Кулинарные хроники гарема (великолепный век)

Глава 9 - Айва татлысы

Итак, Хюррем султан потихоньку-помаленьку осваивалась в гареме. Но мамка Сулейманова, валиде-султан, как и все свекрови, люто невзлюбила славянскую наложницу. Та и так, и этак, а свекровке больше по душе другая невестка была, Махидевран. Вот и спелись они, две змеищи, всё козни строили да планы, как со свету сжить иноземку. Хюррем давно всё просекла и ещё пуще прежнего стала ластиться к султану, одного за другим ему шехзаде подносить. А раз сынов больше – то влияния и уважения больше к персоне.

Но если валиде хотела счастя своему сыну и делала всё, чтоб султан возненавидел свою любимицу и отослал её куда подальше, то Махидевран мыслила по-другому. Хорошая Хюррем – мёртвая Хюррем. И надумала отравить мать султановых наследников! В то время сделать это было несложно, идёшь с знахарю иль лекарю какому, на лапу золотых монет сыпанул – и отрава у тебя в кармане. Так и сделала коварная Махидевран.

На тот момент у Сулеймана с Хюррем случилось рандеву. На ужин пригласил он свою лучезарную. Шекер-ага расстарался, то, сё, тут тебе и перепела, тут тебе и чорба, тут тебе и чобан салат, тут тебе и какава с чаем. А что к чаю? Конечно, десерт. У Шекера-аги айва завалялась на полке, не выбрасывать же, десерт соорудил.

Никаких трудностей, делов-то не много: айву разрезать на две половинки, снять кожуру, полить лимонным соком. Сердцевинки повыколупыть вместе с косточками. Но косточки не выбрасывать, пригодятся ещё. Кожурки тоже не выбрасывать, их надо на дно сотейника уложить. Сверху на кожурки положить половинки айвы и те самые косточки опять в серединки вложить. До айвы, чтоб она стала вся такая-растакая, повар добавил 2 палочки корицы и штук 6-8 гвоздики. Это на три айвы, чего с одной-то мудохаться. Осторожно влил воды два стакана, чтоб в середину айвы вода не попала. Закрыл крышкой и в печку до закипания. Потом сахару насыпал 2,5 стакана и забыл про айву на два часа. Что-то долговато, подумаете вы. А это для того, чтобы красота получилась от упаренной кожуры, которая даст красный оттенок айве. Косточки же вместо агара (откуда агар тогда?) для сиропа, чтоб как желе был.

Блюдечко с голубой каёмочкой достал Шекер-ага, положил айву на каждую, сиропом полил. Остыло немного – сверху на серединки каймак или мороженое, молотые орехи или фисташки. И вот только хотел Шекер-ага свиснуть калфу какую-нибудь, чтоб отнесла десерт Хюррем, а тут, откуда ни возьмись, Гюльшах-хатун, прислужница из покоев Махидевран. Хвать тарелку, говорит, сама отнесу госпоже. В коридор выскочила, из пазухи вытащила отраву да и плеснула на айву.

Надо сказать, что ядные мастера были тогда большие профи! Не успела Хюррем кусочек откусить, как у неё в животе засвербило, глаза закатились и брык она в обморок. «Лекаря, лекаря», – кричит Сулейман. Прискакала лекарка, анализы взяла, отравление диагностировала. Всякими своими зельями отпоила Хюррем.

Как водится, навесили на ненужную наложницу вину, в тёмном закутке огромного султанского сарая задушили и отправили в Босфор. А Хюррем с султаном стали дальше жить-поживать.

Не пропустите продолжение — подписывайтесь, ставьте ❤️ и держитесь за свои ложки.
Гарантирую: с каждым рецептом вы будете смеяться, слюнки текут и гаремные тайны раскрываются всё больше!