Кукольный театр леди-попаданки

3. Настоящий дракон

3. Настоящий дракон

— Не бойся, я с тобой, — прошептала я кукле из последних сил.

А дальше наступила темнота...

Я очнулась от резкого запаха гари, а еще от того, что кто-то хлопал меня по щекам.

Голова гудела, в глазах стояли слезы от едкого дыма. Я ничего не видела вокруг. Последнее, что я помнила — дым в кукольном театре.

Конечно же, вызвали МЧС и меня спасли из горящей мастерской. Интересно, сильно ли повреждено здание? Спасли ли моих кукол?

С трудом я разлепила глаза. Надо мной висело серое небо, к которому поднимались столбы черного дыма. Справа от меня пылало какое-то деревянное строение, от него во все стороны летели золотистые искры, как от новогоднего бенгальского огня.

Только рядом с моим кукольным театром все дома были каменными.

— Кажется, живая, — кто-то тормошил меня.

Я застонала.

— Очнулась, слава Элиону! — произнес надо мной низкий мужской голос.

Я скосила глаза и увидела пару пыльных кожаных сапог, а затем нашла и их обладателя — чернобородого мужика в кольчуге, опоясанного коротким мечом. Он выглядел как ролевик, только звенья кольчуги у него местами была порваны, а на лице чернела копоть.

Ролевик присел и стал трясти меня за плечо.

— Леди, вставайте.

Откуда-то сверху упал кусок красной черепицы и с треском раскололся на маленькие кусочки в паре шагов от меня.

— Где я? – собственный шепот напоминал скрежет ржавого железа.

Я закашлялась, подавившись дымом.

— В Фальхейме, леди, знамо дело, — отозвался чернобородый.

— Уходить отсюда надобно, Фабиан, иначе сгорим, — раздался голос слева, и я увидела рябого парня. На нем была какая-то несуразная серая длинная рубаха, перепоясанная плетеным ремешком.

Меч у рябого тоже имелся.

— Видать, девка головой сильно приложилась, не понимает ничего. Убираться отсюда надобно, пока дракон не вернулся, — рябой обращался к чернобородому.

Что? Дракон? Я вижу сон и попала в «Игру престолов»?

— Алиска, мужик дело говорит, — пропищал кто-то рядом со мной. — Хватит тут валяться, давай руки в ноги — и вперед.

Я приоткрыла рот от изумления. Рядом со мной лежал Арлекин. Он смотрел на меня черными глазами-пуговками.

— Ты что, разговариваешь? — прошептала я.

— Я всегда разговаривал. Только ты меня раньше не слышала, а зря, — губы Арлекина не шевелились, застыв в улыбке, но я слышала его в своей голове!

Неужели никто не замечает, что он разговаривает?

— Почему я тебя слышу? — спросила я.

— Это дано только настоящим кукольникам, — пропищал Арлекин.

— Эй, леди, нельзя тут лежать, это опасно, — сказал чернобородый.

Словно в подтверждение его слов, откуда-то сверху упала почерневшая деревянная балка, рассыпая снопы золотистых искр.

Я попыталась сесть, но голова нещадно трещала. Ощупав голову, я обнаружила большую шишку. «Кажется, сотрясение мозга», — вяло подумала я.

Может быть, этим и объяснялись мои странные видения.

Вот тебе и гастроли!

Но что-то было не так. Неправильно.

Следующая мысль пронзила меня, как молния. Мои волосы!

Я всегда коротко стриглась, чтобы не заморачиваться с прическами. Никите вроде бы нравилась моя стрижка, но у его блондинки были длинные прямые волосы.

Я еще раз провела пальцами, покрытыми сажей, по затылку, и обнаружила толстенную косу цвета воронового крыла, переплетенную красной лентой. На всякий случай подергала за кончик и ощутила боль в затылке.

Настоящая коса!

— Конечно, настоящая, — подтвердил Арлекин. — Ты теперь красотка ого-го!

А потом раздались крики, даже не крики, а вопли ужаса.

— Дракон!

— Сюда летит!

— Помилуй нас, святая Эйления!

Ролевики задрали головы вверх, а потом побежали в разные стороны.

— Алис, чего происходит-то? Чего они нервные все какие? — тоненький голос Арлекина снова пропищал в моей голове.

Я подняла голову и ахнула.

Над городом, в кровавом отблеске пожарищ, кружил дракон.

Его чешуя отливала снизу серебром, крылья, широкие, как паруса корабля, рассекали воздух с глухим свистом.

Огромный ящер парил в расплавленном воздухе, как китайский воздушный змей.

Мимо меня в разные стороны пробегали люди. Они бестолково метались по улице, сбивая друг друга с ног, крича и ругаясь. Женщина в синем переднике и чепце прижимала к груди плачущего ребенка, мужчина в кожаном фартуке с молотом в руках застыл, как изваяние, уставившись вверх.