Кутюрье ее величества

Глава 4. Приезд сестры и брата.

Спустя месяц приехала Софья. Это были ее каникулы, после которых мы уже вдвоем должны были ехать в гимназию, где мне предстояло пополнить ряды гимназисток.

Я жила рядом с комнатой моей сестры, точнее наши комнаты выходили в общую игровую. Так как Софья была гораздо старше меня и рано отправилась в гимназию, то ее комната большей частью пустовала. Сейчас и я уже подросла достаточно, чтобы поговорить с Софьей по душам. Раньше, в силу нашей разницы в возрасте, это было затруднительно.

Я почти не спала в ту ночь на пятницу. На рассвете уже была на ногах и собрана. Лишь услышав стук колес нашего экипажа, я молнией сбежала вниз к парадной двери.

Да… Это была Софья. Она была красива: светлые волосы, белая кожа и длинная лебединая шея. Она была похожа на свою мать, я видела ее карточку. Для меня она всегда была красавицей! Но, сейчас она выглядела более … измученной… что ли. Возможно, я полагала, из-за учебы и постоянных изнурительных тренировок танцами.

Я бросилась к ней на шею. Она с нежностью обняла меня:

- Сестренка, как ты выросла?! Это невероятно!

Я еще крепче прижалась к ней. Было странно, что через платье я чувствовала ее худобу.

Потом Софья подошла и обняла нашу маменьку. Они всегда могли понимать друг друга и общаться только взглядами. Только с помощью долгих наблюдений в детстве и в силу возраста, я лишь немного понимала темы их «разговоров». Но… сейчас сестра посмотрела на маман таким взглядом, который выражал одновременно вселенскую боль и что-то новое, жутковатое.

Маменька была озадачена и даже ответила вслух:

- После…Ты устала с дороги. Пройдем в дом. Я распорядилась накрыть праздничный стол.

- Да, сестренка, там такие пироги…Все пальчики оближешь. Пойдем скорее в твою комнату, - я схватила ее за руку и потащила в дом. Она даже не сопротивлялась, или я этого не почувствовала?

- Все на своих местах, - все щебетала я, - ты должна мне все-все рассказать!

Она помедлила с ответом:

- Конечно, дорогая.

Мило улыбнувшись, Софья поцеловала меня в щеку и пошла в уборную. А я осталась ждать в нашей общей игровой-гостиной, наблюдая за ее грациозной фигурой, которая величественно прошла в свои «владения».

Ждала я ее около получаса. Софья выплыла из комнаты, как королева. Я аж застыла. Далее улыбаясь, она взяла меня за руку, и мы вместе спустились в столовую. Она даже, как мне показалось, стала веселее.

По дороге я успела рассказать ей о наших изменениях в красках: и о папеньке, и о маминой инициативе, которая помогла нам практически вылезти из лап кредиторов, и даже приумножить капиталы.

Софья дивилась моим словам, но когда мы вошли в столовую, то она точно убедилась в правдивости моих речей. Папенька сидел по левую руку от маман, а она «возглавила» стол. Приехал и Иосиф. Он радостно нас приветствовал. Я даже завизжала от переполняемой радости. Маменька лишь улыбалась.

- И ты позволяешь ей так себя вести, - кручинился отец.

- Пусть еще насладиться детством. Скоро она познает переход во взрослую жизнь с ее несправедливостью, подлостью, завистью. Ее душа светлая…Софья тоже была такой.

- Не пристало девкам так себя вести… - но он не закончил, утих под тяжелым взглядом матери.

Я была так рада, что не придала должного внимания их словам.

За трапезой я заметила, как Софья смотрела на все такими голодными глазами, что мне стало страшно за всех окружающих.

- Софья, доченька, откусывай маленькими кусочками. Каждый раз увеличивай порцию. Все хорошо! Не торопись! Ты дома! Я понимаю тебя, как никто…

- Да, маменька, я знаю это… - она посмотрела на маман с невероятной теплотой во взгляде.

После трапезы за чаем, маман пригласила Софью, Иосифа и меня в кабинет:

- Дети, после десерта я жду вас у себя в кабинете. Нам многое нужно обговорить.

Мы дружно кивнули. Папенька только фыркнул в ответ:

- А с моим отцовским мнением уже никто и не считается!

- А оно когда-то имело место? – маман только бровью повела, - если дети сами захотят, то пообщаются с тобой и спросят отцовского совета. Правда?

- Возможно, - сухо и с насмешкой ответил Иосиф.

Что-то меня не вдохновляла прелюдия… Чуяло мое сердечко что-то неладное…