Кутюрье ее величества

Глава 17. Отъезд все ближе.

Чем ближе дата отъезда, тем нервознее я становилась. Как начинала думать о будущем, так и появлялось чувство, словно порошки пересыпались сверху куда-то вниз.

Я уже неплохо говорила на французском, все домашние, для моей практики, старались тоже говорить со мной исключительно на французском.

И вот осталась одна неделя...Заканчивалась весна и начиналось лето. Маменька и Софья подбирали мне гардероб: повседневные платья, белье и канцелярские принадлежности, а также швейный набор, состоящий из серебрянных игл и портновских ножниц, пялец, и другой мелочи.

К концу недели состоялся торжественный ужин по случаю моего отъезда, и на утро маменька и Йосиф повезли меня в дом дядюшки, в Киев. Именно с его супругой я и направлялась в Париж.

Волновалась я страшно, но это было и приятное волнение, и тревога, вообщем я и сама уже не понимала весь этот каламбур, творившийся у меня в душе.

Из Полтавы в Киев мы ехали на поезде. Даже папенька вызвался сопровождать. Больше всего он наслаждался именно данной ситуацией, чем мною, но все равно мне было приятно ехать вместе с родителями и братом.

Их отношения значительно потеплели за последнее время, и всем детям стало спокойнее.

Только к вечеру мы прибыли на вокзал в Киев, где нас ждал дядюшка со своим роскошным экипажем.

Маменька рассказывала, что он руководит каким-то предприятием. Видно, насколько он статный и суровый. Но я так устала, что хотела быстрее добраться до кровати или чего-то подобного.

Даже не замечала улиц или домов вечернего города...просто уснула в экипаже. Разбудили меня и отвели в ...квартиру. Решила все вопросы оставить на завтра, быстро разделась и уснула.

Проснулась я довольно поздно, так как я слышала приглушенные голоса, которые доносились до моего слуха. С трудом разлепив глаза, я осмотрелась: комната была светлой, на окнах занавески, стол-бюро и стул, шкаф и кровать, на которой я лежала. Вот и вся мебель, но весьма дорогая с темного дерева. Дядюшка заплатил большие деньги когда-то за такой гарнитур. У нас в усадьбе было все намного скромнее. Что ж, пора вставать.

Я быстро умылась с помощью кувшина и таза, но уборной не было, причесалась, поправила платье. Кстати, я в нем и спала. Все...открыла дверь!

Оказалось, что дверь моей спальни вела в гостинную, совмещенную со столовой. За столом сидели мама с братом, а также дядюшка, по правую руку от него сидела его супруга, а по левую две дочери.

Взоры всех сидящих были обращены ко мне, что меня сильно смутило. Еще мне хотелось в уборную, но я смогла лишь вымолвить:

-Доброе утро! Простите, я проспала.

-Все в порядке, дитя! Позволь, я тебе проведу тебя по дому и все покажу, - подошла ко мне супруга дядюшки.

-Для начала, дорогая, представь нас, - пробасил дядюшка.

-Предлагаю это сделать, когда мы вернемся за стол.

Она мне подмигнула, и я была ей несказанно благодарна, так как подробное знакомство с новыми членами семьи я бы уже не выдержала.

Меня быстренько повели по длинному коридору к двери в конце, рядом с кухней, как мне показалось.

- Так, Анна, это уборная. Полагаю, что тебе сейчас нужно привести себя в порядок. Платье я принесу. Знаешь, как включать кран?

Я отрицательно помахала головой, а тетушка спокойно все показывала и рассказывала:

- Вот этот кран горячий, а этот холодный. Давай я тебе сделаю комфортную температуру. Так подходит? - я кивнула, - Отлично! Вот тут мыло для тела и средство для мытья волос, а полотенце свежее здесь, - она показала на этажерку, где аккуратно лежали чистые белые полотенца.

Затем она тактично вышла и закрыла за собой дверь. Тем временем от струи воды уже шёл такой желанный пар, поэтому я быстро разделась и села в ванную. Взяла лейку, с которой и текла под напором вода, и начала быстро мыть тело и волосы. Справилась я быстро. Вышла из бадьи-ванной и накинула на себя полотенце, как плащ. В нашей усадьбе такой роскоши, как тётушка назвала "душ", не было. Правда, в каждой комнате имелась ниша, где стоял умывальник и кувшин с водой. Естественно, уборная полноценная была лишь в маменькиной комнате, где она частенько купала нас, своих детей. Эту уборную она делила с папенькой, но с некоторых пор забрала себе полностью. Папеньке лишь оставалось поворчать и выбрать самую "привлекательную" ночную вазу.

Мокрые волосы интенсивно сушила полотенцем. В дверь постучали и зашла горничная. Мне такое было диковато. Но я приняла ее помощь: она быстро просушивала волосы странной машиной, которая гнала струи ветра через трубку, затем уложила их в причудливую прическу, а после помогла с платьем.

Оказалось, что к завтраку я вышла через минут двадцать или тридцать, но все еще сидели за круглым столом и неспеша пили чай.

-Что ж, Анна, - строго сказал мой дядя, - давайте знакомиться.

-Погоди, дорогой, - опять вмешалась его супруга, - позволь барышне позавтракать сначала. Гляди, как напугал ее.

А эта женщина мне определенно начинает нравится.