Курс некромантии для продвинутых

Глава 39

– Сильва! – было первым что я услышал.

Штейн тряс меня за шиворот, будто хотел вытряхнуть из меня саму душу. Ну или как минимум сегодняшний завтрак. Я думал, следующее что он скажет: “Слава богам, вы живы”, но вместо этого прозвучало:

– Какого демона вы натворили! Вы уничтожили мой перстень! Я с вас три шкуры спущу!

Вот она, благодарность!

Я нехотя приоткрыл один глаз. Боль в груди постепенно утихала, тело наливалось свинцовой тяжестью. Я бы провалялся остаток дня здесь, на мерзлой земле, не смотря на вонь гари и тухлятины. Взгляд наткнулся на пылающие яростью бледно-голубые глаза, фосфоресцирующие в сумерках.

– Вы говорили, что Око только усиливает ваши способности, – слабо промямлил я в свое оправдание. – А так ваша некромантия врожденная.

Понимаю, слабый аргумент. Но не говорить же, что в тот момент я вообще ни о чем не думал. Будь под рукой и сандалия Мейра, я бы кинул и ее.

Профессор с отвращением посмотрел на меня, как на безнадежного тупицу, и отпустил ворот моей рубашки. Я ойкнул, когда затылок стукнулся о твердую землю.

– Ну… – я приподнялся на локте, потирая ушиб. – У нас получилось, так?

По крайней мере, я все еще жив.

– Получилось, Сильва, – процедил Штейн, поднимаясь на ноги. Мне руку помощи он не предложил, и я со стоном встал самостоятельно. – Получилось… в какой-то степени.

Я огляделся.

– Наверное, теперь придется придумать другое название, – пробормотал я. – Зеленый Сад уже не очень-то… зеленый.

Да и на сад, если уж на то пошло, кладбище уже не очень было похоже. Мы с профессором стояли посреди островка земли, медленно парящего посреди чернильной пустоты, а вокруг нас дрейфовали другие куски суши – последствия нашей потасовки с демоном. Клочья почвы парили на разной высоте, медленно вращаясь, будто выбирали, упасть им вниз или взмыть в небо. Да, небо было на месте, вместе с облаками, мутной луной, и что там еще должно быть наверху – и тем страннее было наблюдать развернувшуюся передо мной картину. Надгробия торчали из земли под странными углами, некоторые – вверх тормашками, в то время как вверх прорастали обнаженные корни трав и деревьев. Но тьма, окружавшая нас, не была абсолютной. Между кусками земли, связывая и удерживая их, тянулись тонкие серебристые нити.

– Пространственная декогезия, – пояснил профессор, пока я завороженно наблюдал за проплывающей мимо меня мраморной головой плачущего ангела. – Еще легко отделались.

Я вздрогнул, представив, что мог тоже вот так плавать в пустоте, разорванный на кусочки, ударяясь о встреченные на пути обломки суши и надгробия.

– Не переживайте, – профессор, истолковав мое выражение лица по-своему, похлопал меня по плечу. – Это место исцелится. Со временем.

Да, история склонна к самоповторениям. Вот и еще одно развороченное скайденское кладбище, нашими со Штейном усилиями.

– Ну, а выбираться как будем?

Профессор пожал плечами и присел на корточки, глядя с обрыва вниз.

– Пешком, Сильва.

И зачем только я спрашивал?..

Так, прыжками и ползком, с одного клочка земли до другого, мы продвигались… куда-то. Постепенно я убедился, что, чем дальше мы отходили от эпицентра взрыва, тем кучнее были и клочки почвы. Декогезия затронула не все кладбище, и вот мы уже ступили на участок суши, который нигде не обрывал, не крутился и бултыхался посреди тьмы, как всплывший кверху брюхом кит.

– Фух, наконец-то!

Я встал, уперев руки в колени, пытаясь отдышаться. Скалолазание без специальных инструментов никогда не было моей сильной стороной, не говоря уж о том, чтобы ползать в густых сумерках, каждое мгновение ожидая, что твоя нога может вместо почвы нащупать только пустоту.

– Вон они! – раздался впереди радостный восклик, и вот мои приятели, в компании парочки других одногруппников уже спешили к нам.

– Ух, ну вы там устроили! – почти с восторгом заявила Эдди, подскакивая ко мне. – Мы и не поняли сразу, вдруг как грохнуло, и жахнуло, и!.. Ой…

Она замерла с широко распахнутыми глазами, глядя мне за спину.

– Да, да, – ответил я прежде, чем она завалила меня вопросами. – Давайте уже просто уйдем отсюда, а потом уже будем разговоры разговаривать.

– Здравая мысль, Сильва, – кивнул Штейн. – Мне тоже не терпится убраться отсюда поскорее.

Меня все еще пошатывало, не то от потрясения, не то потому что земля под ногами вдруг стала раскисшей, как в оттепель. Будто нечто, сковывающее кладбище посреди летней зелени, пусть и припорошенной инеем, немного ослабило хватку и время наверстывало ход.

Еще издали, у ворот кладбища, я увидел привычную теперь картину. Мигалки, целители, суетливо запихивающие внутрь автомобилей прочих наших однокурсников, леди Мэтьюс в сторонке, с Айвоном, что-то обсуждающие с серьезным видом. Я помахал рукой знакомому рыжебородому целителю, он салютовал мне в ответ.

– Старый приятель, – пояснил я в ответ на быстрый взгляд Штейна, и, не удержавшись, добавил. – Подумываю наняться к ним на работу, в водители.