Кукла колдуна

Глава 2. Иса.

– Госпожа! – услышала я, и женский голос, мягкий, но настойчивый, пробился сквозь пелену сна. – Госпожа Исабелла.

Я медленно открыла глаза, и первое, что предстало моему взору, были две фигуры, склонившиеся надо мной. Женщины. Их платья, казалось, были сшиты из грубой, выцветшей ткани, местами испещренной пятнами грязи. На головах – небольшие, потрепанные биреты, а на талиях – простые фартуки, завязанные узлом. В их облике не было ничего из привычной мне суеты и блеска современного мира.

Оглядевшись, я с нарастающим недоумением осознала, что нахожусь далеко от дома. Это было не мое уютное, привычное пространство. Все вокруг дышало стариной, словно я перенеслась сквозь время. Я не была в Америке, где обычно начиналось мое утро. Не было привычного, назойливого жужжания Тешко, который обычно встречал меня радостным облизыванием. Я не проснулась в своей комнате, в своей кровати.

Вместо этого я оказалась в огромном, величественном зале. Его стены были покрыты чем-то, что отдаленно напоминало серебро, а массивные шкафы, украшенные золотистыми узорами, казалось, хранили в себе тайны веков. Воздух был наполнен ароматом старой древесины и чего-то неуловимо цветочного, но при этом тяжелого, как будто из другой эпохи.

Мой разум отказывался принимать реальность. Это было слишком сюрреалистично, слишком далеко от всего, что я знала. Я попыталась приподняться, но тело казалось непослушным, словно не принадлежало мне. Женщины тут же бросились помогать, их руки, грубые от работы, но удивительно нежные, поддержали меня.

– Вы как, госпожа? – спросила одна из них, ее голос был полон беспокойства.

Я не могла ответить. Слова застревали в горле. Я смотрела на них, на их простые лица, на их одежду, и в голове моей проносились обрывки мыслей, как осколки разбитого зеркала. Где я? Как я сюда попала? И почему все вокруг выглядит так… старомодно?

Постепенно, по мере того, как мое сознание прояснялось, приходило осознание масштаба произошедшего. Это было не просто перемещение в пространстве. Это было погружение в прошлое. Я чувствовала это каждой клеточкой своего существа. Атмосфера, детали интерьера, даже манера говорить этих женщин – все кричало о том, что я оказалась в совершенно ином времени.

Двадцатый век?

Эта мысль пронзила меня, как молния. Двадцатый век… Это было так далеко от моего привычного двадцать первого. Это было время, которое я знала только по книгам, фильмам, рассказам. Время, которое казалось таким далеким и одновременно таким реальным сейчас.

Я попыталась снова осмотреться, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, хоть что-то, что могло бы объяснить это невероятное происшествие. Но все вокруг было чужим, незнакомым. Золотистые шкафы, серебряные стены, эти женщины в старинных платьях – все это было частью какой-то неведомой мне истории.

Страх начал смешиваться с каким-то странным, почти мистическим любопытством. Что произошло? Была ли это какая-то шутка? Сон? Или что-то гораздо более серьезное? Я чувствовала себя потерянной, как ребенок, оказавшийся в незнакомом городе.

Женщины терпеливо ждали, их взгляды были полны ожидания. Я понимала, что должна что-то сказать, что-то сделать, но мой мозг отказывался работать в привычном режиме. Я была Исабеллой, но не той Исабеллой, которая просыпалась в своей современной квартире. Я была Исабеллой из другого времени, из другого мира.

– Госпожа Иса, с вами все хорошо? – вновь прозвучал вопрос, на этот раз более настойчивый, пробивающийся сквозь туман, окутывавший мое сознание. Я попыталась сфокусироваться, но мир вокруг казался размытым, словно я смотрела на него сквозь толстое стекло. Единственное, что я могла сделать, это слабо кивнуть, надеясь, что мой жест будет понят.

Женщины, чьи лица я с трудом различала, были рядом. Их голоса звучали мягко, но в них чувствовалась какая-то отстраненность, словно они наблюдали за мной, как за редким экспонатом. Они помогли мне подняться, и я почувствовала, как мои ноги подкашиваются. Поддерживая меня, они провели меня к дивану. Это был не просто диван, а произведение искусства, утопающее в роскоши. Мягкая, бархатная обивка, словно обнимающая тело, и… золотые оковы. Они были не грубыми и тяжелыми, как я могла бы ожидать, а изящными, словно сплетенные из тончайших нитей драгоценного металла. Они обвивали мои запястья, не причиняя боли, но напоминая о моем положении с пугающей очевидностью.

Одна из женщин, с волосами цвета спелой пшеницы, отошла и вскоре вернулась с серебристым бокалом в руках. В нем плескалась прозрачная жидкость, а рядом стояла небольшая тарелка с чем-то, что выглядело аппетитно, но было совершенно незнакомо.

– Съешьте и выпейте, это поможет вам прийти в себя, – сказала блондинка, ее голос был мелодичным, но лишенным тепла. Она поставила бокал на маленький столик рядом с диваном, а тарелку аккуратно положила мне на колени.

Я посмотрела на воду. Она казалась кристально чистой, и я почувствовала жажду, которая, казалось, иссушила меня изнутри. Осторожно взяв бокал, я поднесла его к губам. Вода была прохладной и освежающей, словно глоток жизни после долгого изнеможения. Она смыла сухость во рту и принесла легкое облегчение.

Затем я обратила внимание на еду. Это были мелкие, аккуратно нарезанные кусочки чего-то, напоминающего фрукты, но с необычным, сладковатым ароматом. Я взяла один кусочек и поднесла к лицу. Он был мягким и сочным, таял во рту, оставляя приятное послевкусие. Я не знала, что это, но мое тело, кажется, принимало эту пищу с благодарностью.