Крыло бабочки 1

Глава 6. Первая безумная ласточка

Дорога назад в лагерь в компании Соболева и Марго заняла много времени.

Новость оказалась неподъёмной для психики женщины, и нам с Никитой пришлось её очень долго успокаивать. Но сначала отлавливать.

О! Как я злилась в этот момент на слетевшую с катушек Маргариту. После моей проникновенной речи эта дурында с воплем побежала прочь от мамонтов. Нам с Никитой пришлось ловить в степи этого быстроногого зайца. Петляла она, как этот зверёк, уворачиваясь от наших рук.

Часть пути Никите пришлось тащить блондинку почти на себе. При этом он зажимал ей рот, чтобы приглушить вопли, а она брыкалась, отталкиваясь от земли и перебирая ногами в воздухе.

Я взяла на себя роль охранника. Высматривала по сторонам опасность, держась вблизи от идущего впереди Соболева.

Дотянув её до автомобиля, Никита подсадил девушку наверх. Она воспользовалась свободой и рванула к дверям авто. Рывком открыла дверь и запрыгнула на переднее сидение. Не знаю, что в её голове переклинило, но она вцепилась в руль, и выковырять её из машины стало невозможно. Блондинка кусалась и отбрыкивалась.

«Первая безумная ласточка! А в лагере ещё толпа ничего не подозревающих людей» — вздыхала я мысленно, но была уверена — такая гиперреакция на новость будет у единиц. Остальные должны отреагировать более адекватно. Кто-то замкнётся в себе. Такие люди, как правило, очень опасны. Могут начудить.

Никита среагировал сдержанно, но, думаю, во многом благодаря тому, что пришлось побегать за блондинкой. Выпустил пар таким способом.

— Соболев, не дёргай её. Пусть сидит. Далеко не уедет, ключей в зажигании нет, — пошутила, усмехаясь. — Хочешь воды?

Мужчина кивнул. Взял в руки флягу, открутил крышку, подержал, хмуро рассматривая что-то под ногами, снова закрутил крышку. Потом вспомнил, зачем брал ёмкость в руки, и наконец-то глотнул воды. Его кадык от этого дёрнулся. И я рефлекторно сглотнула сухим горлом.

— Никита, ты как? — тронула его за предплечье, с беспокойством заглядывая в лицо. Кожа у него была холодная. Соболев был в летней белой футболке поло и спортивных штанах. На ногах сохранился полный комплект обуви — лёгкие белые летние кроссовки. Наверняка до конца не высохшие.

Моего вопроса он не понял. Поднял на меня недоумевающий взгляд. Спросил:

— Это ведь правда? Не сон? Обычно ты мне снишься, если грядёт какой-нибудь песец. Предупреждаешь об опасности.

В изумлении я приподняла брови. Интересное откровение. И в тоже время меня оно почему-то разозлило. Снюсь я ему!

— Реальность, Соболев. Вот, лично пришла предупредить. Песец пришёл! — фыркнула и отвернулась от мужчины. Мне не нравился его взгляд. Словно он пытался меня в чём-то уличить.

Марго в машине притихла. Заглянув через стекло, я увидела, что она сидит со стеклянным взглядом, обращённым в пустоту. Осторожно я открыла дверь и тронула женщину за руку.

— Маргарита, идём, я тебя кофе угощу. Заварю в турке на песке. Аромат божественный!

Она моргнула и заторможенно кивнула. Я продолжила нести чушь про всякие повседневные привычные мелочи, как турок учил меня правильно заваривать кофе, про правила дегустации и дальше, дальше… Никита закрыл от девушки вид на скалы и постепенно оттеснил на тропу через лес. Высокие деревья вдоль тропы сверху переплетались ветками, создавая уютный полог.

Я сняла с себя тёплую кофту и накинула на плечи заледеневшей девушке. Ещё и за талию её приобняла. Она оказалась на полголовы выше меня. И получилось, что я подставила ей плечо для опоры.

Сама я осталась в термобелье с длинным рукавом. Конечно, мне стало холоднее, чем было, но гораздо теплее, чем блондинке в летней майке и шортах-юбке. На ногах у неё были знакомой расцветки кроксы — мои или Лизы.

Сейчас я уже не злилась на девушку. Сама три часа назад прошла через истерику. А всегда считала себя стресоустойчивой.

Теперь меня беспокоила реакция моих детей. Какие слова подобрать, чтобы не слишком напугать?

Да и в целом, утром я мало с кем познакомилась. Не видела в этом необходимости. Приютила, оказала помощь — этого достаточно. Я видела этих людей впервые в жизни и дальше не планировала с ними поддерживать знакомство. И всё так резко изменилось за несколько часов.

Уже перед самым лагерем Маргарита вдруг спросила:

— А мы здесь надолго?

Я оглянулась на Никиту, ища поддержки. Тот понял всё правильно.

— Рит, нужно разобраться. Сейчас мы все не понимаем, что делать дальше.

Вот неправильные подобрал слова! Дурак! Ну, кто так успокаивает?! Недобро зыркнув в его сторону, сама взялась объяснять.

— Рита, всё будет хорошо. Мы вместе, а это главное. У меня есть план, что делать дальше. Обсудим со всеми, и с тобой тоже, ты только поспи немного. Ночь ведь не спала? Да? Вот видишь. Утро вечера мудренее.

В лагере было как-то тихо. На кухне никого не было. У большого костра на одном разложенном спальном мешке спали двое. Два мешка куда-то пропали.

В палатку, куда я завела Марго после того, как напоила сладким чаем, оставшимся на дне котелка на кухне, в одной комнате спала Лиза с Алиной, в другой остальные женщины. Илюши нигде не было. Как мне не хотелось будить Елизавету, но я тронула её за плечо и тихо спросила про брата.