Кто вы, профессор Верещагин?

30 ГЛАВА Ежик. Ни головы, ни ножек.

Поближе подойти удалось. Я уже хорошо видел в подступающих сумерках расслабленную, вальяжную позу парня: руки из карманов он вынул и весь как-то подобрался, но на меня не смотрел. Ученый...

Из кривого, узкого проулка вылетела сначала серая полусибирская кошка. Распушив хвост она кинулась мимо меня и мгновенно взлетела на старый пыльный тополь у дороги.

Я ждал свору дворняг, как минимум. Но следом за кошкой показалась девчонка в цветастой сарафаноподобной юбке и плотной серой блузе. Голову покрывал платок, сбившийся на затылок, по спине змеилась толстенная коса.

Барышня кинулась за кошкой, вопя на всю улицу о том, что у нее утащили цыпленка... Я ждал, но красавица пронеслась мимо меня, а перед щеголем в пиджаке вдруг споткнулась, рухнула на дорогу и тонко, пронзительно закричала: "Ой, матушки, расшиблась..."

И так натурально, искренне, что я чуть было не дернулся помочь. Но вовремя вспомнил, что расшибаться тут не обо что. Не об землю же? А девчонка - талантище, ей бы в театре играть - аншлаг обеспечен!

Но, значит, цель не я, а этот франт? Неужели же она не видит, что паренек далеко не прост? Я уже подошел достаточно близко, чтобы разглядеть его руки: большие, крестьянские - но уж больно чистые. Словно за ними тщательно следили.

Парень прыгал вокруг девицы, так охала и плакала, платок сбился так удачно, что позволил разглядеть русоволосую во всей красе: обычная девчонка. Пухлые щеки, аккуратный нос сапожком, серые глаза, которыми она усиленно стреляла. Несколько "пуль" достались и мне.

- Что с де... вицей? - быстро поправился я.

- Ногу подвернула, - шмыгнула носом она, - болит - страсть! Не наступить никак, не дойду до дому.

- А живешь-то далеко? - заботливо поинтересовался франт. На меня он не смотрел вообще, все его внимание поглощала девчонка. Он помог ей подняться, под юбку "щупать лодыжку" не полез, предложил опереться на него... девчонка честно попробовала, охнула и скривилась, прикусив губу.

Правда, что ли, больно? Вообще, ногу можно подвернуть и на песке, смотря как ступить. Может, я на воду дую?

- Да живу-то недалеко, - тарахтела она, - аккурат за три дома отсель, нашей крыши за сараем не видно, но тут совсем близко. Уж помогите, добрый барин, не оставьте заботой. А маменька вас чаем напоит. Чай у нас духмяный!

- Слышишь, давай из рук стул сделаем, посадим ее, да мигом донесем, - предложил я франту.

- Это как - стул из рук? - заинтересовался он.

Я показал: крепко взял себя ладонью за запястье. Он чуть помедлил, но повторил мое движение и потом мы соединили наши руки в подобие сидения. На ощупь руки у франта были мягкими, ничуть не мозолистыми. Хотя, может, писарь в конторе? Не всем же молотом махать.

Девчонка с явным удовольствием взгромоздилась на "табурет", крепко ухватив нас за руки. Мы подняли - весу в ней было порядком, но не так, чтобы вообще не снести. Если правда недалеко, так и справимся.

Франт оказался парнем сильным и крепким и до небольшого домика, укрытого за здоровенным сараем, мы дотащили девчонку в раз. "Пиджак" ударил сапогом в калитку и небрежно поинтересовался:

- Собаки нет?

- Не-а, матушка их не любит, - пояснила девчонка.

- Вот будет дальше не любить, так и станут всякие наглые кошаки цыплят воровать, - наставительно сказал он. Мы опустили девушку на землю, и парень пнул калитку еще раз так, что старенький ржавый замок задребезжал.

Нет, все же не писарь. Разве что музыкант - стал бы кто другой так руки беречь?

Послышались шаги, калитка распахнулась. Я ожидал увидеть "маменьку", в крайнем случае - "маман" и при виде крепкого парня в косоворотке шагнул назад... но тут "музыкант" и "болезная" выступили на удивление слаженным дуэтом, толкнув меня в спину.

Парень ловить не стал, отступил вбок и, носом вперед, я влетел во двор.

Никаких кур там, конечно, не было. Выходит, попал куда надо и нашел тех, кого искал?

_____________________________________________________________

- Что? - я изумился так, что аж привстал. И немедленно получил очень неприятный удар носком сапога по почкам.

Правильно получил, предупреждали же, чтобы не шевелился.

Но уж больно удивительную вещь сообщил мне франт, которого здесь звали... Пианист! Я чуть не упал со стула, когда услышал. Интересно, правда - умеет, или это шутка такая? Но руки он берег очень похоже - когда меня били втроем, он пару раз поучаствовал ногой, а потом сел на подоконник и принялся смотреть боевик.

Из пистолета я бы эту несвятую троицу уработал как запросто... Вот только ствол, от греха подальше, я оставил у Степаныча. Без документов, да еще со стволом - это даже не каторга, это "случайно погиб при попытке к бегству до выяснения личности", короче, закопают и забудут в каком месте.

А вот на кулачках они оказались в большинстве.

Все, что я мог - группироваться и аккуратно уклоняться, подставляя для удара мягкие части тела. Интересно, это нормально - не успели познакомиться и сразу в морду? Насколько я понимал местный этикет - нет!

Я нарвался на отморозков?

Но вопрос Пианиста мне все объяснил:

- У кого на контакте, Филька? У местного околоточного?

Глаза у меня, натурально, полезли на лоб. Вот так пердимонокль! Или кандибобер? "Фильками", от слова филлер, местные братки звали полицейских в мелких... очень мелких званиях. Самый, так сказать, низ.

- С чего ты взял? - спросил я, борясь с желанием сплюнуть на пол... и вовсе не для того, чтобы продемонстрировать презрение. Челюсть ныла после встречи с кулаком парня в косоворотке и глотать было больно. Да и неприятно, с кровью-то.

Непроизвольно сжался, ожидая еще одного удара - но его не последовало. Ребята оказались "с понятиями", не "беспредельщиками" - пока я не прыгал, меня не били. А про слова уговора не было.

- Ну, а как же, - удивилась артистичная барышня, - витрина не наша, а чешешь как по писаному, ежика нет, а борзый. Пианиста сразу срисовал, а со мной пошел... И глазами зыркаешь так, будто в книжечку пишешь. Филька и есть!