Кукушкины принцессы и волшебное перо

Глава 13. Истинное обличье

- Не бойся! Мы не обидим, - обратилась к жар-птице Синдара. – Мы пришли вызволить тебя из лап Оракула.

Жар-птица жалобно запищала. Из глаз брызнули хрустальные слёзы.

- Как ты очутилась у него в плену? – спросила Шора.

Файриза опустила крыло и молвила прежним, человеческим голосом:

- Я и сама не знаю. Сотни лет я жила в Изумрудных Садах, взращивая деревья своим пением. Но в один ужасный день Оракул нашёл моё гнездо, оглушил мощным волшебством, а когда я очнулась… уже была на цепи.

Жар-птица показала лапу. Кожа под кандалами стёрлась в кровь.

- Какой кошмар! – прошептала Синдара.

- Поначалу Оракул спрятал меня в подземелье и завязал клюв верёвкой. Он тогда надолго исчез и я чуть не умерла с голоду, - поведала Файриза. – Но потом хозяин объявился вновь и разрешил мне петь. Я пела семь дней и семь ночей. Он хорошо меня кормил и поил, а потом поселил в этом дворе, у себя под боком.

- Всё сходится! – щёлкнула пальцами Шора. – Сначала Оракул похитил жар-птицу и запретил ей петь! В тот период он отправился к королю и напророчил появление Пепельной Пустоши! Оракул надолго исчезал, потому что сразу после пророчества его посадили в темницу. Но когда Пустошь расползлась по Квинтариуму, его освободили и доверили проводить свой знаменитый ритуал. Как раз семь дней и семь ночей.

- Тогда-то он развязал Файризе клюв и использовал её волшебное пение! Пустошь остановилась, а Райские Владения зацвели пышным цветом! – закончила Аквампа. Она перевела взгляд на жар-птицу. – Неужели за столько лет ты не нашла способ сбежать от хозяина?

- Эта цепь жжёт огнём при малейшей провинности, - сказала Файриза, зазвенев кандалами. – Звенья выкованы в пламени Адского Вулкана, расположенного на Неназванных Островах. На свете нет ничего, способного сокрушить эту цепь.

- Да. Это проблема, - нахмурилась Джайса. – Я слышала об этом материале. Он очень прочный.

- Всё бы ничего… Да только я теперь не одна, - Файриза взмахнула крыльями и снова обернулась девушкой. В центре гнезда оказалось… огромное яйцо! Толстая золотая скорлупа была украшена рубиновыми вкраплениями.

Принцессы ошарашенно переглянулись.

- Раз в пятьсот лет жар-птицы рождают новую жизнь, - поведала Файриза. – Это случилось и со мной. Только… яйца, появившиеся на свет в неволе, очень крепкие! Я никак не могу разбить скорлупу и извлечь малыша! Через несколько дней он погибнет!

Файриза вновь обернулась жар-птицей и издала душераздирающий вопль. Из её клюва повалил дым. Он смешался с хриплым плачем, сгустился и… превратился в трёх прахиксов!

Служебные духи закружились вокруг хозяйки. Их черные плащи развевались на ветру, а под капюшонами щёлкали клювы. Увидев горе своей хозяйки, существа взвыли и улетели прочь. Но совсем скоро вернулись! Они подсыпали в гнездо порцию рубиново-золотых украшений и снова улетели.

- Исчезните! – отгоняла духов Файриза. – Убирайтесь!

- Они пытаются её утешить! – догадалась  Шора.

Это открытие поразило принцесс до глубины души. Они новыми глазами посмотрели на прахиксов, переосмысливая грабительские налёты на людей. Картина предстала в совершенно новом свете.

- Глупенькие! Они видят, что хозяйка плачет над рубиново-золотым яйцом, и тащат ей похожие безделушки в надежде, что она утешится! – воскликнула Синдара. – Они хотят ей помочь!

Файриза всхлипнула:

- Простите, я не могу их контролировать. Они возникают из пропасти моего сердца и исчезнут только тогда, когда я успокоюсь.

- Значит, надо скорее освободить малыша! – воскликнула Джайса. – Позволите?

Она подошла к яйцу и слегка постучала по нему кулаком.

- Очень толстая скорлупа, - нахмурилась Джайса, прикидывая необходимые силы.

Она резко стукнула по яйцу. Затем сильнее. Ещё сильнее. Совсем сильно! Изо всех сил!! Яйцо даже не треснуло.

Закипая от азарта, Джайса выхватила кинжал и попробовала отковырнуть один рубин, чтобы создать предпосылку для трещины. Рубин оказался влитым намертво в золотую скорлупу.

- Попробую подсушить его. Может, скорлупа станет более хрупкой и распадётся прах? – предложила Аквампа.

Она обхватила яйцо двумя руками и попыталась применить свою иссушающую силу. Яйцо не реагировало.

- Дайте я попробую, - присоединилась Шора.

Она закрепила яйцо в корнях дерева и ударила с размаху сапогом. Яйцо осталось целехоньким.

- Я так даже квинтарские орехи лущу! – возмутилась Шора. – А они крепче любых орехов в мире!

- Ничего не поможет, - с обреченным видом наблюдала за их попытками Файриза. – Я всё перепробовала. Пыталась прожечь скорлупу огненным хвостом, долбила его клювом, один раз даже… поднялась в воздух и сбросила яйцо с высоты. Ничего не сработало. Невозможно разбить не разбиваемое!

Девушки замерли, одновременно подумав об одном и том же.

- Разбить не разбиваемое? – протянула Джайса.

Подруги уставились на Синдару. Принцесса стояла в стороне и теребила в руках жасминовый цветочек, всем сердцем сопереживая происходящему.