Кто-то прячется во тьме 3

Глава 13.

Это было второе полнолуние в боксе. Варвара передала образцы крови той женщине (она так и не представилась, а спрашивать у Глеба её имя не хотелось), и вернулась в бокс. Когда подошло время, она по очереди выстрелила во всех троих ещё одной дозой снотворного. Но они вообще никак на неё не отреагировали. Даже не приходили в себя. И ей бы стоило этому радоваться, но она напряглась.

Главное отличие от первой ночи было в том, что они не ели уже второе полнолуние подряд. Использование снотворного, не предназначенного для людей, можно было оправдать тем, что регенерация монстров помогла бы им восстановиться от него. Но если монстры не питались, они становились слабее. Возможно, ослабевала и регенерация. Да, семья Лили не питалась месяцами. По крайней мере, они так утверждали. Но они и проводили ночи более спокойно, взаперти. Опять же, как они утверждали. И за ними никто не присматривал, поэтому не мог замечать, как менялось их поведение. Но, видимо, поэтому они в последние месяцы и не слишком рвались на волю. Потому что начали слабеть. Но было ли заметно, что монстры поглощали их силы? Спросить об этом Варвара могла бы только Лилю, но ей это показалось неуместным и жестоким.

Но больше всего Варвару беспокоило именно влияние на них снотворного. Она не рискнула в этот раз проводить эксперимент и всё же ввела им ещё по одной дозе. Наутро они были разбитыми. Лиля всё равно пошла в школу, но было видно, что чувствовала она себя не очень, хоть и не слишком явно. Как когда только начинаешь ощущать симптомы простуды. Температура ещё не слишком высокая, скачет вверх и вниз. И тебе становится плохо, но потом немного лучше, и ты пытаешься убедить себя в том, что просто немного утомилась и нужно отдохнуть. Может быть, вздремнуть минут пятнадцать. Просыпаешься через три часа с головной болью и высокой температурой.

Лиля позвонила ей и сказала, что отпросилась домой пораньше. До следующего полнолуния Варвара слишком явно и внимательно наблюдала за ней. Она и правда простудилась спустя пару дней. Но это было нормально, у них заболела половина класса. Варвара понимала это, но эмоционально заставить себя поверить в то, что это было никак не связано с голодом монстра, не могла.

Она стала специально искать встреч с Ильёй. Выдумывала дурацкие поводы. На этих встречах наблюдала за ним. Любой зевок, появившиеся мешки под глазами — всё это пугало её. И снова она прокручивала в голове очевидные факты. Он снова собирался работать над подкастом, искал для него истории, поэтому, наверное, не спал по ночам. Может, ему было тяжело из-за всей это ситуации. Может, он тоже простудился, просто ещё не понял этого.

Можно было обойтись без догадок и теорий, которые выдумывал только её тревожный мозг. Можно было перестать изображать на этих встречах с Ильёй, что они обычные люди, просто друзья, которые обсуждают кино и музыку. Можно было поделиться с ним своими переживаниями за их здоровье. Может, раз монстры стали более восприимчивыми к этому снотворному, он бы подобрал более слабое. Может, они бы договорились использовать меньше доз. Придумали бы ещё что-то.

Но Варвара боялась, что всё это будет просто попыткой отложить неизбежное. Даже без снотворного, если они не будут питаться, скоро начнётся необратимый процесс. Скоро монстры начнут голодать и пожирать их изнутри. Илья будет решать это, выискивая другие неправдоподобные способы вылечиться. Или вообще просто примет это, как наказание. Лиля тоже вряд ли попытается решить эту проблему. И будет мучиться. Те изменения, которые происходили с Ильёй... Всем окружающим сразу станет заметно, что с Лилей что-то не так. Учителя, проверяющие из опеки. Они не смогут им ничего объяснить, и Лилю просто заберут. Варвара попытается вернуть её к полнолунию, и ничего не выйдет. Возможно, её даже обвинят в жестоком обращении с ребёнком и посадят. И тогда произойдёт катастрофа. Да, если станет ещё больше монстров, то они будут не одни. Возможно, настоящие учёные присоединятся и быстро найдут лекарство. Но сколько людей за это время погибнет? Сколько будет винить себя в их смерти?

И ещё был Глеб. Варвара так и не верила ему достаточно. Она всё ещё требовала от него отчётов о его передвижениях, хоть и реже. Но чем слабее они, по её мнению становились, тем сильнее становилась подозрительность Варвары в его отношении. Он уже показал, что готов был пойти на любые жертвы ради того, что считал высшим благом. Варвара уже поверила в то, что он вполне сможет как-то подстроить освобождение монстра, чтобы тот кого-то убил и поел. Он скажет, что в этом ничего такого. Просто из-за голода монстра он так ослабел, что не может нормально работать над лекарством. Это небольшая жертва ради спасения человечества и бла-бла.

Варвара не могла позволить себе следить за ним ещё больше. Не в последнюю очередь из опасения, что её подозрительность его сильнее разозлит. Что он не только отделится от них на время полнолуний, но и не станет работать над сывороткой. Или разработает её, но использует только на себе, а с ними не поделится.

Поэтому она взяла всё в свои руки. Для неё это стало привычным делом. И она с этим справлялась. Это стало ещё одной причиной, почему она не рвалась советоваться с Ильёй. Это она, не он, выжила взаперти в доме с тремя монстрами. Это она, не он, стерегла их каждую ночь и собирала их кровь.

В следующее полнолуние она взяла нужные образцы и передела их той женщине. Ввела вторые порции снотворного оборотням. Они снова никак не отреагировали и продолжили спать. Тогда она достала иглу и пробирки, которые купила сама. Набрала три пробирки собственной крови. Она по очереди подошла к каждому монстру и влила им порции в пасти. Она понимала, что этого было мало. Меньше, чем хотелось чудовищам. Но она и не собиралась полностью утолять их жажду. Судя по всему, у них аппетит точно приходил во время еды. Если бы она давала им столько крови, сколько они хотели, они бы стали сильнее и стремились бы вырваться, чтобы дальше охотиться. Поэтому она решила дать им небольшие дозы. Она планировала понаблюдать за ними в следующий месяц и решить, нужно ли было давать им кровь каждый раз или можно делать это реже.