Кутюрье ее величества

Глава 19. Новая страница моей жизни.

Видно было, что горничная из простых, но весьма способная. Ей недоставало определенной выдержки, но энергичности и силы было не занимать. Также ясно было из ее живых глаз, насколько она смышленая, но это мне предстояло выяснить позднее.

-Так, Анна Григорьевна, я не прислуга и ею николы не була. Вольна я, казачка, родилась на Кубани. Мой отец служив у Вашего дiда с моими братьями. А я с мамкой и зосталась тут, контролировать земли и хозяйство. Тому высокомерие не потерплю, це ясно?

Я устало села на кровать, а она продолжила:

-Не бийся, усэ буде добре. Я за тебе буду, як за свое дитя. Тилько мени тебе и довирыли.

Она обняла меня, а я почувствовала от нее запах выпечки и огромного душевного тепла, что с радостью обняла в ответ и сама расплакалась.

-Ну чого це ты? Усе добре буде. Так, ты сыльна. Плач, но тилько так, щоб никто не бачив, ясно?

Я уже вытерала слёзы и её смешной акцент добавлял определенного шарма ей и всей ситуации в целом.

Итак, мы приступили к сборам.

Ее энергичности можно было только позавидовать: за час все было собрано, одежда для путешествия отложена...я, точнее мы были готовы.

Я успела зауважать эту женщину, а она, как квочка, суетилась вокруг меня.

Утром мы уже должны были сесть на поезд.

Весь вечер маменька и Софья провели со мной. Я чувствовала, что они переживали и не могли никак наглядеться на меня. Особенно маман. Говорили обо всем и не о чем, так мы и уснули все в одной постели.

Рано утром меня уже будили и быстро собирали в путь. Благодаря моей новой компаньонке или нянюшке, я облачилась в подготовленный ею заранее наряд и была готова уже через пятнадцать минут. Раньше всех я была в столовой и, глядя из окна, любовалась суетой города. Туда-сюда бегали повозки, торопились люди.

-Похвально, Анна! Будет с тебя толк, - сказал дядюшка, войдя вместе с Йосифом, который мне подмигнул, - садись. Начнем завтракать, сегодня дело не ждет.

Мы приступили к еде, остальные быстро присоединились к нам. Все ели напряженно, волнение так и витало в воздухе.

После мы отправились на вокзал. Дядюшка имел свой городской экипаж, довольно просторный, чтобы уместить маменьку, нянюшку, супругу дядюшки, его самого и меня. С Софьей и Йосифом мы простились у экипажа. Софья плакала, а брат обнял и сказал:

-Сестрёнка, у тебя все получится. Слушай свое сердце и не ломай его в угоду кому-то. Мы всегда будем с тобой и за тебя.

Слёзы уже ручьём текли по моим щекам, но я их поцеловала и села в экипаж. На вокзале я уже не могла говорить от подкатившего кома к горлу, и маменька, сдерживая слёзы сказала, обнимая:

-Следуй за мечтой, если что - у тебя есть семья и дом, где тебе рады всегда.

Потом она резко отошла от меня и пошла к экипажу, ее брат кивнул мне и нянюшке, поцеловал жену и пошёл вслед за маман.

Наши вещи уложил возничий в купе и также отбыл за господином, а мы сели в вагон.

Итак, путешествие началось. Мне было одновременно и грустно и волнительно от предстоящих неизвестных событий.