Кузнец в юбке. 2.

Глава. 1. Артефакты или бытовая техника.

Первый год на артефакторском факультете подходил к концу, и вместе с ним подступали экзамены. Студенты нервничали, зубрили формулы, перебирали заготовки для практических работ, ночами сидели в мастерских. Я тоже сидела — но не зубрила, а ковала. Экзамен по артефакторике состоял из двух частей. Сначала теория: магические сплавы, принципы вложения заклинаний, структура артефактов, техника безопасности. Я вызубрила всё за месяц до срока и сдала письменный экзамен за полтора часа. Декан, проверяя мою работу, хмыкнул и спросил: «Берта, вы уверены, что не подглядывали?» — «Уверена», — ответила я. Он хмыкнул ещё раз и поставил высший балл. Потом началась практическая часть. Каждый студент должен был представить комиссии три артефакта. Три работающих, полезных, желательно оригинальных. Можно было принести меч с самозаточкой, можно — щит с усиленной защитой, можно — амулет, отводящий стрелы. Большинство так и делало. Мечи, щиты, амулеты. Оружие и защита. Война и битва. Я смотрела на это и думала: «Господи, они опять про войну. Как будто мирная жизнь не нуждается в артефактах». А потом встала и пошла к своему столу, на котором стояли три вещи, совершенно не похожие на оружие. Первым был чайник. Обычный, железный, с деревянной ручкой и круглым пузатым боком. Я налила в него воду из графина прямо перед комиссией и поставила на стол. Никакого огня. Чайник загудел, через пару минут засвистел — и затих. Тишина в аудитории стояла такая, что было слышно, как у профессора урчит в животе. Декан нахмурился: «Он что, сломался?» — «Нет, — говорю, — он просто вскипятил воду и выключился». Декан потрогал чайник, отдёрнул руку, подул на пальцы и сказал: «Это... это удобно». Я чуть не фыркнула. «Удобно». Пожилой профессор спросил: «А зачем это? Маги могут нагреть воду заклинанием». Я ответила: «А если вы не маг? Если вы простая кухарка? Или крестьянин? Или солдат в походе, у которого нет своего мага?» Он задумался. Видно было, что эта мысль никогда не приходила ему в голову. Маги думают о магах. О простых людях они не думают. А я — думаю. Потому что сама была простым человеком. И знаю, каково это — таскать дрова и ждать, пока вода согреется. Вторым номером шла духовка. Маленькая, на один противень, с регулятором температуры и плотной дверцей. Я испекла в ней хлеб прямо перед комиссией. Без дров, без угля, без магии огня. Просто выставила температуру и закрыла дверцу. Через полчаса по аудитории поплыл запах свежей выпечки. Самый голодный профессор не выдержал, отломил кусок, прожевал и заявил: «Если вы не получите высший балл, я уйду из Академии и открою пекарню». Ему никто не возразил. Третий артефакт — водонагреватель. Бак с водой и нагревательным элементом. Открываешь кран — течёт горячая вода. Профессора переглянулись. Один спросил: «А это для кого? Маги могут нагреть воду, а простые люди...» — и осёкся. До него начало доходить. «Простые люди, — сказала я, — моются в холодной воде. Стирают в холодной воде. Зимой. В проруби. А с этим баком у них будет горячая вода. Всегда. Без мага. Без дров». Он замолчал. И записал что-то в блокнот.Они не понимали. Они жили в мире магии и не задумывались о бытовой технике. Маги нагревали воду щелчком пальцев и не думали о тех, кто магией не владеет. Простые люди жили по старинке: дрова, уголь, открытый огонь, холодная вода в реке. И никому — никому! — не приходило в голову, что можно сделать вещь, которая греет воду сама. Без мага. Без дров. Без огня. Я стояла перед комиссией и смотрела, как до них медленно доходит. На лицах читалось: «Почему мы сами до этого не додумались?» А я не знала, что ответить. Может, потому что я из другого мира. Может, потому что я знаю, что такое чайник с автоотключением. А может, просто потому что я баба и привыкла думать о быте. Экзамен я сдала. С отличием. Декан пожал мне руку и сказал: «Берта, ваши идеи... они странные. Но они работают. И они для людей. Для всех людей, не только для магов. Это ценно. Продолжайте». А потом был список распределения на практику. Толпа студентов гудела у доски объявлений, все вытягивали шеи, искали свои фамилии. Я пробилась поближе и нашла себя. «Берта, факультет артефакторики, первый курс. Место практики: южное направление. Подробности — в дополнительном письме, которое надлежит вскрыть в пути». Я перечитала дважды. Южное направление. Куда именно — неизвестно. Скажут в письме, которое я должна вскрыть уже в дороге. Интересно. Либо это секретность, либо проверка — посмотреть, как я реагирую на неизвестность. Я усмехнулась. Реагирую нормально. Я за свою жизнь столько раз ездила в неизвестность, что уже привыкла. Я вернулась в свой коттедж, села на порог и посмотрела на реку. Чайник, духовка, водонагреватель. Три простые вещи, которые в моём мире есть в каждом доме. А здесь — революция. Я усмехнулась. Если они так реагируют на чайник, что будет, когда я сделаю пылесос? Или стиральную машину? Или тёплый пол? Я представила лицо декана, увидевшего тёплый пол, и рассмеялась в голос. Впереди была практика. Юг. Письмо, которое нужно вскрыть в пути. Три месяца. И куча идей, которые я ещё не реализовала. Ну, держитесь, южные земли. Вера Афанасьевна едет. С чайником, с духовкой и с полной готовностью сделать вашу жизнь удобной. Даже если вы пока не знаете, что это значит. Скоро узнаете. Очень скоро.