Кто, если не я?

1

Комната была холодной. Не из-за температуры — воздух здесь был спертым, неподвижным, как в помещении, где давно никто не дышал по-настоящему. Лампа над головой светила слишком ярко, бросая жёсткие тени на серые стены. Они были пустыми, ровными, без изъянов — как будто здесь не должно было быть ничего, кроме людей и их секретов.

Стол между ними казался слишком тонким, почти ненадёжным, но в этом и был смысл. Разделять, но не защищать.

— И где же вы впервые встретили мистера Морено?

Прокурор чуть наклонился вперёд, стараясь вызвать доверие у девушки, что сидела напротив и нервно сжимала свои пальцы, пытаясь унять дрожь.

Его взгляд был мягким и успокаивающим, но в голосе она улавливала нотки холода и расчётливости.

Обманывало ли её собственное восприятие? Действительно ли он хотел помочь? Или всё же был таким, каким казался?

"Такие люди, как он, всегда лгут."

Прозвучал насмешливый голос в её голове, постоянно твердивший, что девушка не должна расслабляться. Неужели Изабелла чуть не поверила этому мужчине? Прокурору, явно старавшемуся выпытать из неё правду ради повышения в должности? Наивная дура.

— Изабелла, если вы расскажете всё, как было, то я могу помочь вам.

Голос мужчины был пронзающим, с нотками фальшивого сочувствия. Он вырывал её из думок и настойчиво напоминал, что за всё в этой жизни нужно платить. Но не слишком ли высокая цена за «малейший» проступок?

"Помочь мне? А как же Лукас?"

Опустив голову, она прикрыла глаза, ощущая, как напряжение сдавливает грудь. Воздух в комнате вдруг стал тяжёлым, спертым, как перед грозой. Она сжала пальцы, ощущая, как ногти впиваются в ладони. Её оболочка — хрупкий, тщательно выстроенный панцирь — трещала. Но готов ли прокурор увидеть то, что удавалось разглядеть лишь одному мужчине?

"Когда же я тебя встретила, Лукас?"

Она пыталась сосредоточиться и сглотнула ком в горле от нахлынувших воспоминаний о тех тяжёлых днях поздней осени, которые казались адски бесконечными. Голод скручивал желудок, превращая его в сплошной узел, а голова пульсировала, как после нескольких дней без сна. Она уже привыкла к этой боли — тупой, навязчивой, как бесконечный гул в ушах. Иногда ей казалось, что если выпить побольше воды или залить пустоту в животе чем-то сладким, вроде дешёвой колы, станет легче. Но легче не становилось.

— Блять… — раздражённо прошептала девушка, открывая холодильник в надежде найти хоть что-то съедобное. Зачем она снова проверяла холодильник, будто еда могла появиться там сама собой? Изабелла и сама не знала ответа.

Она неохотно взяла телефон в руки, проверяя почту, и боялась увидеть очередные угрозы от миссис Харрис о выселении. Но, на удивление, не было ни одного сообщения.

Изабелла усмехнулась, вспоминая ворчливый голос хозяйки квартиры, и подошла к двери, возле которой красовалась куча писем и листовок. Присев на корточки, девушка с тяжёлым вздохом перебирала их, будто ожидала какого-то чуда.

Большинство оказалось бессмысленным мусором — скидки на пиццу, автосервис, ремонт телефонов, либо же очередное напоминание о задолженности по счетам. И только одна листовка привлекла её внимание.

"Требуются сотрудники. Книжный магазин «Взмах». Гибкий график."

Она перечитывала эти строчки снова и снова, как заклинание. Дождь барабанил по стеклу, когда она медленно поднялась, сжав листовку так крепко, что пальцы побелели.

"Если бы тогда я не взяла этот чёртов клочок бумаги, всё могло быть по-другому."

Она открыла глаза и посмотрела на прокурора.

— Два года назад у меня были проблемы с деньгами… Мне приходилось голодать, а также нечем было платить аренду. И тогда мне попалась листовка с поиском сотрудников в книжный…