых кожаных браслетов.

Если бы я познакомила его с мамой, она бы немедленно окрестила его "готом". А потом прочитала длинную лекцию, как опасны молодежные группировки, субкультуры с сомнительными интересами и специфическим имиджем. Мама любила читать нотации, благо, ни один из ее советов мне не понадобился. В группировки я никогда не входила, неслась по жизни одиночкой, крутилась как белка в колесе, училась, подрабатывала. Ждала, что однажды отращу крылья и вылечу из гнезда.

Дождалась.

Вылетела… Как же теперь вернуться обратно?

Увидев меня, Норт оторвался от завтрака. Кивнул на пустой стул и, не говоря ни звука, зажевал свой бутерброд.

– Привет, – я посмотрела на девушек, что сидели за столом рядом с Нортом.

Обе русые, невзрачные, а глаза голубые-голубые.

– Привет! – дружелюбно улыбнулась одна. – Я Клара, а это Рита.

Они мило защебетали об уроках и домашнем задании по артефакторике, а я принялась за свой завтрак.

К косым взглядам проходящих мимо я уже привыкла. Похоже, тут вообще не любили новеньких. А Норт, наоборот, проявлял повышенный интерес и был совсем не против моей компании. Ничего, прорвемся! Где наша не пропадала. Хотя, по-правде, нигде особо не пропадала. Это у меня первый раз так неудачно. Раз – и в другой мир.

– Клара, – я не знала, кого лучше об этом спросить, – почему огневики и воздушники сидят отдельно? Мне кажется, я чего-то не знаю.

Девушки мило переглянулись.

– Нас, способных к обороту, мало осталось, – пожала плечами, – мы стараемся держаться вместе, дружить с такими же или похожими видами.

– Видами?

Виды – это оно из биологии что ли?

– Не забывай, что ты в Академии оборотней, здесь всё иначе. Пока мы учимся, взрослые закрывают глаза на разные шалости… – девушка отчего-то смутилась. – Но после академии нам предстоит выбрать супруга, завести детей, продолжить свой род. И сделать это важно с представителем того же вида. Чтобы ген оборотничества передался, понимаешь?

Я открыла рот, чтобы сказать очевидное.

– Ну, замуж я пока не собираюсь.

– Никто из нас не собирается, – еще пуще покраснела Клара, – но на будущее… Присматриваемся. И стараемся дружить по большей части со своими.

Я посмотрела за дальний столик, где рядом с другими огневиками сидела Кристина. Она развернулась и я увидела ее побледневшее лицо. Рядом с ней громко ругался какой-то парень, такой же рыжий, как она. Высокий, с задранным до невозможности подбородком. Должно быть, это и есть ее брат-идиот.

Проследив, куда я смотрю, Клара наклонилась ко мне.

– Кстати, драконы больше всех пекутся о сохранении вида. У нас, птичек, всё проще.

– А вы…

– Да, мы с Ритой – белые голубки. Несем надежду, веру, любовь. Люди издревле причисляли белых голубей к вестникам счастья, считали символом чистоты души.

– Круто.

Я живо представила, как голубоглазки превращаются в белых голубей.

– У драконов сложнее, – серьезно продолжила она. – Оба родителя должны иметь ген дракона, тогда ребенок будет драконом. Им нельзя совершать "ошибок" и скрещиваться с другими видами. Часто родители заранее выбирают им пару, чтобы совершенно точно родился сильный дракон, и род не прервался.

– Браки по расчету? – я с жалостью посмотрела на Кристину, которую продолжал отчитывать брат.

Так вот почему он против, чтобы она ходила на свидания с кем попало. Ее судьба уже предрешена. От этого стало жутко неприятно.

Вот вам и заскоки сильных мира сего.

– Но я еще не уверена, что являюсь драконом, – произнесла больше для собственного успокоения.

Клара сочувственно улыбнулась.

– Огневик – почти всегда дракон. А у тебя, говорят, уже проявилась огненная магия.

– Это случилось внезапно. Пшик – ничего не успела понять.