Купеческая дочь

Глава 6

До столицы добирались этаким небольшим караваном: крытый возок, в котором сидели Вера с Лушей, два возка попроще ─ один для багажа, второй для охраны. Охранники ехали верхом, но по очереди сменяли друг друга, отдыхая в возке. Ночевать остановились на почтовой станции.

Вера удивилась, что на станции пусть и было по-простому, но всё чисто, да ещё и вкусно накормили.

На второй день к вечеру добрались до столицы. Вера, осторожно отодвинув занавеску, старалась рассмотреть, что там в окне. Всё вокруг напоминало ту столицу, в которой она когда-то жила. Такие же дома, возможно, только этажей поменьше. А когда подъехали к центральной улице, где находились дома зажиточных людей, то особняки, которые Вера увидела, ни в чём не уступали тем, что она помнила.

Ей только показалось, что застройка сама менее плотная, места свободного больше. А так и улицы были вымощены брусчаткой, и даже тротуары выделены, правда, не везде.

Особняк купца Фадеева был построен в стиле ампир. Вера, которая неплохо разбиралась в архитектуре, была поражена, потому что после терема в дальнем имении никак не ожидала увидеть здание именно в таком стиле.

По фасаду дом украшал белый восьмиколонный портик, и вообще весь фасад был украшен барельефами с изображением полуголых античных мужчин и женщин. Вера никак не ожидала, что, во-первых, столица окажется больше каменной, чем деревянной, а во-вторых, что здания в центре будут такими суровыми, с военной атрибутикой.

Но внутри дома оказалось уютно, пахло пирогами и хлебом, было много света и тепла.

Встретила Веру дородная женщина, которую Илья Андреевич поприветствовал как Домну Афанасьевну. И Вера, которую Домна сразу же прижала к своей пышной груди, тоже её обняла, чем вызвала настоящее искреннее умиление.

─ Батюшка ваш скоро приедет, ─ густым грудным голосом произнесла Домна Афанасьевна, ─ к ужину обещался, немного запаздывает.

Ужинали обычно в пять или в шесть вечера, а на часах уже было около семи.

Приехал Иван Григорьевич к восьми часам, да не один. С ним вместе прибыл к ужину и жених, банкир Воробьёв Владимир Петрович.

Впечатление банкир Воробьёв произвёл… никакое. Был вежлив, всё время улыбался, что с его тонкими губами сильно напоминало змеиную улыбку.

Но Вера же не привыкла судить людей по внешности и тоже улыбалась банкиру. И, судя по реакции отца, тому это нравилось.

За ужином было вкусно по-простому: соленья, картошечка, капуста, рыба двух видов. Из мясного ─ тушёная говядина и утка, на десерт подали модный слоёный торт с мёдом.

Вера поглядывала на банкира Воробьёва. Ел он аккуратно, не чавкал, но каждый раз словно принюхивался. Ничего противного в нём Вера не заметила.

Позже, вечером, когда банкир Воробьёв откланялся, отец вызвал Веру к себе в кабинет. Внимательно посмотрел, спросил:

─ Вера, Ерёмку я прогнал. Сказал, если сунется к тебе, на каторгу упеку. Так что про прохвоста этого забудь.

Вера смотрела на ещё не старого, крепкого, но отчего-то уже почти полностью седого мужчину и слушала.

─ Мы ведь его когда прижали, ─ сказал Иван Григорьевич и снова внимательно поглядел на Веру ─ не нервничает ли? Но увидев, что дочь спокойно сидит и слушает, продолжил: ─ Выяснилось, что жил он с полюбовницей своей, а тебе, дурёхе, голову морочил. И планировали они, что как он на тебе поженится, так они с моими миллионами за границу и утекут.

Купец покачал головой:

─ Я же думал, парень из хорошей семьи, поповский сын, а оно вона как.

Развёл руками, покачал головой:

─ Сам же в дом притащил.

Потом посмотрел ещё раз на Веру, вздохнул тяжело:

─ Ты мне скажи, дочь, не было промеж вами ничего?

Вера удивлённо посмотрела на Ивана Григорьевича.

Он поджал губы, помолчал, потом махнул рукой:

─ Ладно, ежели чего и было по глупости, дам этому Воробьёву такое приданое, что он и слова сказать не посмеет. Иди, ─ и мужчина махнул рукой, подзывая Веру к себе.

Она подошла, и Иван Григорьевич поцеловал её в лоб.

─ Иди, дочь, отдыхай. Свадьбу будем играть в имении, в Малино, подарок тебе на свадьбу.

Вера поклонилась так, как поклонилась бы родному отцу:

─ Благодарю, батюшка.

─ Иди, ─ махнул рукой Иван Григорьевич.

Отчего-то Вере показалось, что был он несколько бледен, как будто неважно себя чувствовал.

***

Свадьбу сыграли, как и планировали, девятого сентября.

Платье, как оказалось, было пошито заранее, сам императорский портной шил, а десяток швей платье жемчужинами украшали.

Отец, как и обещал, подарил на свадьбу имение в Малино ─ огромный дом в три этажа, внутри отделка уральскими камнями. Когда-то это имение было выкуплено у кого-то из обедневших дворян, а теперь вот купеческой дочери досталось подарком на свадьбу.

До свадьбы Вера попыталась найти как можно больше информации про банкира Воробьёва. Удалось узнать лишь немногое. На улицу Веру одну не выпускали, всё же Илья Андреевич, с которого купец Фадеев так и не снял ответственности за дочь, полного доверия Вере так и не выказывал.