Кукольная сказка

ГЛАВА 9

Этот день не задался с самого утра. Ветта сидела в мастерской Брана и украшала очередную партию посуды: к слову сказать, нарядные чашки-тарелки стали очень популярны у местного населения, и даже стали поступать небольшие заказы из города. Все валилось из рук. Цветы и листья из глины выходили какими-то корявыми, и Ветта была очень собой недовольна.

Одна мысль никак не отпускала ее. Как же так? В мире, где водилась магия, имея задатки к ней, никак не применить и не использовать ее. Словом, Ветта решилась.

– Послушай, Бран, – сказала она гончарнику, который возился с обжигом, – ты говорил, что с Ланзо хорошо знаком?

– Ну да, – ответил Бран, не отрываясь от дела, – а тебе-то чего?

– Да вот, хотела с ним встретиться, а то он как книгу свою у Анико забрал, так к нам и не заходил с тех пор!

– Да тебе он зачем? Что тебе, девице, со стариком болтать-то, – удивленно приподняв густые брови ответил мужчина.

– Нужно мне, хочу про колдунов побольше узнать.

– Ааа! – догадался Бран. – Ты все про свою кровь колдунью! Оставь, не нужно тебе этого! Вон, видишь, как хорошо у тебя посуда-то получается, – Ветта брезгливо посмотрела на неудачную заготовку и вздохнула.

– Разве ль это не волшебство? И денежка капает! А колдовство – оно что, тьфу! – Старик смачно сплюнул на землю. – Пустое это!

– Ну, Бран, пожалуйста, можешь с Ланзо договориться о встрече? Нужно мне очень!

– Ну ведь, вбила себе в голову – клином не вышибешь, – Бран был явно недоволен этим разговором. – И не проси, не стану я старого человека по всяким пустякам дергать. – Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Расстроенная Ветта кое-как доделала работу и пошла домой. Назойливая мысль никак не отпускала, засела в голове надоедливой мухой.

Дело уже шло к осени, погода была пасмурной и унылой, кое-где накрапывал мелкий дождик. Ветта, погрузившись в свои мысли, брела, не разбирая дороги. Сквозь размышления она слышала какие-то звуки: кудахтанье домашней птицы, лай дворовых дворняжек, веселые детские крики, раздававшиеся неподалеку.

Просвистевшая у ее виска шишка заставила ее вздрогнуть от неожиданности. Ветта резко обернулась и увидела пацаненка лет семи, одетого в широкие штаны и замурзанную рваную рубаху. Он широко улыбался и показывал язык.

– Рыжая, рябая – ведьма косая! – пацаненок, хохоча, запустил в нее очередной шишкой.

Ветта с трудом успела увернуться. Она остановилась, погрозила пальцем сорванцу и намеревалась пойти дальше, как вдруг снова ее догнала шишка, на это раз больно прилетевшая в затылок. Чувствуя, что раздражение растет, и она вот-вот сорвется и надерет уши маленькому нахалу, Ветта встала и в упор посмотрела на обидчика.

Вот, только его это не смутило, и он швырнул в нее очередную шишку. Не понимая, что и зачем она делает, Ветта выбросила руку вперед, навстречу маленькому «снаряду», и с удивлением поняла, что она не только остановила летящую ей в лицо шишку, но и удерживала ее в воздухе непонятно откуда взявшейся силой. От неожиданности она ахнула – и шишка упала на землю.

– Вот, говорю же: ведьма! Вееедьма! Беее! – заскакал от радости паренек и снова высунул язык.

– Кыш отсюда! Скройся! – шикнула Ветта и сделала шаг в его сторону. Взвизгнув, хулиган ловко скрылся между домами.

Пару минут Ветта никак не могла прийти в себя: она внимательно разглядывала руку, которой удерживала в воздухе шишку, но так и не обнаружила в ней ничего особенного. Она принялась изображать какие-то пассы, пытаясь сдвинуть валяющуюся на земле шишку, камушек, собственный башмак – но все было напрасно.

Со стороны это, наверное, казалось забавным. Поняв, как нелепо она выглядит, она развернулась и бодро пошагала к дому, ошеломленная этой неожиданной маленькой победой.

Дома Ветта все обдумала и поняла, что эмоции в колдовстве, похоже, имеют не последнее значение, а, возможно, и вовсе являются основой. Полночи она не спала, думая, как можно будет это использовать, если у нее начнет получаться. Так ничего не надумав и проворочавшись чуть ли не до рассвета, она уснула некрепким сном. Кажется, ей даже что-то снилось: что-то, связанное с балаганом, ярмаркой на площади, какие-то странные куклы.

Тем временем, пока Ветта работала у Брана и обдумывала свои планы, Зелда решила сделать «суприз» теперь уже для Ветты. Великанша была очень благодарна девушке. Как-то раз, в очередной свой выходной, Одо и Луц грелись на осеннем солнышке, удобно расположившись на большой копне сена.

– Эй, лентяи! Нечего тут рассиживаться – работа есть! – прикрикнула на них Зелда.

– Чегой-то – лентяи? Колесо починили, могем и расслабиться! А что за дело-то есть? – ответил Луц

– Да! Дело – не дело, коль душа не пела! – добавил Одо

– Вставайте, вставайте окаянные! Всевечного на вас нет! Расселись тут, только мешают людям работать!

– Дык скажи чево, мы поможем! А то звону много – толку мало! – примирительно ответил Луц.

– Вот что, балбесы! Ветка-то у нас растет, скоро совсем на выданье будет, а комнаты-то у ей нету. Все ж девушка, а вы без стуку в дом валите: не переодеться ей, ни ешо чаво приделать…