Кто ты такая, ведьма, чтоб уходить из леса?

Колдую при свидетелях

Подушка, конечно, вынесла её в туман очень эффектно, и сосны действительно будут шептаться об это не одну неделю. Да и ведьмочки помоложе будут ещё долго с завистью и восторгом обсуждать её побег. Но возвращаясь к подушке...

Подушка, конечно, вынесла её в туман очень эффектно, зато уже над оврагом колдовство начало барахлить. А когда Лара неосторожно зацепилась за вести ежевики, что тянулась по склону, полётная магия окончательно сбилась, и вместе с подушкой и котомкой Лаура Ольцен кубарем понеслась вниз вперемежку по воздуху и земле.

Притормозила у края обрыва – перепачканная, разгневанная, от шапки оторвался помпон – ну настоящая ведьма! Сердито сгребла в котомку рассыпавшиеся гребешки и порошки, уселалсь на подушку, пошептала и уже тихонько, осторожно полетела дальше, не особенно удаляясь от земли.

- Обжёгшись на молоке, на воду дуешь?

Лара притормозила и с любопытством оглянулась: кто это её окликнул? Ведьмы к оврагу по будням не шастают, только если в новолуние. Коты из общины тоже поодиночке здесь не гуляют. Так кто это приметил её эпичное падение?

- Да я, я это, - проворчал из кустов Вареник.

- Привет от старых штиблет! Чего увязался? – не слишком любезно спросила Лара.

Вареник был местным домовичком. Следил за ведьминым лесом, за хозяйством присматривал помаленьку: чтобы костёр на сборище не гас, чтобы дождь не сильно мокрил упрятанные в лесу ведьмины избушки, чтобы фиалки вовремя расцветали – а то эти девки позабудут за своими колдовскими делами, так и без варенья фиалкового остаться недолго!  

Домовичка ведьмы в целом жаловали, но порой уж очень приставуч был Вареник: как прилепится – наколдуй да наколдуй! – так и не отцепится, пока не сделаешь, что просит.

- Так чего тебе? – повторила Лара, поправляя кисточки на подушке.

- Да вот, гостинцев тебе припас на дорожку, - не смутился домовой.

- Ну-ка-ну-ка! – Лара потянулась к мешочку в лапках у Вареника и снова чуть не свалилась со своего седалища.  

 - Ручки-то побереги, - проворчал домовой. – Сколько лет училась, а так и не выучилась, что прежде чем хватать, поглазеть надо!

Лаура одумалась и аккуратно приняла в руки полотняной мешок. Материя покалывала: то ли внутри были колючки-ветки, то ли Вареник для сохранности оплёл мешочек колдовством.

Осторожно потянула тесёмки, заглянула внутрь. И радостно охнула:

- Оо! Как ты это достал?!

- У средней из-под носа увёл, - горделиво оглаживая бороду, подбоченился Вареник.

- Спасибо тебе, Вареничек! – Лара свесилась с подушки и обняла маленького круглого домового. – Это же мой любимый! Я уж думала, сколько до города без него лететь придётся…

- Лучше б коте своём позаботилась, - проворчал Вареник, но и ежу было видно, как ему приятно. Нечасто ведьмы домовых обнимают.

- А мы с Ло обо всём договорились, не переживай. Он не обижается. Он, в конце концов, как и всякий приличный кот, сам по себе.

- Ну ладно, красавица, - цокнул языком Вареник. – Пора мне возвращаться, а то хватятся. И так за тобой бежал, пока ты тут ёлки носом пересчитывала. Удачи тебе, ведьмочка. Шли хоть весточки старику.

- Непременно! Спаси-и-бо! – вопль Ларин унёсся в дальние дали, вслед за растаявшим в воздухе домовиком. Эхо ещё не стихло, а она уже вытащила из мешочка расписной глиняный кубик и прижала к груди. – Ну, теперь мне любой город по плечу!

И, позабыв про свои злоключения с полётной магией, рванула вверх, под самые облака, и помчалась, не разбирая дороги – а чего в небе разбирать, и так всё ясно, солнечно и понятно!

К полудню, когда и ведьмин лес, и овраг остались далеко позади, Лара подцепила кубик на тесёмку, повесила на пояс, под платье, ухмыльнулась и была такова. Больше её ведьмин лес не видел, зато секунду спустя услыхал её победный смех город, на беду свою случившийся по пути взбалмошной ведьмы из Ольценов-сумасбродов.

***

Покружив над черепичными крышами, Лаура стала снижаться. Выбрал улочку поглуше, чтобы не шокировать своим появлением мирных горожан. Надоесть им она всегда успеет, а на первых порах лучше бы завести дружбу…

Хоть и была осторожна, как могла, а всё равно изорвала подушку о водосточные трубы, о столбы и антенны. «Эх, у кого-то электричества не будет сегодня», - беззаботно подумала она, приземляясь в пышную клумбу шафранов и тюльпанов. Подушку, изодранную, исщипанную, пришлось оставить прямо там – не тащить же с собой лишний груз! Правда, перед уходом она её замаскировала, превратив в бутончик тюльпана. Обратно тюльпан «расподушится» только через неделю. А там ей уж не до подушки будет, пожалуй. Здешние жители придумают, что с ней сделать.