Куда глаза глядят

Глава 27. Оттенки

— Я не понимаю, — пробормотала Самира. — Мне казалось, что он всю дорогу до Мазарита уговаривал его бросить.

Она облокотилась о дверной косяк их лавки и скрестила руки на груди, скептически наблюдая за тем, как наследный принц Рарии достал ткань из миски с прохладной водой, выжал ее и аккуратно приложил ко лбу спящего. Тот немного скривился, его длинные темные ресницы затрепетали, отражаясь длинными тенями на бледных щеках в тусклом свете масляной лампы, но глаза юноша не открыл. На его скуле все еще красовался желто-фиолетовый синяк, но ранка на нижней губе уже почти зажила.

Пока Рената гнала Расмуса, чтобы как можно быстрее убраться из Мазарита и окрестных земель, Самира и мальчишки расчистили немного пространство внутри: не слишком хрупкие товары они сложили в коробки и привязали к крыше, затем разобрали несколько полок и соорудили на освободившемся месте небольшую кровать для Луки.

Самира подавила дрожь от воспоминаний первых дней в дороге, когда Лука выглядел так, словно его разобрали на части и забыли собрать заново. Никто не говорил этого вслух, но в то ужасное время всех посещали сомнения, выживет ли он, а если да, то переживет ли долгую дорогу на север.

Сейчас страхи немного ослабли: Лука восстанавливался медленно, но верно, хоть его тело все еще хранило россыпь фиолетовых синяков и ран. Он стал чаще бодрствовать, его аппетит тоже постепенно стал улучшаться, и Самира даже как-то слышала его тихий смех, когда Каин особенно по-дурацки пошутил.

Самира никогда бы не призналась вслух, но она сама прониклась этим молчаливым юношей, ради которого Каин отправился в такой долгий и опасный путь. Она сама удивилась подобной реакции: все-таки этого человека с детства растили ассасином и шпионом. Но, видимо, его спасение, а также простые, но такие серьезные слова благодарности, которые тот высказал ей и остальным после того, как пришел в себя за пределами города, сделали свое дело.

— На самом деле, — тихо сказал Каин, прислонившись к косяку с другой стороны, — у Адриана доброе сердце. Он просто очень сильно за меня переживал.

— Я вас слышу, — буркнул Адриан, убирая тряпку со лба Луки, оставляя маленькие капельки на бледной коже. — Конечно, безопасность моего брата превыше всего. Но я же не чудовище. Тем более, Лука скоро станет полноправным поданным Рарии. Теперь заботится о нем — мой долг.

Тео просунул голову между Каином и Самирой в узком проходе, а затем поднял задумчивый взгляд на сестру.

— Адриан сказал, что мы тоже его поданные.

Самира сморщила нос, в то время как Каин широко улыбнулся и провел широкой ладонью по светлой макушке.

— Как сказать…. — протянула девушка, но ее перебил голос Ренаты вдалеке:

— Эй, еда готова!

Они разбили лагерь в лесу, недалеко от границы с Марасом, и Рената, как всегда, сразу же принялась за готовку.

Тео юркнул назад и понесся к сестре, размахивая палкой — его новым воображаемым мечом.

— Расступитесь перед могучим воином! Он доставит своему королю яства вкуснейшие!

Каин и Самира, не сговариваясь, наклонили головы вбок и укоризненно посмотрели на Адриана, но тот лишь пожал плечами и с гордостью заявил:

— Я хотя бы не вру ребенку, что в одиночку справился с целой стаей кровожадных снежных волков, а потом чуть не умер от ужасных ран и холода в Северных горах.

— Я не… я никогда не говорил ему такое! — возмущенно прошептал Каин, все еще стараясь говорить тише, чтобы не разбудить Луку. — Я рассказал ему правду, но Тео любит преувеличивать.

Адриан повернулся к брату и невозмутимо выгнул бровь.

— Да, конечно, вини во всем мальчишку, а не свое раздутое эго.

— Ты…

— Так, все, — тихо сказала Самира, но в ее голосе была такая непреклонность и сила, что оба принца сразу же замолкли. — Нечего здесь языками чесать. Идите лучше поешьте. Я послежу за Лукой.

— Но… — начал Адриан, нахмурившись.

— Кыш.

Адриан и Каин послушно удалились, а Самира сделала шаг вперед и опустилась на корточки рядом с низкой кроватью. Она прошлась взглядом по каштановым прядям, неряшливо раскиданным по подушке, и безмятежным чертам лица и не смогла сдержать широкую улыбку.

— Как ты себя чувствуешь?

Лука приоткрыл один глаз и глянул на нее.

— Как будто за мной ухаживали два принца, которые до этого ни разу не ухаживали за больными, — Лука тяжело вздохнул, открыл и второй глаз, а затем нахмурился и провел рукой по мокрому лбу. — Зачем Адриан промакивал мне лоб влажной тканью, если у меня не было лихорадки уже неделю?

— Без понятия. Я видела, как Каин перевязал тебе бинтом синяк на руке.

Лука прыснул и покачал головой, слабо улыбаясь.

— Они хотят как лучше, — пробормотал он, в его тоне пробились явные нотки нежности.

— Это точно, — кивнула Самира.

Они замолчали, позволяя уютной тишине растянуться между ними. Юноша прикрыл веки, а Самира лениво наблюдала за движением теней на стене.

— Свет, — тихо пробормотал Лука, все еще не открывая глаз.