Кукушкины слезки

I

I

            Тесная одиночная камера. Нары, откинутые к стене, как в карцере. Тусклый свет из маленького зарешеченного окошка под самым потолком. Такая же тусклая лампочка в защитном плафоне. От пола монотонно, словно механизм, отжимается мужчина. Лязг двери вырвал из липкой тишины, паклей забившей уши. Со скрипом приоткрывается пасть «кормушки» в стальной двери.

            – Заключенный, встать!

            Мужчина не спеша поднялся.

            – Руки! – повернувшись спиной к двери, протянул руки в окошечко.

            На руках холодно защелкнулись браслеты.

            – Стать к стене! – заключенный отошел к стене напротив двери.

            Дверь открылась, за ней стоял дебелый прапорщик.

            – На выход!

            – На допрос?

            – Не разговаривать! На выход!

            Хмыкнув, мужчина вышел в обшарпанный коридор. Исшарканный тысячами ног пол, решетки, «лицом к стене», открываемые с двух сторон замки, решетки…

            – Направо, в угол. Лицом к стене, – и снова: – Стоять, лицом к стене, – открыл последнюю решетку. – Проходим.

            Прапор сдал заключенного юному младшему лейтенанту и краснолицему усатому капитану.

            – Распишитесь, – лейтенант протянул полиэтиленовый пакет с Пугачевой.

            – Что это?

            – Ваши вещи: часы, документы, бумажник, ремень и шнурки.

            – И пистолет? – усмехнулся заключенный.

            – Пистолета не было, – пожал узкими плечами лейтенант и с тоской посмотрел на старшего товарища. – Расписывайтесь.

            Мужчина распахнул пакет, бегло просмотрел вещи, достал паспорт, красное удостоверение, открыл.

            – Даже удостоверение отдаете?

            – А что с него толку? – подмигнул капитан, растянув усы в улыбке. – Вашей конторы больше нет, это никому не страшная бумажка. Забирайте и ступайте.

            – И куда мне теперь?

            – А куда хотите, Андрей Иванович, – капитан все так же улыбался. – Дело закрыто, вы теперь человек свободный… Пока…

            – Что значит пока? – серые глаза вцепились в капитана.

            – То и значит, что документов нет, денег нет, скоро опять за решеткой окажетесь, только не у нас в одиночке, а на общей зоне. Там таких, «бывших», не любят.

                – А таких как вы любят? – Андрей Иванович приблизился к усачу. – Да?

            – Ты это… того… – капитан подался назад, упершись фуражкой в стену, – а то, не ровен час….

            Дверь за спиной Андрея Ивановича словно по команде открылась и в комнату вошли двое бойцов в бронежилетах и стальных зеленых касках, с АКСУ в руках.

            – Серьезно вы подготовились, – Андрей Иванович расписался, подхватив пакет, прошел мимо автоматчиков.

            – На свободу с чистой совестью, – донеслось сзади.

            Капитан кивнул, автоматчики двинулись за бывшим заключенным. Сопровождаемый молчаливыми конвоирами дошел до проходной. Старший сержант – калмык, открыл решетку.