Кто, если не ты?

Глава 1

– Тюша, мне такой кошмарный сон приснился, ты сейчас обалдеешь!

Ева, лохматая после сна, в шелковой ночной распашонке с китайскими драконами, ворвалась в ванную комнату и сразу же бросилась к высокому брюнету с зубной щеткой во рту, который при виде ее страдальчески закатил глаза. Свободной рукой он замывал воротник белой рубашки прямо в раковине.

– Фо фо ещё, – попытался отбиться он. – Спешу, опаздываю! Потом расскажешь.

– Тюша, ну как "потом"?! Меня всю трясет! Нервы… нервы дергаются!

– Не называй меня этой идиотской кличкой. Я не Тюша, я – Кирилл. Запомни уже.

– А раньше тебе самому нравилось... Мама твоя говорила – ты сам себя так называл!

– Называл и перестал. Кирилл и всё. Так что тебе за чушь приснилась? Ты, кстати, Наташе скажи – пусть эту рубашку с другими не стирает, пусть пятно с воротника снимет сначала. Это соус… или что там... Жалко рубашку, моя любимая.

Она непонимающе оглядела мокрый воротник с размытым мокрым пятном и переложила её из плетеной корзины для грязного белья на борт ванной.

Кирилл прополоскал рот зеленой жидкостью из флакона и, набрав мусс на кончики пальцев, тщательно уложил иголочки короткого ежика волос одну к одной.

Не обращая внимания на её попытку прижаться к нему, он протиснулся мимо и прошлепал босыми ногами в сторону кухни.

– Ты говори, говори… я слышу. Опаздываю.

С немного обиженным видом она проследовала вслед за ним в кухню и какое-то время думала – обидеться на него за явное невнимание или нет. Но нервное напряжение дало о себе знать, и она выпалила.

– Слушай, я видела сон, как будто иду по коридору, а навстречу мне идет клоун. И вдруг... как ударит меня ножом! Насмерть! Я умерла и проснулась. Вот ужас-то!

– Приплыли, – он остановился и подняв бровь с удивлением посмотрел на неё. – Ты умеешь удивить... Давай про твой сон в администрацию президента напишем, и в ЮНЕСКО. Ты серьезно?

– Тюша, меня трясет всю!

– Меня уже тоже сейчас трясти начнет. Кирилл. Мне на лбу имя написать?

– Извини, я в себя прийти не могу. Такой настоящий сон, прямо реальный...

Он остановился, прекратив наливать воду из фильтра в чайник. Бицепс руки, без видимого напряжения держащий тяжёлый чайник, только подчеркнул силу своего хозяина.

– Ева, сорян, у меня настроение с утра не очень. Давай… без психиатрии.

– Кир, ты сам мне читал про вещие сны – перед рассветом. Я сейчас расплачусь! Это так реально было… Прямо ужас! Честно.

– Я тебе тогда про реальные передачи смыслов говорил во сне, а не клоунов твоих. Глупость. Боишься клоунов, в цирк не ходи.

– Точно не пойду, – она поежилась. – Думаешь глупость?

– Дурочка ты, котеныш. Насмотрелась ерунды вчера, а сегодня меня морочишь. Всё, – он мимоходом обхватил её за плечи, подарив на секунду ощущения покоя. – Опаздываю. Глупости не повторять, в цирк не ходить. Что у тебя сегодня?

– В восемнадцатую больницу. У них там двое человек с потерей памяти. Один, Лена сказала, совсем мальчишка…

– Ева, – он остановился, и пристально, словно стараясь рассмотреть нечто невидимое, посмотрел ей в глаза, – я от тебя офигеваю иногда. Другие люди с твоими деньгами давным-давно бы на Мальдивы переселились. Ты словно святая, из прошлого века выпавшая. В наше время таких людей не делают. Заниматься чужими проблемами, когда в этом нет необходимости – это прям святое. Я бы сказал, ангельское. Пока про сны не начинаешь, – он взъерошил ей волосы и, взболтав кофе в металлическом стакане, увлек её за собой в прихожую.

Его телефон коротко, призывно свистнул.

– Да, Семен Семенович, – просиял он, улыбаясь в трубку.

Ева, чтобы не мешать разговору, отошла в зал и, думая о своем, поправила букет, цветы которого подали первые признаки увядания. Тут поправлениями не поможешь – когда цветок не берет из воды нужного, его время истекло.

– Ну ты даешь! – донесся до неё смех из другой комнаты. – Идея акробатическая, но увлекательная. Считай, уговорила.

Стукнули дверцы обувных полок – Кирилл обувался на выход.

– А ты с кем говорил? – она вышла в коридор и подняла стакан с кофе с полки. – Кофе не забудь.

– Семеныч дурака валяет. У нас своя тема, тебе не интересно будет.

– Кирилл! – она попыталась остановить его в дверях. – Я знаю, ты на меня обижаешься, что я ответ не даю насчет стройки… Понимаешь… я с дядей Вовой говорила и, если честно, он против. Ты знаешь, я обещала папе всегда с ним советоваться… Это для меня много значит - такое обещание.

– Да я понял давно уже, – усмехнулся он. – Ты для меня как открытая книга, Ева. В красивом переплете. Нет, значит нет. Про твои деньги ему решать. Без проблем. Мое дело предложить.

– Ну, постой… – она потянула его за рукав. – Я же вижу – ты обижен. Не надо так.

– На обиженных развозят воду. Я просто сожалею.

– Ты ведь знаешь, какой дядя Вова дотошный – он говорит, бизнес-план не проработан. Это и не бизнес-план. Ты сам потом с ним обязательно поговори, ок? Ты ему все объяснишь – я точно неправильно все передала.