Кто в лесу страшней медведя?

8.

Трое парней лежали на добротных деревянных кроватях, застеленных белыми льняными простынями. Спальня была небольшой и находилась явно в срубе. Толстые обтесанные стволы плотно прилегали друг к другу, иногда между ними была видна проложка из мха. Мягкий аромат хвои, проникающий через приоткрытое окошко, успокаивал, разгоняя все неприятные мысли.

В центре комнаты стоял дубовый стол, около которого хлопотал лохматый старичок в полосатых ватных штанах, рубашке, подпоясанной кожаным ремешком и жилетке на медвежьем меху. Густая борода мужика, спускавшаяся до самого пола, практически скрывала его лицо. Дед что-то смешивал в миске, подливая в нее жидкости из разных скляночек, стоящих тут же.

- И чаво ждала-то? – Хозяин разговаривал с мышью, сидящей на углу стола. – Там же чуть до смертоубивства не дошло!

- Да кто ж знал, что у них кукуха так сильно улетит от нашего чистейшего воздуха. – Пропищала зверушка в ответ.

- Ох, унучка! – Дедок погрозил пальцем. – Думай, как перед бабусей ответ держать будешь. Не доглядела ведь.

- А чего я-то? – Мордочка мышки недовольно сморщилось. – Они сами красавки наелись. Их никто не заставлял. Да и не просили меня за ними доглядывать.

- Слышал я, что демонюки ети перед Василисой провинились, - Мужичок хитро подмигнул мышке, - а перед тобой в чем виноваты-то? Знаю, что просто так, никого наказывать не будешь.

- Ой, дедушка, - мышка стукнула хвостиком по столешнице, - они дяде Мирону нагрубили, дядю Борю ослушались, грибы с цветами потоптали, русалок напугали, венок чужой испортили!

- И чей же венок-то? – Дед спрятал в усы улыбку.

- Да неважно чей! – Зверек гордо вздернул носик. – Плохие они!

- А када ж к Ягусе хороших отправляли-то? – Хозяин дома намочил полотенце в смеси и подошел к кровати Вила, пристраивая тряпицу тому на лоб. – На то они и отроки, шобы уму разуму учиться. И ты вот вовремя из своих заграниц вернулась, подсобить смогешь.

- Я отдохнуть приехала, - фыркнула мышь, - а не работать.

- Ой, ли? – Дед вернулся за вторым полотенцем и накрыл им уже Элатана. – А не от папашки ли сваво любящева прячешься?

- Скорее от заботливых рук и далеко идущих планов мачехи. – Зверек тяжко вздохнул. – Не сидится ей спокойно с папулечкой на троне. Лучше скажи, мамулю мою давно видел? Год никаких вестей от нее не получала.

- Странно, - Леший огладил бороду. – Она ж ашо полгода назад при мне письмо отправляла. Замуж твоя мамка вышла, за вожака черно-бурых лис в Валкании. Тяперича ихним министерством по охране редкой живности заведует.

- Понятненько… - Мышко нервно ударила хвостиком. – Видимо опять мачеха руку приложила. Вот ничему ее жизнь не учит! Потом с этим разберусь. Мамулю поздравить надо. Лучше поздно, чем никогда.

Мышка дернула себя передними лапками за усы, и в воздухе возник листок бумаги, на котором проступила вязь слов. Щелчок хвоста, и письмо, сложившись в самолетик, вылетело в окно.

- Что ж, дедушка, чем я тебе здесь помочь могу?

- Да чем ты мне подмогнешь-то? – Старик уронил третью тряпицу на горячий лоб Барбадоса. – У нас колесо на мельнице сломалось. Причина до сих пор неясна. Мельник с водяным никак не могут решить, откуда мага-техника звать – из столицы али загранишного выписывать. Мирона сама видела. Цельными днями на солнцепеке мается. Речка тиной покрывается да водорослями зарастет. И болото чой-то совсем задряхлело. В лесу всякая мерзость проявляется… Яга, конечно, старается, и мы у ей на подхвате, но шо-то не так.

Хозяин дома вздохнул, открыл навесной шкафчик, позвенел бутылочками и достал небольшой горшочек, накрытый белым платочком и перевязанный бечевочкой. Мужичок распутал завязки, достал ложку и подошел к парням, чтобы дать им лекарства.

- Подсоби, а то вся михстура пропадет.

Мышка поморщилась, словно ей не понравилась идея, но все-таки спрыгнула на пол. Миг и из-за стола вышла девочка лет двенадцати. Рыжие волосы были заплетены в тугие косички, переплетенные белыми ленточками. Подросток была одета в зеленый сарафан, отделанный белым атласом. Глаза цвета изумруда окружали пушистые реснички, а на щеках, щедро усыпанных веснушками, играл румянец.

Девочка подошла к Вилу и приподняла его голову, чтобы деду было удобнее напоить того лекарством. Та же процедура ждала и маркизов. Лекарство было горьким, это заставило демонов прийти в себя и закашляться.

- Где это мы? – Принц осмотрел убогое жилище. На его лице тут же отразилась брезгливость.

- Вот, дедушка, о чем я и говорила. – Пальчик в обвинительном жесте уперся в принца. – Их от смерти спасли, в дом принесли, от галлюцинаций, дурманом вызванных, вылечили, а они не довольны. Палаты, видите ли, их заносчивую светлость не устраивают!

- Кто ты такая, чтобы грубить наследнику Даркендии?! – Барбадос уже сел на кровати.

- И вот так полдня играли в страшную игру «Бойся, люд простой, Демоны великие пожаловали!». – Девчушка топнула ногой. – Даже и не представляю, что бабушке придется придумать, чтобы из них более-менее путных богатырей сделать.

- Ты, унучка, погоди серчать. Познакомиться для начала надобно. – Мужичок присел на стул около стола и кивнул в сторону второго для оборотницы. – Меня дедом Ляксеем кличут. Я тут – главный Леший. А вы, значится, у меня в гостях. С сыном моим, Бориской, вы ашо учора поручкались.– Хозяин неопределенно махнул рукой. – Мы существа не высоких кровей, самые обныкновенные, дворцов не имеем. Все у нас по-домашнему, по родному. Тяперича, гостьюшки дорогие, хотелось бы узнать, как вас звать-величать. Токмо вот прошу без етих ваших высокородных етикетов. У нас есть поговорка: «Встречают по одежке, а провожають по уму». Сами понимаете, видок у вас совсем не емпираторский. Остается только на ваше благоразумие уповать.