Кто разбудит спящего принца?

Глава 10

- Златан, конечно, не Дарко, но в настоящее время он выше всех по титулу и статусу в Бронштейре! – голос Линды разносился далеко. И она совсем не опасалась, что ее может услышать кто-то, для чьих ушей её реплики не предназначались.

- Это она про что? – Барбара, идущая в общий зал вместе со мной, удивленно затормозила и потрясла головой, не найдя слов для выражения эмоций.

- Насколько знаю я, он вчера из-за нее с кем-то подрался, - поделилась я информацией, которой владела. Чем вызвала еще большее удивление подруги. А подошедшая к нам Марта торопливо уточнила:

- Девчонки, вы это про что? Какие драки?

Пришлось излагать краткую версия вчерашнего вечернего происшествия.

- Если судить по количеству знаков внимания от регента, то у тебя их больше всех остальных. Он тебя даже по имени помнит, - Барби была как всегда мечтательна и романтична.

Дальнейшее обсуждение пришлось прекратить, так как мы пришли в общий зал. Девушки группками стояли вдоль стен. И лишь Линда со своими подпевалами возвышалась в центре.

- А с кем ему пришлось из-за тебя драться? Вы что без охраны ходили? - удивилась одна из её подруг.

- Оу, Вира, это секретная информация! – отмахнулась от нее наша «пуп земли». – Регент просил меня о происшествии никому не рассказывать. И я поведала лишь вам под большим секретом!

Честно, сердце болезненно кольнуло. Я по неизвестной причине считала регента своим, как бы абсурдно это не звучало. И от отчаяния меня спасла фраза, оброненная им вчера: «Эта дама мне никто, и я на нее никаких видов не имею». Подраться можно и из-за посторонней бабушки. Был бы повод. Мишка Лебедев находил такие поводы всегда в достатке, хоть драться ему было категорически запрещено. Но императорское величество и мне не рассказал, что послужило причиной для драки. Причем, судя по повреждениям и оторванному рукаву, драки серьезной.

Один из Мишкиных друзей говорил, что драка, это когда и ты хоть чуть-чуть бьешь в ответ. Судя по сбитым костяшкам на руке, Златан столбом не стоял.

Неожиданно мои размышления прервала появившаяся в зале мистресс:

- Девушки, прошу внимания! – громким голосом привлекла она внимание к своей персоне. – Вчера мы начали второй этап отбора. Его уже прошла Линда, как победительница первого этапа. Сегодня вы все можете отдыхать и оттачивать свое мастерство в науке и искусстве. А на задание пойдет Алёна Горбунова.

Я чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. Девчонки похлопали меня по спине со словами:

- Давай, с богом! Расскажешь нам потом, что там пришлось делать! – и легонько подтолкнули вперед, потому что я откровенно неприлично застыла столбом. Сделав один шаг на автомате, я отмерла и уже сама поспешила к нашей даме-амазонке. И только сейчас до меня дошло, что вчера именно на задании с кем-то подрался регент. Ой, мамочки, я не хочу влипать в неприятности!

Только спрашивать меня о желаниях никто не стал.

- Следуйте за мной! – кивнула мне мистресс и, не оглядываясь, поспешила по коридору, ведущему в правое крыло, где, как известно, были личные покои правителей. Меня привели к большому и светлому кабинету, за столом в центре которого сидел регент. Он больше не казался мне снулым или мрачным. Я знала, что, когда мужчина улыбался, его лицо кардинально менялось. Он поднял взгляд и улыбнулся мне уголками губ:

- Госпожа Горбунова? Прошу проходите и присаживайтесь, - и указал на глубокое кресло темно синего цвета пред столом. Я подчинилась и удобно устроилась среди мягких подушек.

- Дело в том, что перед этим конкурсом вы должны дать клятву о неразглашении. И сейчас мы пройдем эту не очень приятную процедуру, - странно, но в этот раз я не чувствовала от мужчины никаких запахов. Возможно, что в прошлые разы это был исключительно плод моих фантазий.

Снова был извлечен ланцет, которым пользовались диабетики. Мой палец благополучно проткнут. А на старинном пергаменте я вывела свою подпись, оставляя кровавый след. Но к моему огромному удивлению кровь мгновенно впиталась и исчезла, не оставив за собой никаких следов.

Только Златан больше не расточал улыбок. Он был собран и сдержан. Удовлетворенно посмотрев на впитавшийся след, регент кивнул, сел обратно за стол, сложил руки перед собой в замок и положил на них подбородок. Так мы просидели еще минут пять. Он вот в такой позе, а я с видом примерной ученицы, сложив руки на коленях. При этом не стесняясь разглядывали друг друга, словно стараясь запечатлеть надолго образы, открывавшиеся взору.

- Есть какие-нибудь мысли, чем может болеть мой брат? – неожиданно спросил мужчина, расцепив пальца и откидываясь на спинку кресла.

- Я его видела однажды на портрете. Он там выглядел абсолютно живым и здоровым. Так что никаких мыслей, - покачало головой из стороны в сторону.

- А тебе ничего странным не показалось на том портрете? – неожиданно он задал вопрос, который слегка сбил меня с толку. Я задумалась на секунду, наморщила лоб, словно он мог таким образом помочь лучше мыслить. Выдохнула, вспоминая портрет. И тут меня озарило:

- Перчатки. Черные перчатки на его руках показались совершенно чужеродным элементом.

- Что ж, ты гораздо более наблюдательная, чем это показалось в первый раз, - усмехнулся регент. Затем встал с кресла, потянулся до хруста костей. Мне это движение даже неприличным показалось. Разве так можно потягиваться перед чужим человеком? Но мои дальнейшие размышления были прерваны резким приказом: