— Слышишь? — прошептал мальчик, зажимая ладонями уши.
Он сидел в груде мятых курток за прилавком магазина «Спорттовары». За окнами визжали сирены, и иногда это был не вой полиции, а что-то более низкое, горловое, с хрипом.
Он ждал отца. Отец сказал: «Спрячься и не высовывайся, я за тобой приду». Это было три дня назад. Или четыре. Сейчас счёт времени шёл не на часы, а на перерывы между теми звуками.
Голод скрутил живот, но он боялся вылезать из укрытия. Он смотрел на стеллаж с бейсболками. Рядом с ним висела на крючке кепка Levi's, тёмно-синяя, с красным логотипом. Он снял её с крючка, надел на голову. Козырёк почти закрывал глаза. «Прикольно», — подумал он. Вспомнил, как отец любил такие, говорил: «В ковбойской шляпе жарко, а в кепке — самое оно».
Дверь магазина со скрипом отворилась. Мальчик вжался в гору одежды. Шаги. Тяжелые, шаркающие. Не отцовские. Он затаил дыхание.
В проходе показалась фигура. Человек. Или то, что им было. Кожа серо-зелёная, глаза мутные, рот приоткрыт, и из него свисала нитка слюны. Зомби.
Мальчик хотел закричать, но вместо крика из его горла вырвался только тихий, скулящий мык. Он зажал рот ладонями, но зомби повернул голову на звук.
— Не подходи! — выдохнул мальчик.
Он вскочил и побежал к задней двери. За ней была стена. Тупик. Он обернулся. Зомби двигался медленно, но неотвратимо. Шаги становились громче. Мальчик прижался спиной к холодному бетону, сжимая в руках кепку. Он слышал, как колотится его собственное сердце, и понимал, что это конец.
Зомби протянул руки. Мальчик зажмурился.
А потом. Тишина. Он открыл глаза. Зомби стоял перед ним, застыв, и смотрел на него. Вернее, на кепку в его руках. Мускулы лица дернулись, из горла вырвался долгий, низкий мык. Не агрессивный, а скорее… тоскливый.
Мальчик не понимал, что происходит. Он поднял кепку, словно защищаясь:
— Хочешь?
И медленно, дрожащей рукой, надел кепку на голову зомби. Та села чуть криво, но на удивление хорошо.
Зомби посмотрел на свои руки, словно впервые их видел. Потом повернулся и, шаркая, поковылял обратно к выходу. У двери он остановился, и ещё раз издал тот мык — почти музыкальный, с паузой.
Мальчик рухнул на колени, всхлипывая. Он ещё не знал, что его укус уже начал действовать. И что эта самая кепка через много лет станет единственной причиной, по которой его не убьют.
Он выжил. Но перестал быть собой.
Отредактировано: 20.06.2026