Крыло мечты

Глава 18

Перед офисом стояло несколько курящих агентов, в том числе и Света. Это уже был нонсенс: Света курила в самых крайних случаях. Все что-то увлечённо обсуждали, не обращая на меня внимания. Я остановилась рядом со Славой, достала из кармана "Салем" и тихо спросила у него:

- Что случилось-то?

- Я сама тебе расскажу, - повернулась ко мне Светлана, и я заметила, что глаза у неё красные.  

- У меня сорвалась сделка, но это сейчас не важно. Сегодня в агентство пришла мама моей клиентки Риммы, чтобы забрать документы.  Представляешь,  Римма умерла!

- Как умерла? – поразилась я, сразу вспомнив женщину, о которой она упомянула.    - Когда она приехала в агентство, Светы не было, и я вместо неё заполняла договор.

 Молодая женщина лет двадцати пяти пришла к нам с просьбой разменять свою однокомнатную квартиру на две комнаты.  Достала вражда с собственной матерью, которая к тому же полгода назад привела в квартиру нового мужа. Римма с трёхлетней девочкой была вынуждена переехать на кухню. Постоянные скандалы с матерью и её новоиспечённым отчимом продолжались каждый день.

- Отчим слишком сильно стукнул её во время пьянки, она ударилась головой и умерла на месте.

- Какой ужас! – воскликнула я. – А ведь им осталось подождать до сделки совсем немного, и жили бы отдельно.

- А вот и нет – вступил в разговор Слава. – Опекунский совет, который должен был защищать права детей, отказал им в размене.

Это было ещё одним странным законом, который был принят после перестройки. Во время приватизации квартиры родители были вынуждены включать несовершеннолетних детей в число собственников  и  при продаже или  обмене не могли обойтись без опекунского совета. К тому же ребёнку при переезде полагалось иметь столько же метров, сколько ему причиталось на прежнем месте. Соответственно, родители не могли теперь переехать, например, в меньшую квартиру, если даже она находилась в лучшем районе, потому что в этом случае у ребёнка было бы меньше метров, чем ему положено по закону. В связи с этим возникали разные курьёзные случаи: родители, имея на троих с ребёнком трёхкомнатную квартиру в Выхино, не могли переехать в двухкомнатную в центре, даже если она была дороже.  Зато могли переехать в Подмосковье в четырёхкомнатную, которая стоила дешевле, но зато имела больше метров.

- Но это же не правильно. Ребёнка невозможно вырастить в такой обстановке.  Римма даже дни считала до сделки, - возмутилась я.

- Мы нашли им хорошенькую комнату,  все были счастливы, а опекунский совет отказал. Мотивируя это тем, что ухудшаются права ребёнка, в этой комнате на два квадратных метра меньше, чем было в той квартире, где он жил с матерью на кухне, – продолжала Света. – Я им даже взятку предлагала, всё бесполезно. А Римма как услышала, что они остаются снова вместе с матерью, начала биться в истерике. Я её насилу увела из опекунского. А потом произошло следующее: она с горя напилась, пришла домой, где  был только пьяный отчим мать: уехала куда-то в деревню.  Римме  не понравились какие-то слова  отчима, и она накинулась на него с вилкой, а он  стукнул ее  по голове табуреткой. Когда мать вернулась: нашла свою дочь в морге, а  муженька в камере по обвинению в убийстве её единственной дочери.

- А где ребенок? - спросила я, вспомнив очаровательную крошку с большими бантами.

- Девочку забрали Риммины подруги, но сейчас она уже дома с бабушкой.

- Это не укладывается в голове, - сказала я. – Ведь если бы не наши законы, которые можно повернуть в любую сторону, они бы спокойно разъехались с матерью по разным комнатам и жили, что называется долго и счастливо, правда в коммунальных квартирах, но зато отдельно друг от друга.

- Вот так у нас защищают права детей! – сказал Слава, и мы грустно поплелись в комнату агентов делать нужные звонки.

Когда я вошла,  заметила Тамару, опустошённо глядящую перед собой.

- Ты слышала Светкину историю? – спросила я.

- Да, но наша с тобой песня, хотя и не с таким печальным концом не лучше, - она посмотрела мне в глаза.

- Что случилось? Фили?

- Сергей теперь не хочет переезжать.

- Так он же только недавно ломился в свою будущую квартиру? – удивилась я, вспомнив звонок среди ночи.

– Передумал!  Говорит, что мы его обманываем.

- Так мы же внесли аванс две тысячи долларов, чтобы оставить эту квартиру за ним.

- А ему то что? Он этих денег не платил, это наша с тобой ответственность. Он так и сказал, вы за меня деньги дали, вы их и вернёте, а я больше не хочу переезжать.

- Боже мой! – я устало опустилась на стул. – Нам же никто не вернёт этих денег, если не выйдем на сделку.

- Прости меня, это я во всём виновата. Ты правильно говорила: не надо связываться с ними. Я отработаю эти деньги и уйду из агентства.  Не могу  больше этим заниматься! Когда  учила детей, я была на своём месте, а на этой работе у меня всё валится из рук, и я чувствую себя несчастной, - она спрятала лицо в ладонях.

Какое-то время, я молча сидела рядом с ней,  пытаясь найти выход из положения, а потом решительно подвинула к себе телефон. Ну не могу я позволить, чтобы из-за какого-то непутёвого парня у меня развалилась сделка. Я костьми лягу, но заставлю его изменить своё решение, тем более  что это верное решение проблемы и для него и для остальных членов его  семьи.  Кто знает,  если они будут жить раздельно и перестанут перешивать свои проблемы друг на друга, их жизнь может измениться к лучшему?

  К моему удивлению Сергей меня понял сразу и даже извинился. Видимо, ему  передался мой настрой.