Куколка. Не попадайся на глаза южному демону!

Глава 3

Мы не стали брать карету, а прогулялись по вечерним улочкам города. Я редко так спокойно передвигалась в сумерках по столице. Само по себе время неспокойное, а тут еще и моя внешность. Для таких вылазок у меня был плащ. Он закрывал меня с ног до головы. Но сегодня все пошло не по плану.

— Господин де Ран, вам не кажется, что господина Бенедикта убили случайно, а целью был не он?

Не очень любила тишину, тем более в обществе малознакомого человека. Вот с Мурзиком помолчать могла. Мы с ним уже родные. Третий год один обед на двоих делим. Отбила его у дворовых мальчишек еще на первом курсе. Принесла в комнату общежития и выходила. Кажется, в какой-то момент один из экспериментов пошел не по плану. Котик махнул хвостом и разлил мое зелье для определения вида животного по волоску. Часть попала на него, вот с тех пор и разговаривает.

— Госпожа Помпл, скажите, вам действительно интересно мое мнение, или вы просто хотите поддержать разговор? — Он шел рядом, заложив руки за спину. На один его шаг приходилось несколько моих.

— Честно? — Вот почему-то с ним хотелось говорить именно так.

— Да. — Кажется, он был заинтересован.

— У меня есть свои идеи на этот счет, но вы человек опытный, поэтому любопытно, совпадают ли результаты наших рассуждений. А вообще да, не люблю молчать, когда есть что спросить.

«Каменный» улыбнулся, хотя в сумерках вечерней улицы под тусклым светом фонаря это было практически незаметно.

— Эта позиция не лишена смысла. Да, я думаю, что библиотекарь стал случайным свидетелем и поплатился за это жизнью. — Его мнение полностью совпадало с моим, а это что-то да значило.

— Все дело в книге. Она же зачарована. И если мы поймем, что это за книга, то сможем найти и преступника, — я скорее рассуждала вслух, чем излагала план действия.

В моей голове было много идей, они теснились и перебивали друг друга.

— Мы? — Де Ран остановился посреди улицы и посмотрел на меня, как на диковинное чудо.

— Да, мы. — Я ничуть не испугалась его взгляда. — Вообще-то, я могу помочь, честно!

— Милая девочка, не стоит тебе лезть в эту грязь!

А вот снисхождения я не терпела ни в каком виде.

— Милая? — Как же меня все достали, никто не хочет увидеть во мне личность! — Я не милая, я не лапочка, не куколка, я Алиса Помпл — студентка магической академии, я мечтаю быть следователем! Вы что, думаете, мне нравится моя внешность? Да я от людей шарахаюсь, у меня парня никогда не было, я их боюсь! Они, как только меня видят, сразу начинают руки распускать, противно!

Прикусила язык, кажется, меня понесло. А про парня я ему зачем сказала? Нужно было промолчать! Но нет, все высказала. Оказывается, следователь невосприимчив к женским истерикам.

— Я все равно считаю, что не стоит девушке связываться с преступниками. Это мужское дело. — Он выглядел равнодушным.

— Да вы женоненавистник! Никуда я с вами не пойду! Свалились на мою голову! Я и без вас справлюсь! — Топнула ногой, хотела развернуться и уйти, но услышала за спиной:

— Не отступитесь?

— Нет! — Я резко развернулась и вперилась взглядом в его темные глаза.

Мы стояли посреди еле освещенной улицы и глазели друг на друга. Еще молний между нами не хватало для полной «гармонии». Но воздух был наэлектризован настолько, что они вот-вот могли появиться. Нужно было пользоваться временным недовольным согласием следователя.

— Ладно! — сквозь зубы процедил Доран де Ран.

Так и хотелось съязвить, но его решение было такое хрупкое, что он в любой момент мог передумать.

— Марш в таверну ужинать! — рявкнул он, злясь, наверное, сам на себя.

— Не командуйте, я взрослая, сама могу решать, куда мне идти! — Вот чего не любила, так это приказного тона.

Как же часто я это слышала! «Алиса, ты должна», а дальше я могла перечислить десятки того, что я должна: выйти замуж, вести себя прилично, быть милой, молчать, кивать, улыбаться… Не могу больше все это слушать! Я сама знаю, чего хочу, не позволю никому указывать мне!

«Каменный» закатил глаза. Похоже, своей выходкой я только показала ему, что просто наивный ребенок. Да и правда, ору тут на всю улицу. Де Ран чуть ли не единственный, кто не пытается уложить меня в постель, сорвать поцелуй, он даже не дотронулся до меня ни разу. Надо извиниться.

— Простите, день выдался тяжелым, вот и сорвалась на вас.

— Ладно, пойдемте, пока в таверне осталось хоть что-то съестное. — Следователь будто и не заметил моего ребячества.

Да, после полуночи в таких заведениях оставались только напитки, еда была уже никому не интересна, да и поваров отпускали домой.

Мы зашли в довольно дорогое заведение. Мысленно пересчитала деньги, которые остались у меня со стипендии. Как только я ступила за порог дома в то памятное утро почти три года, отец снял меня с содержания. Он обиделся. Но я превратила последнего жениха в жабу случайно. Не виновата была! Он меня своими губищами напугал, я сразу о жабе и подумала. А потом пришлось долго слушать о своем предназначении, о полнейшей неспособности женщин жить самостоятельно, о необходимости выйти замуж за достойного человека и нарожать титулованных внуков. Вот я и не выдержала. Свобода стала моей мечтой.