Кто скрывается за тьмой?

Глава 31

Медовый побег

— Я не оставлю тебя с ними, Джесс.
— Альфред, не нужно…
— Я сказал: мы уезжаем. Сегодня.

Так всё и началось.

Он просто взял её за руку и вывел за ворота. Ни с кем не прощаясь. Ни слова — только рука, крепкая, тёплая, нужная. Чемоданы в багажнике, плед на заднем сиденье и навигатор, который они так и не включили.

Они ехали без цели. Просто — прочь.

Через час асфальт закончился. Дорога нырнула в холмы, леса становились гуще, поля — светлее, а внутри неё наконец что-то ослабло. Как будто её отпустили. Как будто все шепчущие страхи остались там, за воротами Совета.

— Хочешь кофе? — спросил он, остановив машину у придорожного кафе с красным неоном.

— Хочу — всё, — ответила она и рассмеялась впервые за много дней.

---

Так началась их неделя.

Они катались по побережью, ели мороженое на ходу, ночевали в маленьких мотелях с деревянными стенами и жужжащими вентиляторами. Завтракали в кафе, где официантки называли её «милая», а Альфреду подмигивали с улыбкой.

Они танцевали босиком на улице под чьим-то магнитофоном, ели блины с кленовым сиропом, сидели на капоте машины и смотрели, как солнце садится за линию деревьев. Всё было по-настоящему. Без магии. Без ритуалов. Только они — живые, настоящие.

А по ночам…

По ночам её мир сгорал.

Он прикасался к ней будто знал каждую прожилку на коже, как будто именно она — его последняя молитва. Они не говорили много, просто дышали в темноте. И это дыхание, горячее, нетерпеливое, срывающееся, было красноречивее слов.

Он целовал её как жадный. Как тот, кто не может надышаться.
Она терялась в его руках. В его голосе, хриплом, когда он шептал: «ты — моя».

И даже в этих моментах — она не боялась.
Пума молчала.

---

Она слилась с ней. Больше не врывалась в сознание, не раздирала изнутри. Просто была. Где-то глубоко. Тихо.

> «Я рядом. Я жива. Но теперь ты сама решаешь, когда звать меня.»

И Джессика чувствовала — она наконец стала цельной. Не двумя, не растерзанной между зверем и человеком.
А собой.

---

На седьмой день они остановились в городке у озера. Он снял для них маленький домик — с крыльцом, двумя стульями и старой плитой, на которой она пекла блины, пока он брился, стоя в полотенце и что-то напевая.

— Это похоже на…
— Дом, — закончила она и кивнула. — Настоящий.

Они сидели на полу, ели прямо из коробки, смеялись до слёз, вспоминали глупости из детства, а потом он потянулся к ней, и она не отпрянула.
Она уже не дрожала. Не сомневалась.
Она принадлежала ему. И он — ей. Без слов. Без условий.

---

Когда они вернулись в родной особняк, он будто встретил их с облегчением.

На пороге их ждала Китти с ромашковым чаем и пирогом.
Джессика обняла её так крепко, что та смутилась.
А Альфред, не выпуская её ладонь, просто сказал:

— Мы дома.