Кто суженый злодейки?

Глава 22

Мужчина всплеснул руками и перешел на заговорщицкий шепот:

— Паренек-то оказался духовником... Такое редкость, только Иные могут создавать живые вещи.

— Что теперь делать-то? Неужели не отцепится? — зашипела я, дёргая рукой. Мешок висел на пальце, точно приклеенный, и сосал кровь. Этакий комар мешочковый, до чего назойливо!

— Покупать! — хитро улыбнулся торговец. — Товар выбрал вас, как насытится, нужно будет подтвердить связь.

— А я тут при чем? — возмутилась уже я, уже пытаясь набить цену. — Может, я вообще не собиралась его брать!

— Не упустите шанс, это большая редкость. Вы не представляете, сколько это стоит, но так как я сам не знал о таком и раз уж кисет выбрал вас, оставлю по старой цене.

— И сколько же? — настороженно уточнила я, поглядывая на мешочек. Действительно исключительная вещь. Можно сказать, единственная в своем роде.

— Для вас — два золотых и десять серебрушек. Но напомню, такая вещь стоит гораздо дороже. Это же заказная работа, духовная связь!

Я выдохнула сквозь зубы и повернулась к Сью:

— Сколько у нас осталось?

— Если это купить... останется всего двадцать пять серебряных монет, не считая отдельного мешочка... — прошептала служанка, заметно бледнея. — Это последние остатки ваших сбережений, госпожа... Вам давно не выдавали содержание.

— Да они совсем офонарели! — прорычала я себе под нос, вспоминая «любящую» семейку. Двадцать пять серебрушек — это курам на смех. Но без пространственного кармана мне не сбежать.

Я резко повернулась к продавцу:

— Так вы разорить меня решили? Один золотой и десять серебрушек! Больше не дам!

— Это вы меня разорите! — взвыл он. — Нет, так не пойдет! Не могу!

— Да вы всё равно его никому другому теперь не продадите! — возразила я, подняв руку и аккуратно тряхнув артефактом. От моего прикосновения кисет слабо засветился. — Он же не отлипает! Мне что, с ним жить теперь на улице? Или вы мне руку отрубить хотите?

— Дык... нужно слова заветные сказать, вот он и ждет...

— А что это вы сомневаетесь? — нахмурилась я, уперев свободную руку в бок. — Руку я не отдам, так что соглашайтесь на условия. Один золотой и пятнадцать серебра. Это мое последнее слово!

— Да не могу я! Я сам купил его за два золотых, в убыток себе не пойду! — заерепенился он, сурово на меня посмотрев. — Хорошо, за два золотых и пять серебрушек, так и быть, отдам.

— Грабеж средь бела дня... — жеманно проворчала я. — Ладно. Беру! Сью!

Служанка, не мешкая, отсыпала золото и серебро. Мужчина, все еще пребывая в некотором шоке и восхищении от моего напора, протянул мне сложенный лист бумаги.

Едва оплата свершилась, я принялась действовать. Мельком пробежала глазами по инструкции — буквы расплывались от волнения, но я старалась уловить каждую деталь. Всё сходилось. В романе у Хелении тоже был такой мешочек.

С трепетом я поднесла артефакт к губам и, закрыв глаза, быстро, одними губами прошептала формулу привязки, чтобы торговец не услышал лишнего.

Голос подрагивал, но я постаралась произнести слова чётко и в верном порядке.

— Храни вещи, да будут в целости. Отныне ты — часть Майи-Астерии, и не погашу я тебя вовек!

В ту же секунду серая ткань слабо засветилась мягким голубоватым светом, принимая двойственную суть моей души. Мешочек наконец отпустил мой палец, впитав выступившую каплю крови, а я почувствовала, как из меня резко схлынули силы.

Голова закружилась, мне пришлось тяжело опереться на плечо испуганной Сью.

— Ну вы... дева... — покачал головой торговец, глядя на меня со смесью легкого страха и уважения. — Таких я только в Травилле встречал. Облапошили дурака!

Мужчина вдруг добродушно рассмеялся, а я, переждав приступ слабости, выпрямилась, чувствуя себя победителем в великой битве. Теперь у меня есть бездонное хранилище!

— Мое почтение, но вы и сами мастер своего дела, — подмигнула я ему, пряча драгоценный мешочек в складки платья.

— Всего вам доброго, — проговорил торговец. — И вот... возьмите мой презент. В знак уважения к вашему исключительному дару убеждения.

Я протянула руку и удивленно посмотрела на маленькую статуэтку паука из гладкого черного камня.

— Эм... Это же... Зачем?

— Это оберег с наших земель, — кивнул он, подтверждая мою догадку. — Паук — ткач судьбы. Статуэтка может принимать три формы по вашему приказу. Но только три, и они закрепятся навсегда. Выбирайте с умом.

— Это очень дорогой подарок, — со всей серьезностью ответила я, уважительно склонив голову в знак признательности. — Благодарю, я принимаю ваш дар. Примите и мой...

Я достала из бумажного свертка, который несла Сью, одно из купленных яблок-лэйя и протянула ему.

— Я только что его купила, оно очень вкусное, — тут же поспешно добавила я. — Большего у меня сейчас нет, не серчайте.

— И вас благодарю, принимаю с удовольствием, — произнес он, сверкнув черными завораживающими глазами. Как бы он ни маскировался, всё же он был не человеком.