Кукла с редким именем

Старт

Пару месяцев спустя делать было уже нечего - кладбище окружили танки. 
- Чего это - танки? - удивлялись те, кто жил там уже много лет. - Мы же никого не трогали! Хорошо, что вокруг нас такое здоровенное искажение реальности, что не попадут даже с вертолета, все пропадет за двести метров до земли! 
- Это хорошо, что никого еще не трогали — говорили остальные. Но поле-то скоро рассеется. Мы ж не господь бог! Хорошо, что у нас теперь есть то, на чем летают! Фига с два его собьешь! А если кто-то не поместится, мы заберем его в картинку и возьмем с собой! 
- В какую картинку? - сомневались остающиеся. 
- Да все просто — говорили другие. - Хорошо, что у нас есть рисунки! Вы залезайте в рисунки, а мы их возьмем с собой и на следующей планете вас, если хотите, выпустим. Хорошие картины, и перегрузок никаких. Вон, Мирей их полным-полно привезла. 

Витя завершал последние приготовления. Уже были перекрыты оба выхода, и только Ая и Мирон сновали туда-сюда гигантскими шагами, доставляя новые партии спасаемых. Уже по толстым голубым рельсам вверх через потолок поднималась машина, готовая задействовать все, что было сделано за последние полгода. Уже собрались на станции все, кто собирался остаться. Оставалось сделать несколько звонков с защищенного номера. 
Он набрал код откланявшегося Мирона, который хотел прийти проводить отлетающих. Код уже не работал. Как он будет всем этим тут заниматься, если в последний момент он не может даже телефон держать включенным? Вот раздолбай. 
Он чертыхнулся и набрал номер Гила. Гил и Мирей были уже на станции, со всей семьей и друзьями, полные энтузиазма и готовые отправиться к звездам. Очень хорошо. Будет у нас, старых колдунов, еще не одно новое поколение... 
Он набрал Зеленого.
Не нужно было большого ума, чтобы понять, что Зеленого на корабле больше не было.

Значит, он выбрал остаться тут и командовать парадом... Чорт. Эти ужасы, которые Витя лучше всего представлял себе в далекие невегетарианские годы. Эта работа на износ, этот голод, который невообразим в сытом городе, но непременно будет, потому что Зеленый не собирается о себе заботиться, эти политические фокусы, которые он просто не умеет, эта невыносимая атмосфера, ох, ужас, ужас... А ведь у Мирона тоже никакого опыта нет, но его-то не удержишь, а Зеленого... 
Витя не хотел представлять себе Зеленого, сидящего в тюрьме. Но хорошо представил, как Зеленый там сидит и смеется над ним. Смеется тем самым своим любимым смехом, который у него остался с кукольных времен, и вся здоровенная незримая сеть его помощников тоже нагло смеется. Нда. Если бы он где-то научился этому, будучи человеком — сказали бы, что у него сейчас большое горе. А так оно у него, можно сказать, только началось. 
Поэтому он немного подождал и набрал код Татьяны.
- Танечка... - умоляюще сказал он. - Валерьевна... Это звонит счастливый пленник вашего копья... Что мне с вами делать? Забирать или нет? 
Молчание.
- Танечка... Я же вас... Я …. 
Я останусь — донеслось в телефонную трубку. - Должны же быть в мире какие-то старые колдуны. И вообще, у меня там Нита и дочка...
Гудки. Даже попросить ничего не успел, а она бы и присмотрела бы, и... 
Он отправил сообщение с подробным описанием того, где, скорее всего, искать Зеленого. Зашифровано, не перехватят, не пропадет. Только это последнее...
Все, ничего не поделаешь, надо давать старт. 
Витя положил трубку и повернулся к пульту. На экране было видно, как какие-то люди в центральном отсеке подходят к подножию стеклянной полусферы, которую нельзя оставлять без внимания до самого прилета. Некоторые из них уже стояли на коленях.

- Алло! Уважаемая командующая экспедицией! Кто это у вас там внизу? Мне их убрать? 
- Это огнепоклонники — сказала в ларингофон Ая, душа корабля, сидящая внутри. - Они собираются раз в год на могиле поэта Высоцкого... То есть, собирались. Давайте я им доверю пуск. Это красиво.
- Сам сделаю — сказал Витя и нажал на кнопку. 

Огненная корона вокруг Солнца расцвела. Двигатель запел. 
В центре машины Ая прижимала к себе сердце Александра Валерьевича и слышала, как источник энергии ровно пульсирует, выдавая все новые вспышки — еще, еще, еще...
Аль — подумала она той частью мозга, которая не была загружена огромным количеством операций, связанных с удачным взлетом. - Ты не был таким уж плохим человеком. Ты будешь хорошим кораблем. У тебя сильное сердце. 

Мирон не понял, когда это случилось. Он стоял в снегу по колено на какой-то мокрой дороге, без куртки, рюкзака и документов, не понимая, где он, что с ним и куда делись все остальные.
- Да ну на хрен! - возопил он, перекрикивая все, что орало, вопило и гудело, заливаемое снегом с дождем. - Это специально, что ли? Потому что я с вами не пошел, что ли?.. Космонавты!.. Куда вы меня забросили?!.