Кто-то прячется во тьме 3

Глава 7.

Настя была на год старше Лили, а в детском доме провела большую часть своей жизни. Опираясь на свой опыт, она сразу сказала новенькой, что её вряд ли удочерят. Не чтобы расстроить или обидеть. Из добрых побуждений: чтобы не надеялась зря, как остальные. Не заглядывала взрослым в глаза, когда они просто приходили к ним или на днях открытых дверей. Не делала так, как раньше делала сама Настя.

Лиля сразу сказала, с обидой, что этот вопрос решён, и её вот-вот заберёт бывшая учительница. Когда прошёл первый месяц, она не унывала, и сказала, что это ведь не так просто. Наверняка много формальностей. Да и с делом её семьи... Тут она замолкала.

Она не рассказывала никому, что именно произошло с её родителями. Но вот из таких начал оборванных предложений все поняли, что те погибли. Потом кто-то услышал что-то от кого-то, и стало известно, что их убили. Пошли разные слухи, но они были слишком бредовыми, поэтому быстро прекратились. Дети выдумывали, что её родители могли быть какими-то шпионами и погибли на задании. Или преступниками, которых убили во время задержания. Выдумывать новые теории было интереснее, чем обсуждать уже появившиеся, и они быстро закончились. Однажды Лиля всё же рассказала Насте, что её семью убил какой-то незнакомец. Она выглядела так, словно хотела рассказать ещё что-то, но не стала. А Настя не давила. Интерес остальных тоже вскоре совсем стих.

К концу второго месяца Лиля уже не говорила, что учительница её скоро заберёт. Настя видела, как она возвращалась после их совместных выходных. Лиля всегда выглядела очень расстроенной, и Настя не понимала, было ли дело в том, что учительница с ней плохо обращалась, или в том, что она так и не оставляла Лилю у себя. Однажды она увидела эту учительницу мельком и решила, что первый вариант отпадал. Она не производила впечатления человека, который делал бы что-то плохое. Но можно было понять, почему она так и не забирала Лилю и вряд ли бы сделала это когда-то. Она выглядела слишком молодой. Ясно, что она была совершеннолетней, но при этом казалась младше некоторых девочек в их доме. Куда ей было растить подростка. Эту мысль она подслушала в разговоре воспитательниц и согласилась с ней.

А потом появилась та пара. Они тоже были молодыми, но казались серьёзнее. Только Настю что-то в них смущало. Слишком уже они были доброжелательными. А ещё не скрывали, что пришли именно за Лилей. Но Настя не стала делиться с Лилей своими подозрениями. Не то что та так уж радовалась им и хотела жить с ними. Ей как будто стало всё равно, и она готова была жить где угодно, где бы ей позволили.

Учительница как раз исчезла. Это могло было связано с тем, что та пара точно собиралась её забрать. Когда это стало очевидно, Настя попыталась намекнуть на свои подозрения воспитательницам, но те отмахнулись от неё. А другие девочки вообще сказали, что она просто завидовала. Возможно, так оно и было. Поэтому она решила не вмешиваться и вслух порадоваться за Лилю. Те люди как раз забрали её на целую неделю.

Поэтому Настя не рассчитывала увидеть Лилю в этот день. Она уж точно не рассчитывала увидеть её через окно на улице перед зданием в разорванной грязной одежде. Настя сидела в комнате после ужина. На улице было холодно, накануне она немного простыла и осталась сейчас одна. Сначала она решила, что то, что она видит — галлюцинация. Возможно, температура поднялась слишком высоко. Но потом она увидела, как из здания выбежала воспитательница, подбежала к Лиле и накинула ей свою куртку на плечи. Всё было на самом деле. Она выскочила из комнаты и бросилась вниз.

Когда она спустилась, Лилю усадили на скамейку на первом этаже. Кто-то принёс ей что-то выпить. Настя хотела незаметно подобраться к ней, но тут накатил приступ кашля. Только никто не заметил. Все суетились вокруг Лили. Она снова попыталась попить воды. Вдруг все взрослые разом куда-то исчезли. Настя, всё же опасаясь привлечь внимание, прошла на цыпочках к Лиле.

— Эй, — тихо позвала она.

Девочка не отреагировала. Настя присела рядом с ней. Положила руку на плечо подруге. Та снова её словно не заметила. Они сидели рядом молча. Из какого-то кабинета доносились обеспокоенные голоса взрослых.

***

Илье и Варваре сложно было решить, где высадить Лилю. Так, чтобы их никто не увидел. Но и высаживать её слишком далеко они не могли, ведь на улице было ещё очень холодно. Хоть Варвара и сняла куртку и обувь Лили перед тем, как та превратилась, остальная её одежда была испорчена, и идти в таком виде по морозу было рискованно. Если бы она сейчас заболела, то регенерация бы уже не сработала, а до следующего полнолуния ждать было слишком долго.

С трудом они нашли подходящий закоулок, при этом такой, где машины периодически ездили. Они выехали оттуда, перед этим сказав Лиле подождать минут десять, прежде чем выходить и направляться к детскому дому. Сами они затаились неподалёку и следили, чтобы она добралась в безопасности. По пути ей могли бы встретиться другие люди, но им, во-первых, не нужны были лишние свидетели. А, во-вторых, эти люди сами могли бы оказаться опасными.

Когда они убедились, что Лиля зашла, то Илья отвёз Варвару к ней домой. Они не знали, сколько придётся ждать, но лучше было приготовиться. Он высадил её и направился к себе. Ему повезло, ведь он готовился к превращению, и брал с собой запасную одежду. Домой мог идти, не вызывая подозрений. Он немного переживал, как с этим справится Глеб. При всех говорить этого не стал. Чтобы лишний раз не провоцировать Варвару. Быстро спросил Глеба отдельно, когда они завернули в мешки тела и погрузили их в его машину. Глеб ответил, что это не было проблемой. Илье бы не хотелось этого признавать, но он только сам понял, что по большей части его дружелюбие было вызвано нежеланием отпугнуть от них Глеба. Если бы он считал, что они относятся к нему враждебно, то мог бы нарушить их договорённости. В лучшем случае он бы просто не стал сотрудничать с ними и исчез. В худшем ещё бы свалил на них убийства тех двоих. Поэтому Илья решил понемногу проявлять доброту.