Крылья к резюме обязательны!

Глава 2

Катафалк в ответ на фразу дракона закашлялся, а после я удостоилась второго, уже вопросительного взгляда. И он тоже не сулил мне ничего хорошего. Профессор сначала пристально посмотрел на меня, потом на схинца. Снова на меня… На схинца… И я почувствовала, что у Грейта будет ко мне множество вопросов. И все не по поводу защиты диплома, которая вот-вот должна начаться.

— Вы обознались, — как можно более сдержанно произнесла я, чуть качнувшись вперед и намекнув дракону, что не время и не место обсуждать обстоятельства нашего с ним знакомства. Острым каблуком шпильки намекнув. Прямо на носок черного ботинка этого Даркварда.

Схинец экивок понял и даже не поморщился. Он невозмутимо произнес:

— Хм… Возможно, я и правда ошибся… — И мне показалось, что он едва заметно, на толику мгновения, тонко усмехнулся. — Сдается, во всем виноват эффект первого впечатления. Вы удивительно схожи с той моей знакомой.

Это был намек мне от Даркварда... Ух, ну и имечко же у него. Словно рык, доносящийся из глотки огнедышащего ящера. Хотя… он же схинец! А от них другого и не стоило ожидать. Впрочем, как и бескорыстия, наивности, глупости. А вот чем славились крылатые — это расчетливостью, холодностью, таинственностью, жесткостью, гордостью и могуществом. Недаром же «дракон» стал синонимом слова «опасность».

И вот сейчас один из представителей этой закрытой для людей, вампиров, оборотней, да даже вездесущих фэйри, расы дал мне понять, что готов к взаимовыгодным переговорам. И пока будет молчать о нашем с ним секрете… Вот только как долго продлится это «пока»?

Я посмотрела в глаза дракону.

Мой молчаливый вопрос. Его немой ответ. Разговор о главном. Без слов. В этот миг мир для нас двоих лишился всех звуков. Зато наполнился смыслом. И напряжением. Оно разливалось по нашим венам, наотмашь било по нервам, выжигало мышцы изнутри первородным огнем.

Мы оба: и я, и дракон — были не спокойны этим мигом, что звенел меж нами натянутой струной. Я бросила ему вызов, сбежав из закрытого склад. Он мне — сейчас, дав почувствовать, что теперь игра идет по его правилам.

Вот только я ненавидела подчиняться. Даже отец не смог меня сломить. А уж у какого-то схинца это и подавно не получится. И я собрала все свою волю в кулак, опустив на лицо, как забрало, приветливую улыбку, и постаралась весело и непринуждённо спросить:

— Так о чем вы хотели поговорить со мной, профессор?

Перестаралась. Оптимизма в моем голосе было как у той сильно оптимистичной ведьмы, которую вели на аутодафе, а она радостно вопила: «Ура! Наконец-то как следует согреюсь!»

Катафалк скептически посмотрел на меня и произнес:

— О теме твоей работы. Она уникальна тем, что находится на стыке артефакторики и алхимии. А уж практическая часть, посвященная разработке каталитов, в разы ускоряющих работу элементалей в цилиндрах двигателей, и вовсе впечатляет. И господин Бронфилд, как член дипломной комиссии, ею очень заинтересовался.

Дракон вскинул бровь, видимо, в этот момент узнав о себе много нового. Например, то, что он увлечен темой ускорения реакций у элементалей открытого цикла... Но вслух Дарквард ничего не сказал. А Катафалк меж тем продолжил:

— Я думаю, что….

Узнать, о чем думает гений артефакторики, нам не удалось, Катафалка перебил подошедший председатель дипломной комиссии:

— Профессор Грейт! Вас-то я и ищу! Вы мне срочно и безотлагательно нужны для серьезного разговора.

У моего руководителя тут тоже была жизненно важная шкуроспасательная операция его студентки из лап дракона… в смысле беседа с гостем из Схина. Но, увы, сказать это прямым текстом Грейт не мог. А непрямым — председатель не понял.

В итоге Катафалк вынужден был оставить нас с драконом наедине. И едва Грейт отошел, как я услышала:

— Знаешь, меня никогда не подводили ни зрение, ни слух, ни память, ни обоняние.

— Что?

— Я узнал тебя. Отпираться бесполезно, Скай, — мое имя он произнес уже с открытой усмешкой.

Все же добился своего, гад крылатый, выяснил мое имя.

— Что ты от меня хочешь? — без обиняков спросила я.

— И это вместо благодарности? — Дракон вскинул бровь и шагнул навстречу.

Мы оказались так близко, что пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы иметь возможность смотреть ему прямо в глаза, а не в район шейного платка.

— Если поступок бескорыстен, то да, за него следует благодарить. Но если все было ради холодного расчета, то это сделка. И ее условия хотелось бы знать если не заранее, то полностью.

— Не доверяешь? — Горячее дыхание дракона коснулось моих губ. — А вдруг твои слова могут меня ранить?

— Знаешь, что-то мне подсказывает, что ранить тебя можно разве что из чарострела. В упор. И то не факт.

И, судя по тому, как блеснули золотом темные глаза Даркварда, я оказалась недалека от истины. Дракон внимательно посмотрел на мое лицо, словно что-то прикидывая для себя.

— Умная, не доверяешь никому на слово, чувствуешь себя в высшем обществе как рыба в воде, умеешь просчитывать ходы противника наперед… Ты меня устраиваешь, — выдал он.

— Что ты имеешь в виду? — прищурилась я. Такой резкий переход мне совершенно не понравился.

— Мне нужен напарник в одном деле. И ты на роль помощницы прекрасно подходишь.

— Шпионаж? — насторожилась я.

— Нет. Всего лишь услуга за услугу.

— Если это касается политики, то… — Я приготовилась сказать «нет», в уме уже лихорадочно просчитывая варианты минимизации потерь.

Успею ли я написать заявление на академический отпуск? Пусть дракон даже не намекнул, что в случае отказа он может банально провалить меня на защите. Но… отец всегда мстил врагам. А этот Дарквард сейчас напомнил мне герцога Файна, поэтому… Я бы не тешила себя мыслью о благородстве схинца. Так что надо предвидеть и такой вариант.

И если решение вопроса с дипломом обошлось бы мне годом ожидания, то какова цена скандала, который непременно разразится, если всплывет история о том, как я полуголая лежала на палубе с Дарквардом? И как быстро прознают про нее адвокаты жениха, чтобы выдвинуть встречную претензию по неустойке брачного договора… Но я не успела произнести «нет», которое стало бы мне приговором, как меня перебили: