Кто кого и кого как

67-70

67

Мы с Егором пришли в редакцию “Мира моря”. Владислав подвинулся на диване, освобождая мне место рядом с собой. Егор уселся на край стола, стоящего рядом с дверью. Яков, печатавший что-то на своем крошке лэптопе, не отрываясь от экрана, посоветовал пересесть ему на диван, дабы не загораживать проход.

— Что за пожар? — спросила я.

— Не знаю, Грач сказал быстро собраться, — ответил Яков, по прежнему не отрываясь от компьютера.

— Ну ладно, если не хотите говорить, тогда хоть накормите.

Я вдруг почувствовала, что проголодалась. Судя по выражению лиц присутствующих, они тоже бы не прочь были перекусить. Яков, наконец, бросил свою писанину и начал доставать с подоконника различные припасы — хлебные палочки, остатки сыра, вытряхнул из пакета нарезанный хлеб...

— Влад, поставь самовар.

— Не надо. Я сейчас принесу, у нас только что чай заварился, — вспомнила я.

— Чай это хорошо, но самовар все же надо поставить...

Яков протянул Владиславу большую пятилитровую банку, которую они использовали для воды. Владислав взял банку и вышел, вслед за ним молча вышел Егор...

Когда я вернулась с чайником, Егор уже принес шоколадку и положил ее на стол. Самовар был включен. Все стали рассаживаться за столом. Тут на пороге возник Душкин с палкой колбасы в руках.

— Ага, так я и знал, что тут что-то намечается, — сказал он, кладя колбасу на стол.

— Настроение — хуже некуда, работа — стоит, милиция ходит. Короче говоря, осталось лишь поесть по-человечески... — откликнулся Владислав.

— Да, а нам завтра номер закрывать, — обреченно проговорил Яков, пытаясь снять со стола лоптоп и поставить себе на колени, не зацепив при этом проводом чашки на столе.

— Выпить бы сейчас по сто грамм? — Душкин вопросительно посмотрел на сидящих рядом.

— Ха! Тебе Грач сейчас выпьет. Видел, чем предыдущая пьянка закончилась? — рявкнула на него Рина.

Владислав вдруг оживился, в глазах его заблестел веселый огонек.

— Слушайте, знаете, что Рина рассказала? При погружениях под воду на глубину в сорок метров, кислород начинает себя как-то не так вести. В результате на пловцов нападает состояние опьянения. Причем такое сильное, что они могут сорвать с себя маску, начать гоняться за рыбками, пытаясь дать им подышать кислородом... ну и так далее...

— И что ты предлагаешь?

— А давайте выроем яму глубиной в сорок метров под Домом, заполним ее водой и будем нырять в критические моменты. Дешево и сердито.

— Да, а копать ты чем будешь?

— Как чем? Лопаточкой. — развеселилась я. — Если экскаватор позвать, то ведь куча комиссий сбежится выяснять — можно ли здесь копать...

— Экскаватор, конечно, можно позвать, — с иронией заметил Егор, но его едкую реплику перебил Владислав, который радостно воскликнул:

— Ага, а потом будем вылавливать тех, кто накормил рыбок своим кислородом.

В этот момент в редакцию зашел Грач.

— Вы что, решили рыбу глушить? — подозрительно оглядывая собравшихся спросил он. Затем заметил накрытый стол и настроение у него сразу изменилось в лучшую сторону. — Ого, тут еще и подкрепиться есть чем!

— Тебе чай или кофе подождешь?

— Чайку налей... Так чем это вы решили рыбку глушить?

— Да ни чем. Это мы поплавать решили.

— Ладно, пловцы, — Грач обвел всех суровым взглядом, однако эффект пропал, поскольку одновременно он пытался уложить на круглую булку кусок сыра, который укладываться не хотел и все время сползал с булки. В конце концов Грач решил проблему более радикально: он засунул булку в рот, вслед отправил кусок сыра и кружок колбасы, которую Душкин уже начал резать. Прожевав импровизированный бутерброд, Грач вытер рот рукой и сказал:

— Давайте, признавайтесь: кто из вас пришиб Юдолина. Только быстро. Через несколько минут здесь будет милиция. И тогда признаваться будет поздно.

Грач обвел присутствующих взглядом. Все молча ели и на вопрос директора не отвечали.

— А почему здесь будет милиция? — прервал молчание Владислав, дожевав бутерброд.

— А потому, что стало известно, что убийство было совершено после — я подчеркиваю — ПОСЛЕ половины одиннадцатого. Вы все здесь оставались. А все остальные уже разошлись.

— А Бум? — воскликнула я.

— Ненадолго. Мы после вас задержались совсем чуть-чуть, ну, может быть на полчаса, — внимательно глядя на Грача одновременно со мной заговорил Яков. — А можно уточнить — откуда такие точные сведения?

— Есть свидетель, который в это время его видел, — пояснил Грач.

— Елкин кот! Да ведь следователь... нет, этот, криминалист... или как его там, сказал, что убили до половины одиннадцатого. — возмутился Душкин.

— Значит тут-то его и убили. В пол-одиннадцатого, — я посмотрела на присутствующих. — Фокус заключается в том, что я не убивала. Егор не убивал. Яков не убивал. Рина не убивала. Это точно.

— Почему точно?

— А мы же здесь все сидели и никуда не уходили.

— А я? — обиженно протянул Владислав.

— А ты ходил за магнитофоном к рекламщикам, — ухмыльнулся Душкин.

— Я раньше ходил. Кто-нибудь время помнит — когда я ходил? — озабоченно проговорил Владислав, заглядывая всем в глаза.

— Хохма заключается в том, что никто ничего не помнит. — сказала я. — Даже я, хоть и была трезвая...

— Я тоже не пил, — обиженно ответил Владислав, — Мне же еще надо было работать...