Кваздапил. История одной любви. Начало

Глава 11

За несколько минут комната изменилась до неузнаваемости. Кровати были заправлены и сдвинуты, в центре образовалась площадка, где из нескольких слоев ковролиновых дорожек сокомнатники соорудили подобие ковра. Стены и люстру украшали вытаскиваемые раз в год новогодние гирлянды и мишура. На кухне из раковины исчезла грязная посуда, в углу логично появился дополнительный мусорный пакет. Действительно, не мыть же? Главное, потом не перепутать.

За окном стемнело. Три разномастных фигуры, что будто бы собрались в клуб, выстроились в рядок, на лицах застыло ожидание.

Задвинув шторы наглухо, я выключил верхний свет, теперь гирлянды создавали в помещении мягкий интим. Пунктами один и два в сценарии стояло: «Создать полумрак. Не допустить съемок на камеру».

— С этой минуты — никаких звонков, ни сюда, на которые нужно ответить, ни, тем более, отсюда. У кого дела — пожалуйста, идите, занимайтесь делами, никто не держит. К остальным просьба отключить телефоны.

Парни выключили, я протянул руку:

— Сдайте, чтоб не было проблем. Не возражаете, если вместе с телефонами сложим планшеты и компьютеры?

— Зачем такие строгости?

В двери появилась Мадина. На снятые туфельки опустились сумочка и пакет, сверху стопку накрыла куртка. Девушка во всей красе встала перед зрителями.

Обо мне забыли.

— Мэрилин! Не обманул! — воскликнул Ее Величество Филипп. Потом я ему все припомню, еще коронуем по всем правилам — слово не воробей, нужно держать клетку прикрытой.

— Офигеть, — намного проще отреагировал Тимоха.

Пока парни приходили в себя, я собрал технику в коробку и задвинул под дальнюю кровать. На меня не обращали внимания, все глаза поедали новоприбывшую.

Я многозначительно кашлянул:

— Дама и господа, прошу минутку внимания. Уважаемая Мэрилин, позвольте представить вам цвет высшего общества нашей квартиры, а то и всего подъезда. Длинный, который не сводит глаз с вашей чудесной фигуры — это Игорь, он же Гарик, он же Гоги, он же Гоша.

Игорь склонился почти вдвое, проще сказать переломился:

— Приятно познакомиться.

Мадина радушно кивнула. Глаза, спрятанные в глубине маски, сияли.

— Она не говорит, — шепотом напомнил Филька и тут же громко представился, пока не сократили до междусобойного: — Филипп.

— Тим. — Тимоха оттеснил мелкого соседа. — Позвольте ручку.

Мадина протянула холеные пальчики. Тимоха бережно принял их и поцеловал. Восторгу Мадины не было предела — только вошла, а уже такое преклонение. В ее взгляде читалось: знала бы — давно бы к нам пришла, и никакие стены не удержали бы.

— Мэрилин здесь проездом, — сообщил я. — Надо постараться, чтобы от посещения нашей скромной обители у нее остались только наилучшие впечатления.

— Обеспечим!

— Тогда начнем. — Я обернулся к Игорю, как к старожилу, первому нанимателю жилплощади. — Маэстро, урежьте марш! В смысле, музыку включи.

— Ты же всю технику убрал.

— А хозяйский музыкальный центр?

Игорь хлопнул себя по лбу.

— Одну минуту!

Из кучи хлама в шкафу он вытащил древний проигрыватель компакт-дисков — в начале заселения сердобольная хозяйка оставила его бедным студентам для поднятия настроения. Загромыхали танцевальные ритмы. Игорь не любил, когда тихо. Соседи жаловаться не будут, нам с ними повезло: обе смежные квартиры временно пустовали, лето, все разъехались. А старушка, обитавшая снизу, глуховата.

— Бал по случаю приезда чудесной гостьи объявляю открытым, — провозгласил я. — Танцы!

Все ринулись к Мадине. Тимоха протиснулся первым.

— Разрешите.

Он прижал к себе партнершу, хотя мелодия грохотала более ритмичная. Сейчас этот факт роли не играл, Мадина не возражала против медленного танца, для того и пришла. Столько восхищенных кавалеров, и ни одного родственника в пределах выстрела. Разве можно вообразить нечто лучшее?

Вместе с остальными парнями я пританцовывал рядом в ожидании очереди. В кармане лежал сценарий со многими пунктами, но — куда торопиться? И вообще, нужна ли дальнейшая программа, если без того все замечательно? Все довольны, и танцующие, и ожидающие. Предвкушение — не меньшее удовольствие, просто не каждому дано понять и, тем более, ощутить.

— Переход.

Я отобрал партнершу у Тимохи. Он мотнул волосами:

— Так мало?!

— Поверь, скоро поблагодаришь. — Я прижал к себе растекшуюся в счастье Мадину и начал осторожно переступать ногами, боясь наступить на маленькие ступни.

— Ловлю на слове. — Тимоха пристроился к остальным. — Если что — пеняй на себя, никто тебя за язык не тянул.

— Спасибо, — раздалось в ухе сквозь жуткие басы. — Все оказалось даже лучше, чем я думала.

— Молчать! Спалить нас захотела?!

— Можно? — К нам протягивал руку Игорь.

— Естественно. — Я отступил в сторону.

Мадина едва доставала партнеру до груди. Объятия танцующей пары выглядели забавными, но только снаружи, внутри пары по-взрослому искрило и жгло, не заметить мог только слепой. В комнате слепых не было, только временно онемевшие.

Игоря сменил Филька:

— Простите. Разрешите и мне пригласить вас на танец.

С величавой благосклонностью Мадина разрешила. Петли рук связали тела, началось раскачивающееся кружение. Ситуация изменилась: теперь партнерша была выше, и лицо кавалера виновато крутилось, чтобы не упираться взглядом в чувственную благодать. Филька нервничал, расстояние между танцующими составляло пару ладоней, и дама сама притянула робкого кавалера. Очки впечатались в ключицу, руки сомкнулись вокруг талии, причем та оказалась настолько узкой, что Филькины кисти перехватили свои же запястья. Животы и бедра ритмично терлись, щека с дужкой съехавших очков блаженно расползлась по мягкому основанию.

Через миг стянувший обруч рук был разбит нарочным виляньем таза, и с брошенным в мою сторону хитрым взором («ты ведь понимаешь?») Мадина разрешающе положила чужие ладони гораздо ниже. Негодница. В сценарии написано «танец», а не возмещение морального ущерба за недополученное на домашних вечеринках.