Крылья для землянки

Глава 8. Проверка на совместимость.

Просторный приёмный зал Сезариата был наполнен оживлёнными разговорами, когда он вошёл. Дейке появился одним из последних, не рассчитывая на интересное общение перед встречей с Величайшим, как другие опекуны землянок. Его сторонились, слишком уж он выделялся на фоне четырнадцати психологов и преподавателей, даже физически: мало у кого в этом зале наличествовали крылья, никто не мог похвастаться и таким ростом, как он.

Возвышаясь над всеми на полголовы или даже больше, Дейке чувствовал себя неуютно: он привык находиться в обществе военных, похожих на него, думающих и разговаривающих так же.
Наблюдая за беседой двух-трёх психологов, Дейке вначале с трудом мог удержаться от смеха и радовался тому обстоятельству, что его телепатический уровень позволяет скрывать все эмоции. Они даже жестикулировали несколько жеманно, словно наполовину были женщинами. Но иногда беседы, доносившиеся до него, вызывали гнев. Поглощённые научной дискуссией специалисты сами не замечали, что начинали говорить о своих подопечных-землянах как о насекомых.

«Вы знаете, коллега, реакция на наказание, я бы сказал, довольно болезненна. Мой первый эксперимент показал, что психика землян в этом плане чересчур ранима, хотя я создал ситуацию, в которой проступок был несерьёзным, и, возможно, поэтому даже слабое наказание воспринималось неадекватно…»

Слыша подобные фразы, Дейке испытывал сильнейшее желание ударить говорившего – непозволительная и неэтичная фантазия для офицера космофлота. Но у него даже волосы на затылке начинали шевелиться, едва он представлял, как стал бы «создавать ситуацию» для проступка и потом «экспериментировать» с наказаниями. Как будто землянам и без того не хватало стресса. Как будто они не заслуживали уважения.

А потом, сделав этакую пакость, он даже представить не мог, как стал бы обсуждать результаты с «коллегами». Его даже передёрнуло слегка, хотя он и понимал, что большинство присутствовавших имели дело с детьми и, конечно, ничего такого уж ужасного в их хитростях и «экспериментах» не было.

Разговаривая с Лиской на корабле, Дейке умолчал о том, что кроме неё им удалось подобрать всего трёх взрослых женщин, и одна лететь отказалась, поэтому осталось две. Остальные одиннадцать землян были детьми от пяти до одиннадцати лет, выкраденными из сиротских учреждений. Свободу выбора им предоставили очень условную – по сути, психолог просто рассказал им сказку о Горре, и каждый ребёнок, конечно же, захотел попасть в сказочную страну, не говоря уже о том, чтобы получить родителей.

Об этической стороне дела Дейке старался не задумываться, особенно о том, что обратной дороги у землян не будет, даже если они приживутся плохо. Опустив глаза и повернув голову, он заметил крылатого человека в форме офицера космофлота, стоявшего, как и он, в стороне. Разглядев его внимательнее, Дейке удивился: на прошлых собраниях этого мужчину он не видел.

Заметив его тоже, незнакомый офицер решился подойти.

- Капитан, - произнес он, наклонив голову в знак приветствия.

- Офицер, - отозвался Дейке, приветствуя его в ответ.

Он не сомневался, что незнакомец знает его имя, звание и место службы. Да и не только он: Дейке был известен всей планете как капитан лучшего на Горре корабля после личного корабля Сезара. Служить на «Чёрной звезде» стремились многие, очередь стояла до другого конца планеты. Именно поэтому Дейке поспешил зачислить на внезапно освободившееся место Меркеса, хотя тому едва исполнилось шестнадцать.

Его визави представился Закартом эс-Литте. Оценив внешность своего собеседника, Дейке понял, что имеет дело с технарём: его тело явно не знало интенсивных тренировок, и, хоть офицер и был подтянут, но для боевых вылазок не годился.

- Кодировщик? – уточнил он, и Закарт кивнул.

- Капитан, для меня большая честь познакомиться с вами… - с горящими глазами начал он, и Дейке слегка поменялся в лице:

- Стоп, давайте без этого, ладно? – грубовато оборвал он. – Лучше скажите мне, кого вы опекаете, и почему вас раньше здесь не было видно?

- Мальчика, ему восемь. Его предыдущий опекун отказался.

- Как? – поразился Дейке, даже не совладав с удивлением в голосе. Опекунов для землян подбирали так долго и тщательно, что не справиться они просто не могли. Единственным, кого не подбирали подопечной, был он сам и то лишь потому, что Дейке настоял на личной опеке и получил разрешение с учётом его возраста и опыта отца троих детей.

- У мальчика… сложный характер, - осторожно сказал Закарт, явно подбирая слова. – И с приёмной матерью получился конфликт. А у меня пока жены нет, так что…

- Вы молоды, у вас нет жены и детей, и вас подобрали опекуном? – удивился Дейке.

- Я психолог по первому образованию, и восемь лет работал с детьми, пока не переменил специальность, - пояснил офицер.

- И как вы с ним? Справляетесь?

- Да, - улыбнулся Закарт. - Прозвучит странно, но думаю, что полюбил его с первого взгляда, как настоящего сына.

Дейке на миг застыл. В его голове промелькнуло воспоминание о том, как он сам впервые увидел Лиску и какие чувства тогда испытал. Это было очень яркое и эмоциональное воспоминание, но чего у него точно не было - так это отцовских чувств.

Его собеседник, было, открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но тут двери зала распахнулись, и вошёл Сезар. В зале воцарилась полная тишина, и все присутствовавшие наклонили головы перед Величайшим.

- Всем доброго дня, - негромко сказал Сезар, но его голос отчётливо был слышен в каждом уголке огромного зала.

Дейке каждый раз слегка завидовал способности Величайшего так говорить. Как и другим его способностям. Например, сканировать, не глядя, за несколько дней. Каждый раз это его смущало, когда приходилось встречаться с Сезаром – он мог просканировать любого в зале так, что тот бы и не заметил.

Но Дейке гордился тем, что хотя бы не сбивался с дыхания при встрече с Величайшим, как многие другие. Закарт, стоявший рядом, например, уже несколько секунд вообще не дышал, глядя в пол, хотя этикет вовсе не требовал столь длинных поклонов. А Дейке спокойно смотрел на высокую фигуру Сезара, чёрного, словно ворон. Чёрными были и его крылья, и длинные волосы, собранные в затейливую косу за спиной, и прожигающие насквозь глаза, и даже ногти. Так что если бы каждый присутствующий в зале не знал, что Величайший – представитель иной цивилизации, его внешность непременно навела бы их на эту мысль.