Крылья ангела

Глава 1. Он был согласен со всеми обвинениями

Прогладь, если крылья помнут,

Пришей, если вдруг оторвут,

А если преграды стеной —

Крылья расправь за спиной!

Розбицкая Наталья

Он не спеша шел по темному переулку. На плечах рюкзак со спортивной формой и боксерскими перчатками. Задержался, потому что это была последняя тренировка перед республиканскими соревнованиями. Они были для него важны. Как и все остальное, чем он занимался. Впрочем, ничего особого он не делал. На работе появлялся изредка. Зарплату получал исправно. Завод, за которым он был закреплен, гордился своими спортсменами и достижениями.

Звали его Иван. Обычный парень Иван Бессонов. Всю сознательную жизнь прожил в детском доме номер один. Замечательный человек, учитель физкультуры, отвел его в городскую секцию, где заметили его способности. Так он и стал боксером. В свои двадцать три года он больше ничего не умел.

Жил в небольшой комнатушке в коммунальной квартире, которую выделило государство. Места ему хватало, потому что он редко бывал дома. То сборы, то соревнования. То в армии служил. Вернулся. И все началось опять.

И вот теперь он шел и размышлял о том, что пора бы заканчивать свою карьеру. "До олимпийской сборной так и не добрался. Куда уж мне, выпускнику детдома?" — думал Иван.

Вокруг творилось много несправедливости. Но толку с ней бороться в одиночку. Результат предсказуем. Победителем всегда будет тот, у кого больше в кошельке. А у него ничего не было, кроме маленькой тесной квартирки и небольшого счета в банке. Копил на автомобиль. Это была его мечта...

Какие-то крики из темной подворотни привлекли его внимание. Иван повернул голову вправо.

"Помогите! Помогите..." — звал женский голос.

Там, в глубине, при свете тусклого фонаря он различил несколько мужских фигур, стоявших полукругом. В центре находилась девушка. Лиц ни одного из этих людей он не видел. Было далеко и темно.

"Не ищи приключений на одно место..." — умолял какой-то незнакомый доселе голос в его голове. Но разве мог он, Ванька Бессонов, с самого детства защитник всех животных и слабых, пройти мимо?

"Цыц!" — рявкнул кто-то другой. И он решительно свернул в этот переулок. Шел медленно, стараясь не привлекать внимания. Со стороны казалось, что большой черный дикий кот вышел на охоту. Он был готов к прыжку в любую минуту.

Но нападать исподтишка не привык, поэтому окликнул:

— Эй, пацаны, а что здесь происходит? — четыре головы моментально повернулись в его сторону. И только девушка смотрела на него умоляющими глазами, прижимаясь к стене.

— Слышь, мужик, шел бы ты своей дорогой, пока не поздно. — он не разглядел того, кто, скорее всего, был главным. Но отступать не собирался. Было жаль девчонку. Все, что с ней сегодня происходило было по меньшей мере несправедливо. "Неправильно..." — стучали молоточки в его мозгу.

Оставалось еще несколько шагов и он разорвал этот круг своим присутствием.

— Ну, ты влип... — вперед выступил говоривший. Иван сбросил на землю рюкзак и стал двигаться влево, подальше от девчонки. Он знал, что в этом городе ему нет равных. На ринге... А этот, видимо, где-то тренировался.

Иван усмехнулся, подумав, что это хорошее завершение сегодняшней тренировки. Но когда ему надоело кружить, он сделал то, чего никто от него не ожидал: удар слева. Тот упал... И не двигался.

Именно в этот момент раздалось завывание сирены полицейской машины. И подворотня осветилась фарами подъехавшего автомобиля.

Иван похолодел. Он уже понял, что произошло. Он сел под стеной, на которой по нелепости каким-то художником были нарисованы крылья. То были крылья ангела. Видимо, их здесь нарисовали с единственной целью: чтобы сделать красивые фотки и выложить в сеть.

Он никуда не убегал. Сидел и обреченно ждал своей участи. Нет. Он не гордился собой. Только сожалел, что не смог контролировать свою левую.

К его удивлению девушка не убежала. Смелая. С разметавшимися по плечам темными волосами, она, отчаянно жестикулируя, размахивала руками, пытаясь рассказать, как все произошло. Молоденький полицейский записывал ее показания. А он сидел в машине, наблюдая за всеми действиями как бы со стороны. Через окошко. Будто это все касалось не его вовсе, а другого человека.

Следствие длилось долго. Слов этой девчонки было недостаточно по видимому. Трое дружков утверждали, что он напал первым. Просто так. А они проходили мимо, гуляли.

Но оказалось, что даже самой темной ночью есть свидетели. И темные окна — не показатель того, что все люди спят. Наталье Трофимовне в эту ночь не спалось. Впрочем, как всегда. Ей было за восемьдесят. Ломило спину. Она сидела на кухне и смотрела в окно. Свет не зажигала. И все, что происходило во дворе видела.

Даже тогда, когда к ней пришел оперативник, говорила, что крепко спала. И только к концу следствия, после того, как к ней пришла девушка по имени Аленка Глазкова, согласилась дать показания. Ей стало жаль и девочку, попавшую в такую ситуацию, и парня, который не побоялся дать отпор четырем не го дяям.

На заседании звучали слова "непредумышленное", "по неосторожности"... Иван смотрел на все, словно это касалось не его. Вердикт: три года...

"Три года..."

Много это или мало Иван пока не знал. Но какая разница? Если он уже осудил себя сам. Он был профессиональным спортсменом. Не смог себя контролировать. Пострадал человек. Значит, он виновен.

"Вот и пришел конец моей спортивной карьере. Без медалей. Без славы. Без рукоплесканий поклонников. Был Ванька Бессонов — спортсмен, боксер... И нет его". — и он дал себе слово больше никогда не выходить на ринг.

А там он оказался героем. Весть о его поступке добралась сюда впереди него. Там тоже были люди. И не все любили, когда обижают детей, девушек и слабых.