Кто кого и кого как

11-17

11

Эксперт, проводивший обследование около трех часов ночи заявил, что Иван Юдолин был убит, по всей видимости, одним ударом твердого предмета по голове. По уровню запекания крови и исходя из каких-то еще своих наблюдений, эксперт определил, что после удара Иван прожил некоторое непродолжительное время, но, по всей видимости, находился в этот период в бессознательном состоянии и умер не приходя в сознание. Так что время нанесения удара эксперт определил примерно между половиной девятого и половиной двенадцатого прошедшего вечера.

Следовало определить, кто мог находиться в Издательстве все это время.

Дружные действия следственных властей по опросу присутствующих сотрудников позволили выяснить много разнообразной, но крайне противоречивой информации.

Все присутствующие опознали в убитом директора рекламной службы Издательства Ивана Юдолина. Зато в сроках его работы в Издательстве четверо сотрудников (Владислав, два дизайнера и Бум), допрошенные по очереди, значительно разошлись. Мышка утверждал, что Иван появился здесь в начале прошлой недели, Зодчий — что видел его уже более месяца назад, когда закрывался очередной номер «Мира моря». Владислав сказал, что новый директор рекламы проработал тут месяца полтора, а Бум утверждал, что пускает его сюда уже пару месяцев.

Удалось выяснить, что в Издательстве вчера была вечеринка и что участие в ней принимала примерно половина сотрудников Издательства, при этом общую численность всех сотрудников Издательства им никто из присутствующих сообщить не смог — диапазон вариантов колебался от 50 до 100 человек.

Мышка и Владислав очень уверенно заявили, что Иван на вечеринке присутствовал. Зато Бум, проверивший журнал, в котором сотрудники отмечали время прихода и время ухода, заявил, что Иван вчера на работу не приходил, поэтому и находиться здесь, вопреки очевидному, не должен. Остальные трое сотрудников этот парадокс объяснили очень просто: зачастую сотрудники просто забывают записаться в журнал, придя на работу. Кстати, и присутствующий здесь директор дизайн-центра Издательства Зодчий также в журнале отсутствовал — забыл записаться. Этой же забывчивостью они объяснили и тот факт, что, согласно журналу, в здании еще должны были находиться как минимум 22 человека, которые записались, что на работу пришли, но времени своего ухода не проставили, а, значит, еще здесь находились.

Назвать всех присутствующих на вечеринке также оказалось делом непосильным, поскольку никто из опрашиваемых свидетелей в ней участия не принимал.

Частично разобраться в этом помог журнал, записи в котором свидетельствовали, что по крайней мере 36 человек из списка подозреваемых выбросить можно, ибо ушли они с работы до двадцати часов. 22 человека, как уже отмечалось, покинули здание неизвестно когда. 12 человек ушли в промежуток между восемью и девятью часами вечера, 16 — между девятью и десятью, трое последних из записавшихся покинули редакцию все вместе в 23-05.

Однако верить записям в журнале следовало бы крайне осторожно: Мышка, например, согласно журналу, ушел в 18-00 и больше не возвращался, на самом же деле, в момент прихода милиции находился в Издательстве. Зодчий, как уже было сказано, в этот день в журнале вовсе не записался. Среди 22-х якобы не ушедших с работы был и Владислав, который действительно никуда не уходил, с остальными же еще следовало разбираться.

Количество всех записавшихся накануне в журнал было равно восьмидесяти девяти. Вместе с не записавшимся Зодчим получалось ровно 90 человек. Сколько народу в журнал записаться забыли было неизвестно.

На дотошные вопросы следствия Мышка честно ответил, что накануне работал с восьми утра и в шесть вечера собирался уйти домой, но буквально на пороге встретился со своим давним клиентом, который снова принес ему небольшой заказ, поэтому он, Мышка, на работе остался, а вычеркнуть себя из ушедших домой забыл.

Удалось выяснить, что в журнале никогда не записывались работники бухгалтерии в количестве четырех человек, повариха в единственном числе, курьеры в количестве шести человек и руководители Издательства в количестве двух человек. Определить время ухода этих сотрудников представлялось проблематичным. Исключение составил замдиректора Издательства Виконт, который уехал встречать поезд в половине восьмого — эту информацию сообщил довольный тем, что хоть что-то может сказать наверняка, Бум, помогавший начальству вынести из подсобки запасное колесо от его, начальства, автомобиля и слышавший, что Виконт должен успеть встретить на Балтийском вокзале поезд, прибывающий около восьми вечера.

Впрочем радость сотрудников милиции по поводу того, что в этой сумасшедшей конторе хоть у одного человека есть твердое алиби, была разбита замечанием Зодчего о том, что Виконт принес ему около десяти вечера пакет с фотодокументами. Каким образом он (замдиректор) проник в здание снова никто сказать не мог — Бум ему дверей не открывал, ключей от них нет вообще ни у кого в Издательстве, поскольку охрана дежурит круглосуточно и двери открывает с помощью пульта дистанционного управления прямо из дежурки. Скорее всего Виконт вошел, когда дверь была открыта для кого-нибудь из уходящих. Время его ухода также оставалось загадкой.

Переполненные до краев подобной крайне противоречивой информацией следователи схватились за головы. Видя их растерянность, Зодчий сказал, что подобное вовсе не удивительно, учитывая творческий характер работы опрашиваемых.

— С ума свихнешься с этими творческими работниками! — В сердцах пробормотал следователь опергруппы.

— Ага, особенно вот с этим, — добавил следователь прокуратуры, кивнув в сторону Бума.

12

Вышеописанное выяснение проходило отнюдь не в спокойной обстановке. Всех присутствующих вначале допрашивали порознь, а потом собрали вместе в комнате охраны. Не прошло и минуты после начала «очной ставки», как в коридоре раздался неимоверный шум. Где-то что-то падало, вопило и визжало.