Курс некромантии для продолжающих

Глава 5

В понедельник утром меня опять разбудил стук в дверь. Я открыл, уже догадываясь, кто ко мне пришел в такую рань.

– Я принес, – Альва с порога мне сунул под нос бумажный пакет, из которого торчала палка колбасы и колючая верхушка ананаса. Серьезно парень к вопросу подошел.

– Проходи, горе луковое…

Он, в горчичного цвета брюках и верхе расцветки “зеленый леопард” действительно походил на луковицу. Под рукой он держал шляпу-горшок такого же горчичного цвета. Ну хоть снять в помещении догадался.

– Делай кофе, и сейчас пойдем к Оливии, – сказал я, направляясь в ванную.

– Хорошо.

Ну хоть не “угу”…

Заявившись с кружками к Роса, мы принялись раскладывать добычу Альвы. Кроме колбасы и ананаса в пакете оказались:

- смятая ананасом упаковка заварных пирожных (“Мои любимые!” – тут же кинулась их открывать Лилиан);

- пакетик кислых мармеладок;

- коробка ржаных сухарей с луком;

- упаковка сливочного масла (“Отлично, у нас как раз заканчивается”, – оценила Оливия);

- банка паштета;

- треугольник сыра;

- три бруска мыла разных цветов.

– Это я случайно взял, – сказал Альва, – Но потом решил – пусть уж будет.

Мы с аппетитом принялись завтракать. Пирожные оказались очень даже ничего.

– Спасибо, – в конце поблагодарил за еду Альва, хотя мы ели только то, что он сам принес.

– Пожалуйста, – не поведя бровью, ответила Оливия.

– Слушайте, он какой-то странный, – шепотом сказала Лилиан, когда тот отошел в ванную смыть с рук сливочное масло.

– Это ты его в самом начале не видела, – также шепотом ответил я.

– Идемте уже, – в полный голос сказал Сиги, дожевывая бутерброд. – А то опоздаем на историю.

Мы, дождавшись Альву (который, кажется, решил испробовать сразу все три вида мыла), пошли на занятие. По дороге он от нас отстал, вяло махнув рукой, и пошел своим путем. Его горчичный котелок, который он все-таки на себя нацепил, парил над головами других студентов, как одинокая лодочка в бескрайнем пустынном океане.

– Грустный он, – посмотрела ему вслед Лилиан. – Знаете, я даже не видела, чтобы он общался с кем-то в Университете, кроме нас.

– Еще бы, – ответила Эдди. – Сама же сказала – он странный, а таких сторонятся. Странные люди могут общаться только с себе подобными.

– А мне он нравится! – воспротивилась Оливия.

– Это потому что ты тоже странная. Ты что, не слышала меня? Мы все – странная компания.

На этой философской ноте мы зашли в аудиторию.

Мало-помалу мы входили в привычный режим учебы, словно и не было никаких каникул. Ну, вернее, у меня их как раз и не было, но вряд ли это могло послужить мне утешением. Три урока прошли незаметно, даже древняя литература (мы наконец-то оставили век поэзии и баллад и перешли к твердой прозе, чему я был несказанно рад).

Штейн продолжал изголяться и придумывать нам групповые практические задания. В этот раз он разделил нас на шесть команд так, чтобы в каждой был кто-то из нашей шестерки (я все-таки оказался с де Баррой, который хмуро на меня смотрел все занятие, но также молчал), и велел обучить сокомандников простому кругу на защиту от духа. На столе его стояла коробка с мелом и наводила на мысли, что профессор подготовил нам какой-то сюрприз. И точно – только все худо-бедно разучили обережный знак, он призвал какого-то безобидного, но очень любвеобильного духа, который норовил со всеми обняться. Далее профессор вызывал каждого ученика по одному к доске, и в итоге все попрактиковались в черчении круга. Дух, натыкаясь на защитный барьер, каждый раз очень огорчался и начинал плакать, выть и летать по классу, в расстройстве сбрасывая со столов учебники. Ужасно.

После занятий мы привычно пошли в библиотеку – в дальнем конце читального зала я заметил Альву, который кружил среди стеллажей неподалеку от его одногруппников, также занимавшихся домашним заданием. Они не обращали на него никакого внимания, как, впрочем, и он на них. Я хотел было подозвать его и предложить присоединиться к нам, но, схватив будто бы случайную книгу с полки, он ушел.

На полуночном занятии по оккультизму (тема: “Идея реинкарнации в верованиях народа Затонувшего Города” – сама по себе странная идея для лекции, поскольку существование самого Затонувшего Города также было под большим вопросом, но кто бы говорил) я чуть не уснул, но Айвон успел меня растолкать до того, как Грегсон, заметивший мое состояние, подкрался ко мне с ритуальным там-тамом, чтобы напугать меня. Любил он такие вот методы побудки для сонных учеников. Пару раз я действительно перепугался, представив, что на меня идет орда туземцев тан-мо, и потом, вернувшись в общежитие после занятия, полночи глаз сомкнуть не мог. Чтобы чем-то себя развлечь, мне пришлось по второму кругу перечитывать “Убийство в отеле «Лунный лев»” Озиаса, от которого я опять давился хохотом, из-за чего спать вообще расхотелось.

Альва продолжал через раз с нами завтракать и исправно приносил съестное (и не только его, так, к примеру, однажды он принес нам цветочный горшок, пустой, а в следующий раз песочные часы, так что я даже начал думать, не было ли в этом какого-то зашифрованного послания – это было тем более странно, потому что в этот момент я как раз писал эссе по травоведению о методах использования одного растения из класса папоротниковых, которое так и называлось “песочные часы”).