Кузовной ремонт для разбитого сердца

Пролог, в котором все только начинается

- Сволочь он, Догин. Редкостная, трусливая, первостатейная сволочь.

Гарик вздрогнул от неожиданности и чуть не выронил тяжеленный гаечный ключ, со всей дури ударившись рукой о раму машины. Металл жалобно звякнул. Он резко обернулся, потирая ушибленные пальцы.

Из динамика на верстаке тихо, фоном мурлыкал старый рок, а в паре шагов от него стояла Мальвина. Игорь даже не слышал, как открылась створка бокса. Ви проскользнула абсолютно бесшумно - как рыжая тень. Или как спецназовец на боевом задании. Учитывая ее боевой настрой, второй вариант был ближе к истине.

Сегодня девушка выглядела как ходячий экстремальный вызов: камуфляжные штаны, плотная зеленая футболка, фирменный огненно-рыжий хвост был стянут резинкой цвета хаки. Тактический шик.

Вот только лицо ее было мрачнее грозовой тучи. Она стояла у верстака, скрестив руки на груди, и от нее веяло такой тяжкой безысходностью, что хоть спасательный круг бросай. Или шоколадку.

- Привет. И где твой автомат, партизанка? - Гарик неторопливо стянул защитные пластиковые очки на шею, давая себе время оценить обстановку. И внимательно прищурился, разглядывая воинственно настроенную гостью. - Прилетела и сразу с козырей заходишь. Это ты сейчас про кого так нежно, а?

- Мой штурман, - со стальной яростью в голосе отчеканила она, уставившись в одну точку на замасленном полу. Будто надеялась прожечь там дыру взглядом. - Эта скотина перед самым финальным этапом Кубка по трофи-рейду струсил. Сбежал. И знаешь, к кому? К Королёву в экипаж переметнулся!

Мальвина в сердцах со всей силы стукнула кулаком по верстаку, так что железные гайки на нем жалобно звякнули.

- Скоро заезд в категории «Экстрим», - продолжила она, резко сжав кулаки так, что костяшки побелели. - Мой танк полностью готов. Раму после твоего ремонта я обкатала на совесть - спасибо, кстати, - но без штурмана меня тупо не допустят к старту. Завернут прямо на техкомиссии. А Королёв… - ее голос дрогнул от злости, - Королёв ухмыляется мне в лицо. «Сдавайся сразу, говорит, бабам в тайге делать нечего! Ты в первой луже утонешь!» А я ему принципиально хочу доказать, что смогу все. Только… штурмана нет.

- Пока нет, - поправил Гарик, и уголки его губ поползли вверх.

Он сделал паузу - самую драматичную паузу в своей жизни. Потом посмотрел прямо на рыжую. В упор. Своими карими глазами с золотыми крапинками, которые сводили с ума всех девушек в радиусе ста километров. Ну, почти всех. Эту - нет. Эту было сложнее.

- Я еду с тобой. Я займу место в твоей кабине и буду лично твой стальной трос по болотам таскать, - заявил он тоном, не терпящим возражений.

Мальвина опешила. На секунду она растерялась, но Гарик все равно успел заметить удивление в ее глазах. Правда уже в следующее мгновение она взяла себя в руки и окинула его ледяным, уничтожающим взглядом - таким, от которого у нормальных людей волосы дыбом встают.

- Сбавь обороты, Железяка! - рявкнула она. - Ты хоть раз лебедку в трясине разматывал? Там связи нет! Там волки воют и грязи по грудь! Это тебе не тачки на стапеле рихтовать - колесики подкрутил, брызнул краской, и готово. Ты не справишься! У меня серьезная гонка на выживание! Я побеждать еду, а не в бирюльки играть!

- Эй, полегче, - Гарик поднял руки в примирительном жесте, но улыбка с его лица не исчезла. - Во-первых, попрошу без оскорблений чувств автомехаников. Я не просто краской брызгаю. Я могу перебрать движок вслепую, одной левой и под водой. Иногда даже без матерных слов. А во-вторых… - он сделал шаг вперед. Один шаг. Небольшой, но Мальвина инстинктивно попятилась, и уперлась поясницей в край верстака. Отступать было некуда.

- Во-вторых, - повторил он, нависая над ней, - я, может быть, и не профи по лебедкам, но я быстро учусь. И потом, ты сама сказала: «бабам в тайге делать нечего». Вот и посмотрим, что делает в тайге мужик.

- Да какой из тебя мужик на проде? Ты в болоте - ходячий критический баг без техподдержки,- отрезала Мальвина, но от его близости ее уверенный тон на мгновение сбился.

- Это одно и то же, - хмыкнул Гарик. - И вообще, Ви, ты забываешь один важный факт.

- Какой же?

- Я из Сосновки. А мы, сосновские, в болоте не тонем. Мы в нем рождаемся, там же женимся и детей крестим.

Мальвина закатила глаза, но уголки ее губ дернулись. Совсем чуть-чуть.

- Ты придурок.

- Сертифицированный, - согласился Гарик. - В отличие от твоего бывшего штурмана, который просто трус. Я, знаешь ли, в своем фан-клубе в гордом одиночестве числюсь. А это, между прочим, дисциплинирует.

Он отступил на шаг. Потом, словно Кларк Кент, превращающийся в Супермена, рваным, драматическим жестом схватился за края своего темно-синего рабочего комбинезона и с треском распахнул его настежь, выпятив широкую грудь.

Мальвина буквально оцепенела.

Под комбинезоном на Гарике была надета черная футболка с ярким, безумно сочным принтом. С ткани на нее смотрел очаровательный мультяшный лисенок - рыжий, с огромными глазами и пушистым хвостом. А вокруг красовались надписи:

TEAM ЛИСЁНОК
Official supporter since day one

Founder and only member
Certified Fox Enthusiast

Мальвина уставилась на этот манифест, и ее мозг, кажется, завис на перезагрузке.

Она перечитала надписи раз, другой, третий.

«Я за тебя топлю с самого первого дня».
«Я создал этот фан-клуб».
«Я в нем состою в гордом одиночестве».
«И получил официальный сертификат любителя лис, и меня это вообще ни разу не смущает».

Ви изо всех сил честно пыталась сдержаться. Она крепко сжимала губы, упрямо хмурилась, скрещивала руки на груди еще плотнее. Но ее плечи дрожали. Сначала тихо, потом сильнее.

А в следующую секунду она не выдержала.

Мальвина порывисто закрыла лицо обеими ладонями, пряча глаза, и заливисто, безудержно захохотала на весь бокс. Громко, взахлеб, почти истерично - так, что эхо разнеслось по всем углам.