Крылья над горой

Глава одиннадцатая. Прекрасная женщина

Что за прелесть эта безрукавка! Зана повернулась перед зеркалом в разные стороны. Красный бархат, зеленые цветы из самоцветных камней, голубые листья из сегдетского шелка и золотые узоры по краям! Как хорошо, что она купила ее в торговых рядах у заезжего рудодела! Зана сбросила туфли и босиком подбежала к зеркалу. Ах, как хорошо получилось! Невысокая, ловко сложенная и подвижная, с темно-рыжими распущенными кудрями, подхваченными на затылке заколкой, она даже в тридцать шесть хороша, как в юности! И как же идет яркий бархат к ее карим глазам и румянцу щек – теперь уже не вполне естественному, но очаровательному!

Конечно, она очень хороша! Достаточно вспомнить, как смотрели на нее мужчины сегодня утром в торговых рядах! Сначала в растильном ряду, возле узорных тарелок из головичной кожуры, к ней пристроился совсем молоденький паренёк, небогато одетый, но такой милый и остроумный! Почему-то он вскоре исчез, а вместе с ним исчез и новый бархатный кошель с пояса Заны. Ах, если бы она знала, зачем он так шутит и веселит ее! Но с другой стороны, что горевать о кошеле, если в нем все равно уже ничего не осталось?

А как посмотрел на нее королевский полусотник, когда спрашивал дорогу к усадьбе князя Гольта! Какой же он был красивый - глаза серые, брови черные, а светлые кудри так и блестят на солнце, хотя и взъерошены, будто он с утра не успел причесаться! Он не успел сказать ей ни слова, но так оглянулся на прощание и так посмотрел с высоты своего боевого ящера, что Зана сразу поняла – этот воин никогда не забудет ее! Правда, под горящим взглядом полусотника Зана споткнулась обо что-то на обочине и едва не упала под ноги здоровенному многоногу. Если бы она знала, что именно на этом месте будут валяются камни, а по дороге как раз в это время вереницей покатят возы с осенней хлебной щепой и молотой мукой! Зато и мужик с воза так на нее посмотрел – ну точно не забудет!

Ах, если бы Зана знала заранее, чем кончится этот прекрасный день! Если бы могла угадать, что за картину откопают молодые и красивые королевские исследователи в Свече! Если бы она знала, какие воспоминания вернет ей каменная картина, она даже в усадьбу не пошла бы, а не то что в башню! Нет, нет, она больше не будет вспоминать эти жуткие времена! Ну почему ей тогда никто не сказал, что все закончится так ужасно? Ей ведь было всего шестнадцать лет, она была такой искренней, такой доверчивой! Как весело было жить летом в старом прадедовском доме, как хорошо смеяться и играть с парнями из Крылатовки, впервые узнав о силе своей женской красоты! Как она верила в свою женскую силу! Как твердо знала, что всегда сможет повелевать силой и оружием мужчин, вовремя сказанным словом рождая мечты и одним движением нежной руки разбивая надежды могучих мужчин! И как же она ошибалась! Если бы она знала! Если бы умела направлять гнев, ревность и расчеты мужчин теми путями, которые были нужны ей самой… Наверное, тогда она ни за что не увидела бы сегодня своего мужа и сыновей на допросе у окольничего Аврина.

Ах, Аврин! Черноглазый, решительный, сильный – настоящий мужчина! Как он был хорош в юности, горячий, порывистый, страстный! И каким огненным взором смотрит он на нее до сих пор, хотя и брезгливо морщится, делая вид, что отвернулся! Ну почему она ничего не знала девятнадцать лет назад? Почему не угадала в резком, горячем юноше будущую силу? Почему не угадала, что с годами упрямый ратник с примесью проклятой крови повелителей вещей станет всесильным княжеским окольничим, а троюродный племянник князя ученый брат Лутан не поднимется выше библиотекаря? Ах, если бы знать, если бы знать! Тогда бы она удержала Аврина, чего бы это ей ни стоило! Тогда это было вполне возможно, потому что у них была общая дочь, теперешний позор Заны, о котором даже мать стесняется говорить. А теперь он давным-давно женат на жирной деревенщине, за которой получил в приданое огромное поместье и близкое родство с градоначальником Санбира. Теперь эта жирная туша наплодила, как ящерица, кучу детей, и на нее стало тошно смотреть, но даже это не заставило Аврина хотя бы поговорить сегодня с Заной!

Одно только и было утешение под конец дня – увидеть, как во дворе усадьбы смотрит на Зану сам его светлость князь Гольт! И он ведь не только посмотрел! Он так крепко взял ее под локоть, что она была готова хоть сейчас отправиться в княжескую опочивальню, а почему бы и нет? Может, так бы и получилось в конце концов, но такой день не мог кончиться удачно! Ну как могла знать Зана, что явится зловредная княжеская дочка Крита, и так посмотрит на отца, что князь тут же забудет о прекрасной женщине и пойдет по своим государственным делам! А на Зану эта злобная охотница так посмотрела, будто готова была тотчас всадить в нее стрелу из своего лука. Гадость какая! Ни породы, ни изящества, ни женской мягкости, за вдовым отцом следит, будто любовница!

Ну ничего, Зана еще добьется своего! В конце концов, князь Гольт Тородинский для нее еще не потерян, у нее же столько знакомых среди княжеских приближенных – и с ключником, и со спальником, и с самим писарем Силинтом она знакома! А они всегда готовы познакомить ее с добрыми и щедрыми тородинскими господами, просто до сих пор она от этого отказывалась. Она же все-таки жена княжеского родственника, и ее муж, хоть и невзрачен на вид, но надежный добытчик, и в доме у них никогда не переводятся звонкие золотые рошанской чеканки. А два ее сына, красивых и не дающих себя в обиду, уже получают образование в княжеской школе оруженосцев, и у них вот-вот проявятся какие-нибудь таланты. А если и не проявятся – они целыми днями в княжеской усадьбе, на виду у его светлости Гольта и молодого князя Магерона. В усадьбе ее мальчики никогда не упустят свою удачу, и со временем у Заны будет не только эта очаровательная безрукавка и подаренная сыном заколка в волосах, но и все, что полагается иметь матери молодых и славных воинов. А может быть, им даже повезет пробиться в витязи, и когда они женятся, они и все их потомки будут уже не купцы, а родовитые витязи!