Крыло бабочки 2

Глава 15. Циклон

Утро встретило нас белой стеной за окнами.

Ветер выл, будто разъярённый зверь, и колотил в стены, швыряя в дом пригоршни снега. Сквозь стекло машины, которое мы вставили в оконные проёмы, мир снаружи выглядел размытым, словно всё там исчезало в мутной дымке.

Мысль о том, чтобы выйти на улицу, казалась безумием.

— Боги, что там творится… — пробормотала Рита, кутаясь в шкуру. — Шаг в сторону от дома — и ты уже потерялся.

Я выглянула в окошко. Ничего, кроме белой завесы, не было видно. Снежная пыль бешено крутилась вихрями, ударялась о стены, словно пыталась пробраться внутрь.

— Пурга, — сухо констатировала.

Илюша дёрнул меня за рукав и прошептал на ухо:

— Мам, я по-большому хочу.

М-да, физиологические потребности никто не отменял. Я стала одеваться и позвала с нами Лизу.

Перед тем как выйти наружу, Никита с Матвеем остановили нас. Мужчины явно что-то задумали. Никита попросил лёгкого Егора подняться по лестнице на горище, где привязанный к балке висел тримаран и всё что к нему относилось. Спускаясь, морячок держал в руках швартовочный трос тримарана.

— Вот теперь идём. Держитесь за верёвку и ни в коем случае не выпускайте из рук, — проинструктировал Соболев. — Мы закрепим её у стены дома и протянем до туалета. Будете идти туда, держитесь за него. Иначе в этом белом безумии легко можно потерять ориентир и просто замёрзнуть в нескольких шагах от дома.

Мужчины накинули меховые накидки, закрепляя их на поясе грубыми отрезками верёвки, чтобы ветер не сорвал их.

— Командир, открывай.

Матвей крепко взял Илью за руку. Меня подтолкнул следом за Никитой. Тот молча распахнул дверь, и в дом ворвался вихрь снега и ледяного холода. В тот же миг воздух внутри будто сгустился, стал тяжёлым, мороз пробежался по полу, и даже пламя в печи дрогнуло.

Снаружи бушевала пурга. Заметённый снегом двор был похож на белую пустошь. Даже привычные ориентиры исчезли, скрытые ледяным хаосом. Никита медленно двигаясь вперёд, Матвей прикрыл за нами дверь, чтобы не выпускать тепло.

Внутри дома повисла напряжённая тишина. Остальным ещё только предстояло ощутить все прелести погоды на собственных шкурах.

Тридцать метров в одну сторону и обратно стали испытанием. Снега уже намело по колено. Каждый шаг давался с трудом. Ноги проваливались в рыхлую массу, приходилось высоко поднимать колени, но это мало помогало — снег облеплял брюки, налипал на меховую накидку, пронизывая холодом до костей. Кожа на лице немела, дыхание моментально превращалось в иней на воротниках. Вьюга кружила снег в слепящем хаосе, затягивая всё белой мглой.

Никита шёл первым, крепко держась за швартовочный трос, натягивая его между домом и нужным местом. Я — следом, одной рукой цепляясь за верёвку, другой придерживая Лизу. Она тоже старалась идти осторожно, но ветер то и дело сбивал её с ног. Матвей замыкал цепочку, зорко следя за Ильёй и тоже удерживая путеводную нить.

В какой-то момент Лиза оступилась, и я едва успела поддержать её под руку.

— Держись! — крикнула я, но мой голос утонул в завываниях ветра.

Дом показался не сразу. Снежная пелена скрывала его до последнего, но когда деревянные стены выросли прямо перед нами, я почувствовала такое облегчение, что хотелось закричать «ура».

Соболев-старший втащил Илюшу в дом и принялся сразу помогать мальчику раздеваться.

Тепло дома ударило в лицо, проникая под одежду, обволакивая мягким жаром. Снег тут же начал таять, стекая холодными ручейками с меха и одежды. С тяжёлым выдохом я стянула куртку, размяла застывшие на морозе пальцы.

Лиза плюхнулась на лавку, зябко поджав ноги.

— Я туда больше не пойду, — буркнула она, разуваясь. — Пусть завтра снег до крыши заметёт, я из дома не выйду!

Ещё на этапе планирования постройки дома мы обсуждали, где лучше поставить туалет. Понимали, что зимой начнут свирепствовать ветра и морозы, и добираться до него станет настоящим испытанием. Тогда появилась идея соорудить из плетня коридор — он бы защищал от ветра и не позволял снегу заносить проход. Но реализовать её так и не успели.

Слишком мало времени было на подготовку к зиме. Мы делали всё возможное, но суток не хватало. Даже дров у нас запасено меньше, чем хотелось бы, и это действительно беспокоило. А про сени и вовсе пришлось забыть. Хорошая задумка, но, как и многое другое, так и осталась в списке несделанного.

Двое суток бушевал циклон.

Дом устоял. Крыша держалась, но ветер находил дорогу в каждую щель, просачивался сквозь бревенчатые стены, стекло в окнах покрылось тонким слоем изморози.

Соболев-старший и Денис ещё в первый день непогоды установили заранее приготовленные ставни. Сколоченные из неровных, необработанных досок, они с одной стороны были обтянуты, также как и двери, брезентом. Не самая надёжная конструкция, но всё же помогала сохранить немного тепла внутри и защитить стекла.

— Двое суток, — добавила Алина, укутываясь плотнее. — Ветер только усиливается.

Это означало одно: ближайшие дни никто никуда не пойдёт.

Спать на кухне становилось невозможным: воздух здесь был тёплый, но спёртый, а чем больше людей, тем тяжелее было находиться в одном помещении. Людям нужна была хоть какая-то приватность.