Курс некромантии для продвинутых

Глава 3

Среда пока так и оставалась днем для самостоятельного обучения, но год только начался и преподаватели пока не успели загрузить нас домашним заданием. Я вяло собирался, прислушиваясь к голосам и шагам за дверью. Меня тянуло обратно к кровати, но я знал, что если проваляюсь весь день, потом буду корить себя за бездарно потраченное время.

У Роса я застал только Оливию, домывающую чашки со вчерашнего ужина.

– Вот, помоги, – сказала она, протягивая мне полотенце. – Сигизмунд пошел заводить “жука”, но что-то я подозреваю, сегодня мы останемся без него.

Эдди еще не было (обычно в выходные дни раньше полудня она не появлялась), Айвон весь день собирался провести с Грегсоном, за сортировкой экспонатов к выставке Пустоты. Лилиан и Альва обещались быть к завтраку, но пока еще не было и их.

Мы планировали навестить наш “миленький уютный морг”, то есть агентство “Прах к праху”, которое все каникулы простаивало без дела. Кажется, даже непоседливые призраки решили уважить дух нового года, и временно затаились. Я в тайне надеялся, что так будет и дальше – Штейн продолжал исправно выплачивать нам зарплату, хоть я и понятия не имел, откуда он брал деньги. По моим прикидкам агентство едва ли приносило прибыль, но задавать вопросы я не торопился. Платит и платит, а остальное меня не касалось.

Я притащил сразу весь кофейник и с огорчением узнал, что молоко закончилось еще вчера. Пришлось компенсировать его нехватку убойной дозой сахара. Лилиан принесла к завтраку яйца в смятку и тосты (уже остывшие, но по-прежнему хрустящие), Альва – пачку соленого творога и то, что скайденцы именовали “сливовым сыром” (по факту – кусок мармелада такой плотности, что его разве что топором рубить можно было), который мы наловчились строгать овощерезкой на тонкие пластинки – с творогом оказалось самое то.

Я прихлебывал кофе, от сладости которого у меня ныли зубы, когда в комнату ворвался Сиги.

– Завел! – победно выкрикнул он. – Давайте скорее, пока он не передумал.

Мы побросали чашки и тарелки и, на бегу одеваясь, помчались вниз.

“Жук” поджидал нас, тарахтя и чадя из-под капота клубами черного дыма.

– А… это нормально? – на всякий случай спросила Лилиан.

– Абсолютно! – заверил ее Сиги, открывая заднюю дверцу. – Только надо пошевеливаться, сказал же…

Я через стекло заглянул внутрь салона – крышка приборной панели в некоторых местах отходила, из щели торчали провода и обмотанные красными нитями веточки с нанизанными на них бусинами, похожими на ягоды брусники. Складывалось впечатление, будто “жук” изнутри вдруг решил прорасти кустарником.

– Только не говори, что ты пытался починить его с помощью амулетов и магии, – попросил я.

– Хорошо, не буду, – покладисто согласился он, жуя на ходу тост с творогом.

Если в мире существуют боги автомобилей, они за такое святотатство точно нас проклянут.

Город тянулся вдоль дороги, выцветший и размытый в утренних сумерках, как старая гравюра. Шпили пронизывали низкое небо, скамейки и водосливы поблескивали коркой скопившегося за ночь инея. Подтаявший снег струйками сбегал по лобовому стеклу, искажая очертания домов. “Жук” рычал и вонял горелыми проводами, Сиги от сухомятки начал икать, мы сидели, притихшие, боясь лишний раз шевельнуться. Честное слово, если сегодня мы вернемся в целости и сохранности, я поменяю тему диплома и напишу доклад, опровергающий теорию несовместимости магии и технологий.

Морг встретил нас тишиной и запахом полироли для мебели. В прихожей в углу стоял забытый кем-то из посетителей зонт-трость, на столе лежала синяя папка, куда Лилиан аккуратно складывала все документы, и вазочка с леденцами в ярких хрустящих обертках. Дверь в “гримерку” (так мы называли комнату для бальзамирования и подготовки тела к погребению – туда кроме Альвы никто не заходил) была чуть приоткрыта, из щели тянулась полоса серого уличного света.

Мы принялись за уборку – скорее, чисто символическую. Открыли окна на проветривание, Лилиан взялась пересматривать счета от клиентов, сверяясь с записями и откладывая те, о которых надо было напомнить. Штейн все грезил идеей ввести предоплату, но пока что наше агентство еще не заслужило такую репутацию. Я прошелся с тряпкой по подоконникам и открытым полкам, прислушиваясь, как в соседней комнате Альва гремит хирургическими инструментами. Оливия крутила вазон с сухоцветами у входа, пытаясь повернуть его так, чтобы он не выглядел, как хвост ощипанной курицы.

– Надо что-то другое придумать, – ворчала она. – Хоть пальму какую-то поставить…

– С нашим везением тут только кактус выживет, – заметил я.

За последний год мы уже убедились, что бывшее здание морга питало какую-то особую нелюбовь к живым цветам. Букеты начинали увядать уже на следующий день, земля в горшках высыхала и трескалась, растения, даже самые стойкие, сохли и покрывались подозрительными белыми пятнами. Штейн первое время настаивал на том, чтобы мы включили в наш прайс флористические услуги, но после нескольких попыток (и пары десятков загубленных венков), пришлось отказаться от этой идеи и войти в тайный коммерческий сговор с цветочной лавкой через дорогу от морга.

Зазвонил телефон.

– Агентство “Прах к праху” слушает, – тут же откликнулась Лилиан, сидящая за столом. – Экзорцизм, призывы, по…