Кто я без тебя?

Глава 10

Матвей мягко выпутался из захвата. Благо другая рука у Кира была занята крафтовым свертком. Сцена обещала скандальный финал. Все вокруг буквально дребезжало от напряжения. Девушка вцепилась в букет, решая, положить его на стол или продолжать держать. Шипы больно впивались ладонь. Наверняка там останутся следы. Белозерский медленно развернулся, распахнув глаза в недоумении. Кирилл хмурится. Брови, сведенные до переносицы, соединялись в одну прямую линию и придавали лицу жесткости.

– Оу, – выдавил парень, обескураженный проявлением эмоций друга. – Это прямо хорошо.

– Ничего хорошего в том, что ты собирался сделать не было!

– А что такого я собирался? – захлопал глазами Матвей.

– Сделать то, что Мия не хотела.

Матросов обошел его по кругу, на расстоянии вытянутой руки, и состроил брезгливое выражение, которое больно ударило по Белозерскому. Тот поджал губы.

– С Днем рождения, – в образовавшейся тишине произнес Кирилл, протягивая сверток. – Надеюсь, тебе понравится.

Мия улыбнулась, стараясь не касаться его пальцев, и принялась открывать шуршащую упаковку. Внутри находилось что-то твердое и фактурное, похожее на то, о чем она даже и мечтать не могла.

– Это то... О чем я думаю? – Мия вытащила маленькую фарфоровую кофейную кружечку и повертела в руках, наблюдая, как она переливается в солнечном свете. – Они... Восхитительные! Кирилл, где ты их нашел? Это же так дорого, наверное?

– Пустяки.

– Я так давно хотела! Спасибо огромное! Хотя, просто спасибо тут, наверное, даже и не котируется. Ты не просто попал в точку, ты сделал невозможное! Прочитал мысли и воплотил мечту в реальность!

– А мои цветы? Понравились? – подал голос Матвей, поправляя рубашку, которую Кирилл едва не порвал.

Мия оторвалась от созерцания кружек и кивнула.

– Чудесные. Спасибо вам, ребят.

– Тогда давайте за стол, – Белозерский сделал вид, что ничего не произошло. – А то роллы скоро повторно умрут.

Они сели, но Кирилл медлил, продолжая стоять в нерешительности. Орефьевой показалось, что он сейчас развернется и уйдет. Матвей накладывал еду по тарелкам, напевая что-то себе под нос. Мия была на грани истерики, потому что не понимала, что делать. Уговаривать Матвея не вести себя, как придурок или просить Кира остаться?

– Вынужден вас покинуть, – проговорил Матросов голосом, не терпящим возражений. –Хорошо посидеть.

Матвей дернулся, как от пощечины, но возражать не стал, только замер над упаковкой с роллами на пару секунд. Кирилл скрылся из виду, зашуршав в коридоре курткой. Девушка поднялась, направившись за ним.

– Все решили, что ли, меня кинуть? – обиженно крикнул вслед Белозерский. – Что я сделал-то?!

Кирилл умудрился не только выйти из квартиры, но и спуститься. Ей пришлось постараться, чтобы нагнать его возле подъезда. Понимая, что выглядит глупо с наспех накинутой вязаной кофтой и с букетом наперевес, она подстроилась под шаг и пошла рядом. Тот пару раз глянул на нее.

– Почему?

– Потому что Матвей неправ.

– Я ушел не из-за него.

– Разве? А мне показалось, что именно из-за того, что он собирался поцеловать меня. Как друг.

– Ну, точно не как друг.

Мия сощурилась.

– Ты не замечаешь ничего?

– Нет. Мы часто целовались с мальчиками, как друзья. В щеку, например. Ты не…

– Ты ему нравишься, – грубо перебил парень, прибавляя шаг, словно хотел избавиться от навязчивого собеседника. – Он пытается подкатить к тебе.

– Когда хотят подкатить, то не кидаются с поцелуями без спроса.

– Ты в каком веке живешь? Сейчас все так делают.

– Матвей и я не все. Он, может, и чувствует симпатию ко мне, но не такую, на которую я рассчитываю и хочу.

– А какую хочешь?

Мия задумалась, прислушиваясь к себе и решая отвечать ли на провокационный вопрос. Рана от грубого предательства Максима не зажила. Да, она пыталась отвлечься, занимала себя разными делами, училась. Да, это иногда помогало. Правда, далеко не всегда. Порой, накатывала такая апатия и бессилие, что хотелось лечь на пол и реветь в голос, чтобы разодрать горло до боли рыданиями.

Плакать в квартире с родителями плохая идея. Стоит показать слезу, как на тебя тут же обрушится шквал вопросов. Такое внимание и беспокойство не является чем-то плохим, просто в определенные дни они не нужны.

Приходилось держать в себе и убивать чувства на корню.

– Никакую. Сейчас не хочу отношений. Да и насчет потом, тоже не уверена.

– В тебе говорит обида и горечь. Знаешь, советую войти в новые отношения.

Мия аж остановилась, едва веря своим ушам.

– Ты сегодня шутник!

– Отнюдь нет, – Кирилл беспечно пожал плечами. – Просто такое работает всегда. Ты переключишься на новые чувства и забудешь старые обиды и переживания. Любовь исцеляет.

– Странно слышать это тебя.

– А что со мной не так? – Матросов сложил руки на груди, развернулся к ней всем корпусом. – Я такой же человек, как и ты. Просто умею работать с эмоциями и не допускать ситуаций, которые влекут за собой боль.

– Тогда любые отношения ведут к боли.

– Смотря как в них себя вести. Возвращайся к Матвею. Не стоит оставлять его одного, – Кирилл наклонил голову вбок. – Он хоть и строит из себя шутника, но достаточно раним. И сейчас наверняка выпил все запасы алкоголя в квартире.

– Пойдем со мной.

– Я очень устал от общества. Хочу побыть один.

– А я не хочу сидеть с ним один на один. Прошу тебя, пойдем?

Матросов разочарованно застонал, закрывая лицо руками.

***

Как она делает это? Кирилл задавался вопросом всю дорогу, пока шел обратно к дому Матвея. Внутри бушевали протест и противное чувство передозировки посторонними эмоциями. Парень уже заранее представлял, как плохо ему будет потом, когда он вернется домой и не сможет выйти из апатии.

Входить в депрессивное состояние не хотелось. В конце концов у них скоро репетиции и, наверняка, снова какие-нибудь концерты и конкурсы от школы, а если апатия все же возьмет верх, то все пойдет прахом. Кир сжимал кулаки, засунув руки поглубже в карманы и старался абстрагироваться. Вначале он привычно потянулся за наушниками, но передумал, решив, что будет неприлично так открыто игнорировать ее. И так много чего случилось, за такой короткий промежуток времени.