Кто вы, профессор Верещагин?

35 ГЛАВА Мошенник от науки

— Прошу прощения за беспокойство, но мне надо пройти.

— ?

— Будьте любезны, разрешите пройти.

— Тилигент, что ля?

— Отнюдь. Такое же быдло, как и вы, - хладнокровно отозвался я и, обойдя здоровенного детину в косоворотке, вышитой петухами, оказался на широкой Спасской улице. В спину меня ударил колючий, подозрительный взгляд.

Интересно, мужик тут и спал? Тогда понятно, отчего у него с утра настроение скверное.

На кой черт Смородину понадобилось меня сторожить? Я же обещал, что приду и взял с него ответное обещание. Кто поймет этого странного человека, который надеется повернуть время с помощью маятника... тот получит Нобелевку по психиатрии.

Только бы он свел меня с Ксенией, а больше от него ничего не требуется.

— Извозчик! Семеновский. Можешь не торопиться.

Я поймал себя на том, мне как-то на удивление комфортно. Жизнь в губернском городке конца девятнадцатого века текла неторопливо, основательно. На улице я пока ни разу не встретил спешащего человека, даже мальчишки-газетчики передвигались основательной походкой, поглядывая слегка поверх голов и начальственно покрикивая: "Губернские вести", "Неделя", "Будильник"...

Цокала копытами лошадь, покачивалась коляска. Торчал на перекрестке городовой в белом мундире, олицетворяя незыблемость устоев.

Пахло цветущей акацией, иногда пушистые гроздья задевали верх коляски и несколько сбитых лепестков планировали мне на колени. Стряхивать их почему-то не хотелось.

Неудобно - к барышне и без цветов. Но здешний жизненный уклад диктовал свои правила, я был в "утреннем" пиджаке - визитке, время мне Смородин назначил относительно раннее, а, значит, встреча была деловой и никак иначе. А на деловые встречи с букетами не ходят, если не хотят прослыть эксцентричным или, того хуже, неблагонадежным человеком.

Карточку с приглашением мне передали накануне, судя по адресу, Смородин жил в довольно респектабельном районе. Надпись на обратной стороне выглядела лаконично и очень изящно: «Jeudi, à 11 heures. Avec plaisir».

Французского я не знал, но не понять, что речь идет о дне и времени, было сложно.

Коляска остановилась перед парадным подъездом. Трехэтажный дом был выкрашен в светло-желтый цвет (я мысленно усмехнулся) и украшен скромными элементами классицизма - оскаленными львами.

— Обождать, барин? - спросил извозчик, почти не сомневаясь в положительном ответе, утренние визиты редко длились больше 20 минут, край - получаса.

— Нет, любезный, свободен, - задумчиво сказал я. Если все сложится хорошо, то вряд ли мне хватит получаса на разговор с Ксенией... А если княжна пошлет меня брянским лесом, так я ведь и пойду, и извозчик мне для этого не понадобиться.

Подъезд был большим, светлым. Без швейцара. По широкой лестнице с чугунными перилами я, не торопясь, поднялся на второй этаж. Сердце не прыгает? Нет, даже не частит и это хорошо. Невозмутимость - первое оружие афериста.

Или все же спасателя?

Меня встретила горничная: девица не в пример интереснее Катерины фигуркой, но на личико... н-да. Простоватая. Мягко сказать. Впрочем, чтобы принять шляпу, ее интеллекта хватило, а больше от нее, кажется, ничего и не требовалось.

— Господин ученый, - с придыханием сообщила она, - примет вас в кабинэте...

Честное слово, она так и сказала: "в кабинэ-э-эте". Ну, главное, что не в туалэээте. Хотя, на маркизу де Помпадур Смородин не тянул. Ни по полу, ни по влиянию, ни по... прости меня, господи, уму и сообразительности.

И, честное слово, я сделал такой вывод не потому, что он не встретил меня в прихожей.

Хозяин дома не смотря на утренние часы был одет весьма формально: черный сюртук, белая рубашка, кожаные туфли. Руки не протянул. А взгляд, цепкий и пристальный, скользил по мне, будто взвешивая на невидимых весах каждую деталь: складка сюртука, манжеты рубашки, даже обувь. Самое забавное, что в этом взгляде читалось не высокомерие, а рутинная проверка: так уважающий себя чиновник осматривает просителя, прежде чем решить, стоит ли вообще тратить на него время.

— Присаживайтесь, господин... — он выдержал паузу, столь долгую, что за это время успел перевести взгляд на бумаги на своем столе.

— Ангел, — произнес я.

Прозвучало... М-да... С другой стороны, все не печальный демон, дух изгнанья.

— Господин Ангел, — сухо кивнул он, словно делая одолжение. — Вы, если не ошибаюсь, уверяли, что располагаете сведениями, представляющими для меня интерес?

Я не торопился отвечать, позволив тишине повиснуть в воздухе. Сел, удобно расположившись в кресле напротив, не обращая внимания на стул без подлокотников, который для меня приготовил гостеприимный хозяин.

— Есть такое.

— Прекрасно, — произнес он, опираясь локтями о стол и сцепив пальцы. — Полагаю, вы осознаете, что я человек занятой и времени на пустую болтовню у меня нет? Сколько вы хотите за ваши сведения и чем докажете, что это не ваша фантазия?

Мне вдруг стало весело:

— Гарантии? Могу предоставить только одну, зато исчерпывающую. Ничего не делайте... точнее, делайте что вы привыкли: читайте ваши лекции, ужинайте в «Старом месте», впечатляйте князя и княжну... Только завещание составить не забудьте. В том случае, если вам, конечно, есть что завещать. Ровно через два месяца оно пригодится вашим наследникам.