Куда зовет Мистраль

Глава 11

Глава 11

Николь взбиралась по склону. От слез, навернувшихся на глаза, она почти не видела
дороги. Мелкие камешки попадали в ее туфельки, она остановилась и вытряхнула их из
обуви.

- Merde! -выругалась она на французском. Она все больше и больше думала на нем.

Девушка и сама не понимала, что ее огорчило больше: песок в туфлях или слезы.
Впервые за все дни, проведенные в Ле Бо, ей довелось встретить грубость, если не считать
инцидента с кинжалом.

Зачем он так с нею поступил? Ведь мадам позволила помочь ей. Может, она сама
виновата в том, что сеньор осерчал. Девушка пыталась его оправдать. В Средние века
только мужчины принимали решения, а женщины покорно подчинялись. А Николь
занялась мужскими делами.

"Ну уж нет!" - твердо сказала она себе. " Пусть потрудится извиниться за хамское
поведение.

Она высоко подняла голову и пошла по дорожке к воротам замка. Николь решила не
навещать сегодня Гюго. Ее задели слова Раймунда о том, что она ищет выгоды в
замужестве. Гюго идет на поправку, один день проведет без нее - ему же на пользу. К
тому же, она не желала, чтобы он видел ее слезы. Лучше пойти к Теодору, мальчику она
нужнее.

- Мадемуазель, - бросилась к ней Монет. - С вами все в порядке?

Женщина пропустила ее в комнату к Теодору. Мальчик сидел у окна и смотрел на
дорогу.

- Да, Монет, со мною все хорошо, - ответила Николь.

Глаза ее покраснели от слез, а щеки пылали.

- Теодор, малыш, - позвала она мальчика.

Тот встал и подошел к ней. Николь обняла ребенка. Она пыталась скрыть следы слез, но
это ей плохо удавалось. Мальчик внимательно посмотрел ей в лицо и дотронулся до ее
щек ладошкой. В глазах стоял немой вопрос.

- О, не переживай, мне соринка в глаз попала. Но Жаклин помогла мне от нее
избавиться, - улыбнулась ему Николь.
- Давай я спою тебе песенку, что слышала в детстве. Про зеленый дом с синей крышей.

Монет теребила в руках передник. Может, девушке и удалось провести маленького
Теодора, но она-то знала, что это из-за сеньора мадемуазель расстроена.

- Вы так добры, мадемуазель, - проговорила няня. - Теродор просто счастливец, что
повстречал вас.

- Что ты, Монет, это я - счастливица, я могу находиться в этом замке и делить время и
жизнь с вами. Чувствовать себя полезной.

Она присела на другой табурет. Николь очень хотелось обучить мальчика рисованию,
ведь это могло развить его мелкую моторику, что, в свою очередь, повлекло бы развитие
речи. Правда, отсутствие бумаги создавало определенные трудности.

В результате девушка приспособила для этой цели большую гладкую доску и принесла
немного угля из кухни.
Импровизированный холст и уголь как нельзя лучше подойдут для
рисования.

Теодор заинтересовался доской. Николь показала ему, как рисуется круг и протянула
уголек.

- Вот, попробуй и ты, - сказала она.

Теодор вопросительно взглянул на няню. Та одобрительно кивнула, тогда мальчик стал
рисовать неровный кружок рядом, пыхтя от усердия.

- О, великолепно! - захлопала Николь в
ладоши и дорисовала вверху кружков палочки.
- Это - черешок. Вот и все, вуаля - наши яблоки готовы.

Теодор рассматривал нарисованные яблоки, лицо его озарила улыбка.

- А теперь попробуем нарисовать домик.

Девушка стерла уголь мокрой тряпочкой. Он перехватил ее руку, когда она собралась
рисовать и взял уголек сам.

- О, ты хочешь что-то нарисовать? - догадалась девушка.

Мальчик с усердием нарисовал круг, что-то наподобие платья, палочки - ручки и ножки.
На голове "красавицы" красовалось "воронье" гнездо, маленькие бусинки- глазки и
огромный рот, как у клоуна, украшали "лицо" сего шедевра. В руке она держала палочку
с круглыми лепестками, вероятно, цветок.

Когда Теодор закончил, то посмотрел на Николь и дотронулся до нее, глядя прямо в глаза.

- Ты хочешь сказать - это я? - удивилась Николь. - Спасибо, малыш.
- Ты невероятно талантлив.

Девушка со слезами на глазах обняла ребенка и поцеловала. Она не знала о чем сейчас
думал Теодор, но понимала, что между ними установилась прочная связь.

- Мадемуазель, вы не голодны? - спросила ее Монет. - Время обеда давно прошло.

- Благодарю, лучше покормите ребенка.

- Я принесу ему поесть.

- Мы вас подождем, - ответила Николь.

В замке полным ходом шла подготовка к ужину по случаю возвращения графа. Николь
ничего об этом не знала. Монет принесла Теодору еду и Николь села напротив него.

Мальчик ел сам, очень аккуратно, не спеша. Девушка видела в нем настоящего ребенка
аристократов. Монет снова предложила ей поесть, но Николь отказалась.

- Мадемуазель, так и ноги протянуть недолго. Глядите, от вас остались кожа да кости.

Николь рассмеялась. Монет своими причитаниями напомнила ей бабушку.
Хорошо, что у Теодора есть аппетит и женщине не приходится с ним мучиться. Сейчас
Николь понимала беспокойство своей бабушки.

Когда Теодор окончил трапезу, в дверь постучали и Монет пошла открывать. На пороге
стоял юноша, учтиво кланявшийся.

- Мадам Стефанетта прислала меня сообщить, что будет ждать мадемуазель Николь к
ужину.

- Я бы не хотела...

- И просила передать, что отказа не потерпит, - поклонился паж, и удалился.

Как не хотелось идти ей туда, но видимо придется, иначе мадам обидится.

- Мадемуазель, вы должны идти, - окликнула ее Монет.

- Да. Теодор, рада была тебя повидать.
Надеюсь, мы еще порисуем.