Кто ты, чёрт возьми?

Глава 6. Когда удача — твоё второе имя

Яркий свет ударил в глаза, да так больно, что Киллиан застонал и зажмурился сильнее, перевернувшись на бок. Кто не закрыл шторы?! Голова зазвенела, затылок заныл, в ушах зашумело, будто кто-то включил ненастроенное радио, и он, кажется, потерялся в пространстве. Он с трудом соображал, и спать хотелось ещё сильнее, но настоящая пустыня во рту и жажда, а также солнце вынудили Киллиана нехотя открыть глаза. Чёрт возьми! Зачем Джонс вчера так напился? Да будь он проклят. Ха, повеселился, называется! Вдобавок к адски плохому самочувствию шли ещё и боль в желудке с ощущением полного бессилия, точно Киллиан совсем не спал этой ночью. Просто прекрасно! Естественно, чего и следовало ожидать! Джонс ведь не восемнадцатилетний мальчик, который напропалую может пьянствовать всю ночь. Возраст не тот.

Он первым делом посмотрел на примятое место рядом с собой на кровати — пусто, а затем на часы — десять утра. Да Милу можно было на руках носить за то, что она притащила его задницу на второй этаж и уложила спать. Слава всевышнему, Киллиану не отшибло окончательно память.

— Идиота кусок. Даже Мила от твоего перегара сбежала, — прошипел он под нос и попытался выбраться из постели. Больше всего на свете он сейчас хотел выпить воды и лекарств.

Джонс удивился даже тому, что оказался раздетым. Его дорогая Мила даже здесь позаботилась о нем… Хотя он не припоминал, чтобы в последнее время она делала что-то подобное. Киллиан кое-как отыскал одежду в шкафу и пополз в ванную, где ужаснулся своему внешнему виду! Матерь божья, никогда больше он не поведётся на уловки друзей. Лучше застрелится, чем ещё раз это провернёт. Второй такой попойки он не вынесет. С горем пополам умывшись, Киллиан отправился разыскивать Милу, попутно найдя в рюкзаке телефон.

— Да Святого Патрика мне в задницу… Зашибись! Замечательно… — десять гневных сообщений от отца мгновенно отрезвили его. Бреннан яростно возмущался тому, что он и его жена сотворили с Алисой! Какого чёрта она теперь похожа на клоуна и почему притащилась к нему пьяная вдрабадан. Киллиан почувствовал себя подростком, которого отчитывают за то, что тот вернулся домой слишком поздно, и недовольно засопел. Ему пришлось объяснять, что мать сама постаралась и напилась до такого состояния, а его там вовсе не было.

Джонсу почему-то пришла догадка с похмелья, что, возможно, Мила из-за аромата алкоголя с душком ушла спать в гостевую, и поэтому без задней мысли завалился туда. Киллиан бы выдохнул с облегчением, если бы не подошел ближе к кровати и не пригляделся к тому, что лежало под кучей одеял.

«Чёрт бы меня подрал!.. Белль?! Я не понял, какого лешего она тут делает?! Она домом случайно не ошиблась?!» — едва сдержал испуганный вскрик Джонс, отшатнувшись в шоке. Тёмно-каштановая копна волос Френч разметалась по подушке, и та мирно и тихо посапывала, даже не собираясь просыпаться. Ему не показалось? Киллиан осторожно и опасливо взглянул на неё ещё раз: это точно была она. Да что ж это такое?! Он когда-нибудь сможет спокойно провести утро?! Что, мать вашу, происходит?! Когда его дом превратился в проходной двор?! А в соседней комнате он найдет свою четвероюродную тётку по маминой линии?! Вкупе с отходняком у него в голове вообще ничего не укладывалось.

«Ну, хорошо хоть не в моей постели», — мысленно саркастически усмехнулся Киллиан.

— Белль, пс-с, Белль. Ты что здесь забыла? Ты адреса не перепутала? — ошарашенно прошептал Киллиан, аккуратно потряся ее за плечо. Однако это не разбудило девушку, и она перевернулась на спину… И вот тогда-то его окончательно поверг неописуемый шок, смешанный с леденящим ужасом, растекающимся внутри! Джонс увидел фингал, мать его, настоящий фингал! Огромный синяк под левым глазом был отчетливо виден даже в полумраке комнаты, а огромная ссадина на подбородке ещё и ярко выделялась на его фоне. И это определенно была не потёкшая тушь.

Что?! Откуда?! Почему?! Тысячи вопросов накрыли его, точно лавина, мгновенно… Неужели, она подралась с кем-то в клубе? Да ну нет! Этого никак не могло быть, потому что Джонс отчетливо помнил, что Белль ехала в машине с прекрасным, чистым личиком, и не в её характере было трепать кого-то за волосы и лезть на рожон. Может, ударилась о косяк?

«Да, конечно, не смешите мои тапки! Именно так все и получают фингалы! Дикость какая-то. Тогда выходит… Её ударил Гастон?!» — эта мысль стрелой врезалась в сознание Киллиана, наконец-то полностью отрезвив, и абсолютно всё встало на свои места. Куда бы бедняжка ещё пошла глубокой ночью?! Господи… эта догадка страшила, и Джонсу отчаянно не хотелось в неё верить, но все указывало на её правдивость.

Он, как ошпаренный, сорвался и понесся вниз.

— Мила! Чёрт побери, где ты?! — с возгласами Киллиан, словно смерч, прилетел на кухню, где жена как ни в чем не бывало готовила завтрак, а Роджер нетерпеливо крутился вокруг неё.

— Эй, а где же твое фирменное «С добрым утром, душа моя?» С тобой всё в порядке? — она непонимающе покосилась на него, расставляя тарелки на стол. — Так головушка раскалывается, да? Лекарства там, — с усмешкой съехидничала Мила.

— Нет! То есть да… Какое доброе утро? Ты лучше объясни, что у нас забыло это «нечто», удобно развалившееся на нашей кровати? Я опять всё проспал? — Киллиан метнулся к графину с водой, чуть не разлил всё и наконец-то выпил её залпом. Какое райское наслаждение! Показалось, нет ничего в мире лучше, чем глоток воды! А затем он осушил ещё два стакана и бросил таблетку от похмелья в третий.

— О, нашел-таки её! — всплеснула руками Мила, и в её тоне появились нотки раздражения, такие, будто бы Джонс не знал какой-то прописной истины.

— Да, представляешь! Что происходит? Откуда у неё под глазом синяки и ссадины на лице? Пока я сплю, ты решила бесплатное пристанище у нас открыть?! — нервно усмехнулся он и сел на стул, словно на иголки, пристально смотря ей в глаза. Только Роджер, напрашивающийся на обнимашки, успокаивал, и Киллиан потрепал его за голову.

— Милый мой, пока ты отсыпался после бурной ночи, у нас по соседству завелось такое существо под названием «мудачьё». Придурок, тварь и последняя козлина! — процедила сквозь зубы Эмма, грозясь взорваться от злости и несправедливости, и осадила Киллиана напором. Да, несмотря на то, что она была совсем недолго знакома с Белль, Свон уже успела прикипеть к ней всей душой, возможно, даже почувствовать некое покровительство, и пройти мимо её проблемы никак не могла. Только последняя гнида могла поднять руку на женщину, и от произошедшего гнев в Эмме бурлил ещё сильнее.