Купеческая дочь

Глава 19

Вера

«Вот и всё, ─ подумала Вера, ─ круг замкнулся».

Она только что приехала с похорон, всё так же в окружении охраны, предоставленной графом Морозовым, и подумала о том, что помимо поверенного, ей нужен ещё и законник, который сможет объяснить, какие права есть у супруга, и не явится ли он к ней в дом с исправниками ─ так здесь полицейских называли, кто в городе за порядком присматривал.

Вера была благодарна графу Морозову, но ей казались недостаточными меры, которые он предпринял. И это было нормально. Она ещё в прошлой своей жизни сталкивалась с тем, что даже лучшие и умные мужчины не всегда гибко оценивают ситуацию.

Это не хорошо, но и не плохо. Может, мужской мозг так устроен, что они напрочь не видят «кривых ходов». Именно поэтому Вера в прошлой жизни и была так успешна ─ потому что инвестировала в то, что мужчинам казалось убыточным. И сейчас она собиралась инвестировать в свою жизнь. Ей нужна была такая безопасность, чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что её можно к чему-либо принудить.

И Рощин поехал за законником.

Законником купца Фадеева оказался неприятного вида человек неопределённого возраста. Вера удивлённо посмотрела на Рощина.

«Неужели Иван Григорьевич мог иметь с ним дела?»

Оставив законника в гостиной, послала к нему слугу, чтобы тот уточнил, не желает ли господин что-то прохладительное выпить.

─ Илья Андреевич, ─ спросила Вера, выйдя из гостиной и отойдя на достаточное расстояние, чтобы их не было слышно, ─ вы уверены, что этот человек представлял юридические интересы батюшки?

Рощин вздохнул:

─ Такое дело, Вера Ивановна. Тот, с кем ваш отец работал многие годы, скончался два месяца назад. А этого законника кто-то из партнёров посоветовал.

И у Веры включилось её чутьё, интуиция, ведь банкир Воробьёв тоже был партнёром Ивана Григорьевича Фадеева. Не мог ли он этого неприятного человека присоветовать?

«Нет, ─ подумала Вера, ─ я с таким дела иметь не желаю. Даже если есть малейшее подозрение, что он как-то может быть связан с Воробьёвым, мне от него надо держаться подальше».

Вслух сказала:

─ Раз уж привезли, я с ним поговорю, но не буду ничего рассказывать. А вы, Илья Андреевич, позже спросите у поверенного, может ли он посоветовать хорошего законника.

Вера и Рощин вошли в гостиную. Неприятно поразило, что законник смаковал что-то из рюмки, явно не лимонад и не морс. И это в девять утра.

И Вера ещё больше уверилась в том, что с этим человеком что-то не так.

─ Как вас зовут? ─ спросила она.

─ Гутник, ─ слегка привстал с мягкого дивана мужчина, ─ Сергей Михайлович.

И тут же добавил:

─ Соболезнования мои, очень я уважал вашего батюшку.

─ Благодарю, ─ сказала Вера и спросила: ─ Какие дела вы вели с моим отцом?

─ Разные, барышня, ─ несколько развязно ответил законник.

Веру вывело из себя это его «барышня», и хотя она обычно себе не позволяла такого, сейчас не сдержалась. Возможно, сказалось нервное напряжение последних дней:

─ Извольте обращаться ко мне в уважительной форме, господин Гутник, ─ практически прошипела Вера, и лицо у неё сделалось жёстким, на мгновение потеряв девичью нежность, будто она в один миг стала старше.

Законник опешил, явно не ожидал такого. У него даже рука дрогнула, и содержимое бокала выплеснулось ему на брюки.

─ П-простите, В-вера Ивановна, ─ пробормотал он, продемонстрировав, что точно знает, к кому приехал на встречу.

─ Так-то лучше, ─ всё так же хмуро произнесла Вера и замолчала. Говорить с этим законником не хотелось, но вопрос был задан, а ответа не последовало.

Законник так и сидел, только теперь выпучив глаза смотрел на Веру.

«Будто карп, вытащенный на берег», ─ пришла мысль, а вслух Вера повторила:

─ Я жду.

─ Ч-чего? ─ заикаясь, спросил законник.

Вера вздохнула и заметила, что Рощин прячет улыбку, прикрывая нижнюю часть лица кулаком.

─ Ответа, господин Гутник, ─ сказала Вера нарочито устало и подумала, что если он сейчас спросит «какого», она его выгонит.

Но, видимо, у господина Гутника не всё было потеряно, в конце концов он сообразил, что от него ждут.

И перечислил несколько дел.

─ Где бумаги? ─ спросила Вера.

Гутник хотя и взглянул удивлённо, но ничего не сказал, а послушно полез в чёрный кожаный саквояж и вытащил четыре папки. Выглядело так, будто все бумаги в порядке.

Вера открыла первую папку, посмотрела. Речь шла о закупке урожая сахарной свёклы. По бумагам было видно, что сырьё поставщик не довёз в нужном состоянии, отчего денег купец Фадеев приказал выплатить только за кондиционный товар. И законник как раз подготовил все бумаги. Сумма внушительная, хотя и не заоблачная ─ сто тысяч империалов.

А вот следующая папка Вере не понравилась. Там был договор на переход её имения в собственность банкира Воробьёва, и подпись отца показалась ей странной. За эти дни она изучила столько отцовских документов, что лучше всякого графолога могла сказать, где подпись купца Фадеева, а где нет.